Чтение онлайн

– Он вполне женат. Я оставил бы радости холостяцкой жизни, если получил бы такое же угощение.

Его руки обрисовали нечто вроде женской талии в табачном дыму.

– Может быть, она скажет мне, где он?

– Она не знает. Она спрашивала меня. Я не видел его после полудня. Он находится в каком-то затруднении?

– Возможно.

– Вы полицейский?

– Следователь, - уточнил я.
– Почему вы думаете, что Гендрикс мог попасть в беду?

– Он спрашивал меня, где он может купить дешевый револьвер.

– Сегодня?

– После обеда, как я уже говорил. Я посоветовал ему обратиться к старьевщику. Я поступил неправильно? Он никого не пристрелил?

– Нет, насколько мне известно.

– Это хорошо, - сказал он, но казался явно разочарованным.
– Если вы хотите поговорить с миссис Гендрикс, здесь, у стойки, есть телефон.

Я поблагодарил его, и он вернулся к своей холостяцкой радости. Я не стал звонить по телефону и даже беспокоить лифт. Позади вестибюля я обнаружил пожарную лестницу, освещенную красной лампой, и прошел на второй этаж.

Комната 27 находилась в конце зала. Я послушал у двери. За ней раздавалась музыка - деревенский блюз. Я постучал. Музыка сразу умолкла.

– Кто там?
– спросила женщина.

– Гарри.

– Давно пора.

Она отперла замок и распахнула дверь. Я вошел прямо на нее, освободил от ее руки дверную ручку и захлопнул дверь на всякий случай, чтобы ее испуг не перешел в крик.

Этого не произошло. Застывшее выражение ее лица не изменилось. Ее правый кулак поднялся на уровень глаз. Она смотрела на меня поверх него.

– Не волнуйтесь, миссис Гендрикс. Я не причиню вам вреда.

– Да?
– Она немного расслабилась, разжала кулак и рукой пригладила свои рыжие волосы. Ее перекошенный рот распрямился.
– Кто вы такой?

– Друг Гарри. Я сказал, что поищу его здесь.

Она мне не верила. Она была похожа на женщину, которая не верила ничему, кроме номеров на счетах. Она была стильно одета, в чем-то коричневом, просторном, с полукороткими рукавами, что демонстрировало ее фигуру, не очень подчеркивая ее. Ее руки и ноги были прелестной формы и сильно загорелыми.

Но свое лицо она отделала таким образом, будто стыдилась его и хотела спрятать под гримом. Из-под век, еще более зеленых, чем ее глаза, и сквозь ресницы, похожие на захламленные антенны, она смотрела на меня с отвращением.

– Как вас зовут?

– Это не имеет значения.

– Тогда убирайтесь из моей комнаты.
– Но она и не ожидала, что я тотчас уйду. Если и ожидала чего-то, то возможных неприятностей.

– Это не ваша комната. Это комната Гарри. Он обещал меня ждать здесь, - сказал я.

Я осмотрел комнату, увидел истертый ковер, вылинявшие бумажные цветы на обоях, лампу с перекошенным абажуром. Внешне дама к этой обстановке не принадлежала. У нее был стиль во всем, и его можно было приобрести не в универсальном магазине. Коричневая сумка с золотыми кистями на кровати выглядела как парижское изделие. Но эта сумка выглядела на этом месте, как заключенный в камере. Она, конечно, провела немало времени в таких комнатах и вот сейчас снова сидит в ней.

– Это и моя комната, - сказала она. В подтверждение, а также чтобы немного взбодриться, она подошла к тумбочке у кровати и включила портативный приемник. Деревенский блюз все еще продолжал издавать звуки. Это были две долгие минуты.

– Что такое?
– Она что-то хотела сказать, но была все еще в напряжении, с трудом дышала. Она пыталась перебороть свое состояние. Я видел спазмы в ее горле.

– Какого рода дело у вас с Гарри?
– удалось ей наконец произнести.

– Мы хотели сопоставить наши наблюдения за Фрэнсисом Мартелем.

Она похлопала ресницами:

– За кем?

– Мартелем, тем самым, фотографию которого вы хотели полу-чить.

– Вы, вероятно, говорите о двух разных людях.

– Не стоит, миссис Гендрикс. Я только что разговаривал с фотографом Мальковским. Вам нужна была от него фотография Мартеля. Ваш муж рисковал своей шеей, чтобы сегодня утром ее получить.

– Вы полицейский?

– Не совсем.

– Откуда же вы столько знаете обо мне?

– К сожалению, это все, что я знаю о вас. Расскажите еще кое-что.

С трудом, трясущимися руками она достала золотой портсигар из своей коричневой сумки, открыла его и вынула сигарету. Я дал ей прикурить. Она села на кровать и оперлась на руку, выпуская дым в потолок.

– Не стойте надо мной. Вы выглядите так, будто хотите вцепиться мне в глотку.

– Я восхищаюсь вашим горлышком.

Я подтянул единственный находящийся в комнате стул и сел на него.

– Все вы лепите.
– Ее голос звучал со злобой. Она прикрыла шею ладонью и пытливо посмотрела на меня.
– Я не могу понять, кто вы. Вы пытаетесь умилостивить меня своим обхождением, но это вам нисколько не поможет.

– А вы действительно жена Гарри?

– Да, действительно.
– Она, казалось, сама была удивлена.
– Я показала бы вам свое брачное свидетельство, но у меня оно не с собой.

– Как может он позволить иметь себе такую жену?

– Он не может. Мы уже не занимаемся любовью последнее время. Но мы остались друзьями, - она добавила это с каким-то сожалением.
– Гарри всегда был в замазке. Он по характеру скорее забавный человек, но не пустозвон.

– И вы не всегда поддерживали его?

– Кто это вам сказал?

– Никто не должен говорить мне об этом - твой голос сказал мне все, куколка, и манера, с которой ты себя держишь, и твоя подозрительность.

– Вы из Вегаса?
– спросила она.

– Люди должны улыбаться, когда спрашивают об этом?

– Так да?

– Я из Голливуда.

– А на что вы живете, если вы что-то вообще делаете?

– Частный следователь.

– И я представляю интерес для вашей работы?

У нее снова появился испуганный взгляд, она показала рукой, чтобы я подал ей пепельницу со столика, и загасила сигарету. Она переменила позу, тяжело откинувшись набок с наигранной неуклюжестью, только чтобы показать мне, как беззащитно ее большое красивое тело. Она не нуждалась в моей помощи и была вполне на своем месте на гостиничной кровати.