Чтение онлайн

– Все назад, или его мозги размажу по стене! – истошно заорал Молчанов. Военные выпучили глаза на командира, тот судорожно кивнул. Сжимая автоматы и не сводя с прицела Молчановых, солдаты сделали несколько шагов назад. Медленно, держа командира за ворот, Максим поднялся по лестнице на утопающую в пыли улицу. Вольф прикрывал тыл.

На странную процессию сбежались ещё военные. Они встали полукругом и направили автоматы на агентов.

– Вы окружены, всё равно не сбежите, – прохрюкал кровью полковник.

– Тебя спросить забыли, заткнись, – пригрозил Максим и попятился вместе с заложником к вертолёту.

Проклиная ведущую на холм дорогу и тяжёлую тушу полковника, Молчановы поднимались ко двору, где их ждал вертолёт. Заложника перехватил Вольф, Максим судорожно бегал пистолетом по солдатам. Военные перешёптывались и не сводили пальцев с пусковых крючков.

Подъём закончился, и Молчановы свернули на узкую улочку, ведущую к зданию национального музея Татарстана.

– Всем стоять здесь! Ни шагу вперёд, иначе его мозги будут снаружи! – неестественным голосом закричал Максим. Военные переглянулись и остановились.

– Валькирия заводись! – крикнул Молчанов старший.

Со двора дунуло пылевым потоком, из воздуха появился силуэт вертолёта. Военные вытаращились на машину.

– Ни шагу дальше! – ещё раз выкрикнул Максим. – Иначе она всех вас в ошмётки превратит! – вертолёт, чуть оторвавшись от земли, направил на остолбеневших солдат два красных луча. Военные сделали шаг назад, но продолжили целиться.

Вдруг в плечо Максима что-то укололо. Он обернулся к брату: Вольф странно шатался. «Что это?» – подумал Молчанов старший. Темнота хлынула в глаза, и всё замолкло.

Вокруг всё кружилось, голова раскалывалась, не хватало воздуха, тошнило. Максим поднял тяжёлую голову и осмотрелся. Залитая ярким солнцем площадь, пряничные домики, люди в зелёной пятнистой форме, белая башня со звездой. Казанский кремль? Максим Молчанов встряхнул головой, пытаясь вырваться из сонного состояния, и замер – перед ним на коленях стояли полураздетые люди. Их лица были изуродованы синяками и ссадинами. Белокурая женщина придерживала сломанную руку и тяжело дышала, рядом с ней двое парней в обносках не переставали откашливать кровь вперемешку с зубами. «Кто они? – подумал Максим. «А этот, я его знаю. Егор? Тебя тоже поймали? Не успел убежать?» Рядом с Егором стояла рыжеволосая женщина. «А ты кто? Твоё лицо мне знакомо, строгое, вытянутое. Жизель?! Ты-то что здесь делаешь?! Где Володя? Где ты?» – Молчанов старший судорожно замотал головой по сторонам. «А вот. Рядом. Уже проснулся? Что с нами было?»

– Очнулись? Замечательно, – улыбнулся Поляков и посмотрел в опухшее лицо Максима.

– Что ты с нами сделал? – тихо просипел Молчанов старший.

– Я? Это транквилизатор, – спокойно ответил Поляков. – Тебе и половины бы хватило, а вот братцу твоему, медведю, пришлось два засандалить, всё никак не отключался.

– Почему просто не пристрелил? Поиграть хочешь? – прохрипел Максим.

– Охота на агентов действительно увлекательное занятие, но сейчас не до развлечений, – ответил Поляков, генерал сделал несколько шагов вперёд и, как собаку, почесал Егора по голове. Тот взбрыкнул, но Поляков на это только довольно ухмыльнулся. – Синявский как обычно опростоволосился, – генерал достал браслет. – Или вы в этом виноваты – неважно. Птичка ваша уж больно заинтересовала меня. Появляется буквально из воздуха, летает бесшумно, наверно, ещё много чего делать умеет. Но вот незадача – строптивой оказалась: как подходишь, сразу визжит: «Самоликвидация началась».

– Анжела. Тварь, – просипел Максим.

– Что говоришь? – Поляков подошёл ближе.

– Отвали.

– Если кратко, то ты должен разблокировать вертолёт, – Поляков уставился своими чёрными глазами в Максима. Молчанов на это только усмехнулся. Генерал продолжительно моргнул, распрямился и кивнул избитому полковнику. Тот рявкнул, и солдаты приставили пистолеты к головам агентов.

– Я буду считать до десяти, – сказал Поляков.

Максим вытаращился на лица товарищей, те молча уткнулись в землю. Егор пронзительно смотрел на Молчанова и качал головой: «не сдавайся, не смей».

Мадам Жизель билась в истерике и скулила: «Я не шпионка! Я не шпионка!».

– Ну, так что? – Поляков сурово посмотрел на Максима. Тот не ответил.

– Раз!

Раздался выстрел, и завывания мадам Жизель прекратились. Её лицо на мгновение застыло и упало на асфальт. Молчанов старший отвернулся.

– Я жду, Молчанов, – рявкнул Поляков. Максим продолжал молчать.

– Два, – спокойно выдохнул Поляков. Опять раздался выстрел. На землю упала светловолосая девушка. Её каменное лицо не выразило ни страха, ни ужаса. Она просто приняла свою смерть. Стрелявшего солдата закачало, но он устоял на ногах. Максим заметил, как тот отвёл глаза от тела и спрятал дрожащей рукой пистолет в кобуру.

Поляков непрестанно пилил глазами Молчанова, тот еле сдерживался, чтобы не закричать. Каждое его «нет» стоило жизни человека. Он старался не думать, кем были эти люди, чем занимались раньше, как попали в Эдем, почему согласились ценой своей жизни защищать его тайны.

– Три!

И снова выстрел. На асфальте растянулся взрослый мужчина. Перед смертью он закрыл глаза, глубоко вдохнул и не произнёс ни звука.

– Четыре!

Молчанов уже не смотрел туда. Он с силой держал глаза закрытыми, но крики Полякова и следующие за ними выстрелы заставляли лицо сжиматься. Пять… шесть, семь… восемь слились в один продолжительный крик. Тёплый весенний ветер обдул лицо Молчанова запахом ржавого железа и смерти.

– Не сдавайся, – прошипел Егор. Он был следующим. Максим открыл глаза и посмотрел на него. Глаза парня налились слезами, но он держался, держался до последнего «девять»…

Поляков глубоко вздохнул:

– А ты оказывается тот ещё говнюк. Посмотри, Молчанов, посмотри, – генерал подбежал к Максиму схватил его за волосы и повертел головой по залитой кровью площади. – Ты этого хотел, да? Все эти жизни, все твои «нет» стоили какого-то вертолёта?

Молчанов старался не смотреть туда, голова кружилась, тошнило, ноги и руки онемели.

– Хм, – выдохнул Поляков и оторвал руку, затем вытащил из кобуры пистолет и направил на голову Вольфа.

– Нет, нет, – затрясся Максим. – Нет, нет, не надо.

– Что? – гаркнул Поляков и взвёл курок.

– Хорошо, – судорожно проговорил Молчанов. – Я открою.

Солдаты подняли задеревеневших Молчановых и поволокли их во двор к вертолёту. Военные бросили пленников на землю и отошли. Максим тяжело взглянул на латунный корпус вертолёта и дрожащим ломаным голосом произнёс:

– Валькирия… отмена… самоликвидации.

– Вас поняла, – послышался механический голос.

Поляков подошёл к вертолёту, плавно провёл по корпусу рукой и сказал:

– Валькирия, открой дверь.

– Отказано, лицо не распознано.

– Какого хрена? – Поляков подбежал с пистолетом к Вольфу.

– Она… она… запрограммирована под нас, – прошептал Максим.

– Так исправь это. Живо! – крикнул генерал.

– Валькирия… добавь Владислава Полякова… в члены… экипажа.

– Сделано. Добро пожаловать, Владислав Поляков.