Чтение онлайн

– А я еще больше рад видеть вас. Шарло убедил нас дождаться. Я привел в Гран-Гийо странную компанию.

– Атэва и клирика?

– Мунт по-прежнему болтлив...

– Если вас интересует мое мнение, то вы были правы, отделав Аганна. Я очень рад, что вам удалось выскочить из мышеловки.

– А уж как я рад, - Рито улыбнулся, напомнив себя прежнего, - но вряд ли вы знаете, что мой атэвский друг - младший сын калифа Усмана, собравшийся исполнить клятву Майхуба, а клирик - выходец из гидалского монастыря. Кроме того, с нами еще один... Его зовут Серпьент Кулебрин.

– Вижу, нам есть что друг другу рассказать. Проклятый, ну почему вы не можете просто постучаться у замковых ворот...

– Потому, что наступили подлые времена. Вы и так рискуете с Шарло и Кати, нельзя подливать масла в огонь. Но поговорить нам нужно.

– В замок ведет потайной ход. Мои предки были предусмотрительными людьми. И не думайте, что мы с супругой отпустим вас до весны, а весной может случиться всякое.

2895 год от В.И.

13-й день месяца Звездного Вихря

АРЦИЯ. МУНТ

Пьер сразу полюбил процедуру малого королевского выхода. Отобедав, он спускался в приемный зал, проходил мимо приглашенных, усаживался в глубокое кресло и удостаивал беседой избранных. Тартю изо всех сил старался не замечать, что представители многих знаменитых фамилий упорно сторонятся Мунта. Рано или поздно он доберется и до Гартажей, и до Крэсси, и даже до Мальвани, но пока рано. Сначала нужно жениться и... И сделать еще несколько дел. Черед строптивцев придет потом. Начнет он с этих проклятых "тигров", но не раньше, чем Ифрана и Святая Область сломают хребет Оргонде. Что бы ни думала Жоселин - легким тот поход не будет.

Король стремительной походкой вышел из кабинета и проследовал в Малую Приемную. Он учился вести себя по-королевски, в том числе и ходить, и в глубине души гордился своими успехами. Сев в обитое алым бархатом кресло, Его Величество подчеркнуто деловито бросил этиктору: <Этиктор - придворный, в чью обязанность входит представлять просящих аудиенции короля.>

– Докладывайте.

– Ваше Величество, сегодня вашей аудиенции испросило одиннадцать человек, и первым я осмелюсь назвать графа Мо.

Пьер не поверил своим ушам. Базиль Гризье пересек Арону, о чем доложил лейтенант Эсташ, но после этого известий с границы не поступало. Тартю со дня на день ожидал возвращения лейтенанта с донесением об убийстве посла и уже подготовил приличествующую случаю скорбную фразу о том, что он потерял верного подданного и доброго друга, а Базиль вернулся. Неужели Лось его отпустил? Не может быть! Скорее всего малому удалось бежать. Зря он это сделал, но придется изобразить радость по поводу возвращения будущего родича, Проклятый его побери!

– Мы рады видеть графа Мо. Он будет говорить первым. Пригласите всех ожидающих аудиенции, и начнем.

Возможно, Базиля Гризье и пригласили первым, но вошел он последним, когда остальные нобили уже выстроились у стены, взирая на Его Величество с должным благоговением. Пьер не обольщался: пришедшие изображают любовь, потому что надеются что-то получить, а те, кому от короля ничего не нужно, все еще выжидают. Ничего страшного: приручим шакалов, потом придут лисы, а затем и медведи. Король истинно королевским жестом оперся о подлокотник, удостоив будущего шурина благосклонным взглядом.

Брат Норы был в дорожной одежде и высоких сапогах, а на руке графа, странное дело, висела плетеная деревенская корзинка. Базиль похудел, на скулах горел лихорадочный румянец, но в остальном он выглядел как всегда. Легкой походкой подойдя к подножию трона, граф Мо грациозным движением преклонил колено и поднял голову, ожидая слова сюзерена. На породистом лице не читалось ничего, кроме почтительности, но Пьеру отчего-то стало неуютно. Возможно, потому, что он не ожидал, что Гризье уцелеет, и видел, что тот, уезжая, не обольщался насчет собственной участи.

– Мы рады вашему возвращению, граф. Признаемся, что мы волновались. Как прошло путешествие? Вижу, вы прямо с коня.

– Да, Ваше Величество, на моих сапогах еще не высохла грязь Набота. Я проследовал прямо во дворец и нижайше прошу простить мне мой вид.

– Арцийского нобиля красит не одежда, а верность и доблесть, выдержав эффектную паузу, изрек Пьер, - встаньте и расскажите нам о вашем путешествии. Вы передали наше послание Рорику Ра-Гвару, не так ли?

– Да, Ваше Величество, - наклонил голову Базиль.

– Что он ответил?

– Рорик Ра-Гвар не считает себя вассалом Вашего Величества.

– Вы так полагаете или же вы привезли ответ?

– Я привез ответ. Рорик Ра-Гвар счел уместным передать вам послание и то, что он называет подарком. Вот первое, - Базиль вытащил из-за пазухи зашитый в кожу свиток, - а вот и второе.
– Он приподнял корзину.

– Откройте.

Граф Мо невозмутимо откинул крышку. Он, без сомнения, знал, что внутри, так как сохранил полное спокойствие, а вот Пьеру это не удалось. Лившийся сверху свет позволил рассмотреть дары Лося во всех подробностях. Жись Фронтерский и лейтенант Эсташ в последний раз удостоились королевской аудиенции.

– Что это?
– квакнул Пьер, позабыв о королевском величии.

– Ответ Рорика Ра-Гвара.
– Голос Базиля звучал бесстрастно и ровно.

– Вы... Вы привезли это... сюда?

– Я исполнил приказ моего короля, - в лиловых глазах Базиля мелькнула и погасла злая искра, - отвезти указ Его Величества Рорику Ра-Гвару и доставить его ответ.

– Как вышло, что лейтенант Эсташ мертв, а вы живы?
– Лицо короля все еще сохраняло утонченный бледно-зеленый оттенок, но он уже справился с собой.

– Лейтенант Эсташ и его люди видели свой долг в том, чтобы проводить меня до Ароны. Дальше я поехал один. На Гварском берегу меня ждали. Видимо, Рорик счел неприличным, что посол Арции прибыл без должного эскорта, и озаботился таковой обеспечить. Я и, - Базиль улыбнулся, - около трех десятков воинов Ра-Гвара направились к Рорику, с которым я имел... гм... непродолжительную беседу. С лейтенантом Эсташем я увиделся лишь во время казни.

– Вы просили Ра-Гвара о помиловании?

– Отнюдь нет. О помиловании просил Эсташ, но Рорик известен тем, что все делает наоборот. Он казнил не меня, а лейтенанта.