Чтение онлайн

Таланов встретил заведующего отделением в кабинете вопросом:

– Тебе никто не звонил?

– Нет, а что случилось?

– Джума Хан...

– Что?!
– у Мальгина перехватило дыхание.
– Что с ним?

– Тебе придется оперировать двоих.

Мальгин так и сел.

– У кибернетиков он включил диагностер через Умника, - продолжал Таланов, - сначала в режиме выдачи диагноза, то есть выдачи тех данных, что записал сам диагностер с помощью своих датчиков при обследовании "черного человека". Потом включили программу, с помощью которой записали информацию, выведенную маатанином из своего компьютера. На выходе - тарабарщина! Код записи оказался не тем, что рассчитали кибернетики при составлении программы. И тогда Джума подключился к диагностеру напрямую.

– Он с ума сошел!

– А черт его знает, чем он руководствовался! У него спинальный шок. Поэтому времени у те... то есть у нас осталось всего ничего. Шаламов не выходит из комы и жив только с помощью аппаратов.

Мальгин глубоко вздохнул, посидел немного и встал.

– Мне надо было идти с Джумой.

– Теперь уже поздно сожалеть. Данные диагностера введены в Гиппократа, можешь ознакомиться. Группа ждет тебя у Стобецкого... кроме Джумы и Карой Чокой. Она с ним в клинике СПАС-центра, примчалась сразу, как только узнала. Непонятно...

– Она его жена, - сказал Мальгин, думая о своем, - чего ж тут непонятного. Идем, заменишь Джуму, мне понадобятся по меньшей мере три ассистента.

– Возьми Зарембу, парень рвется в бой, да и специалист он неплохой.

– Посмотрим.

Они спустились к лифту.

– Что нового выдал диагностер? Я имею в виду, из того, чего мы еще не знали?

– Практически все! У маатан нет нервной системы в общепринятом значении этого слова. То есть она существует, но не постоянно, а в нужный момент формируются нервные пути и узлы в толще однородной массы, которая называется телом. Почему вдруг именно эти участки тела становятся нервной тканью, нервами, узлами, сплетениями волокон загадка! То же касается и мозга. По сути "черный человек" - единый организм - мозг с постоянно меняющейся структурой, иерархией, архитектоникой. Кстати, точно так же построен и маатанский компьютер. Но самое интересное у него внутри: сверхтвердое ядро массой около ста килограммов, закапсулированное к тому же силовым полем с головоломными характеристиками. Поле пульсирует, а энергетическая мощь его, по оценкам экспертов, равна мощи десантного когга!

– Ерунда какая-то! Он что - живой реактор?

– Кто знает?

– А пульсирует из-за чего? Может быть, это сердце?

– Нет у него сердца.

Они вошли в отделение Стобецкого в тот момент, когда у Шаламова после долгого беспамятства наступила "фаза хозяина" - период парадоксального сознания.

Шаламов не лежал, а сидел с открытыми глазами, поддерживаемый лапой манипулятора, и, казалось, смотрел на сдвинувшихся к вириалу реаниматора людей, хотя видеть их, конечно, не мог.

– Найдите Клима, - проговорил он негромко, но четко, голос был не его - гортанный, с каким-то вибрирующим тембром, и говорил Шаламов, почти не разжимая губ.
– Найдите Мальгина, прощу вас. Быстрее найдите, мне нужно поговорить с ним.

– Я здесь, Дан, - ответил Мальгин, заставив всех у полусферы вириала оглянуться.
– Слушаю тебя.

– Клим, как там мой "крестник"? Я знаю, ты был у него.

– Откуда знаешь?

– Не важно, знаю.
– Шаламов раздвинул губы в улыбке.
– Он еще помнит меня?

– Да, - ответил Мальгин после паузы.
– Он... болен.

– Говори все.

– У него проявляются черты человека...

– Обратный эффект, эффект бумеранга. Я тогда слишком поздно понял, что он тоже связан со своим компьютером напрямую... Ему можно помочь?

– Подумай лучше о себе, - проворчал Стобецкий.

Шаламов не обратил на реплику внимания.

– Не знаю, - сказал Мальгин, с трудом подавляя вдруг поднявшийся из глубины души гнев.
– Скорее всего - нет. Но врач прав, подумай о себе.

– Обо мне думай ты, а кто подумает о "черном"? Ты все же прикинь наши возможности, он стал для меня крестником, а для своих соотечественников - отщепенцем, изгоем, и, хотя у них нет смертной казни, маатане способны на казнь равнодушием, а эта пытка пострашней остальных. И еще, Клим: не торопись ты меня оперировать, подожди немного, может быть, я справлюсь сам. Не прошу - требую.

– Но это невозможно!
– воскликнул Заремба.
– Ты все реже выходишь из комы, а искусственно поддерживать работу внутренних органов до бесконечности невозможно, они теряют способность функционировать нормально в отрыве от организма.

– Это ваша забота, - отрезал Шаламов.
– Ты слышишь, Клим? Не спеши с операцией.

– Слышу, - сказал Мальгин в наступившей тишине.

Шаламов закрыл глаза, тело его расслабилось. Со всех сторон ударили дымные струйки физиогаза, внутренности реанимакамеры затянуло зеленоватой мутью.

Мальгин оглядел обращенные к нему лица.

– Ваши предложения?

– Оперировать и немедленно!
– быстро сказал Заремба.- Если и не приведем все в норму, то хотя бы остановим процесс регрессивной трансформации. У него все большую роль начинает играть Р-комплекс [Мозг человека создавался эволюцией постепенно, сначала ядро Р-комплекс, так называемый "комплекс рептилий", который возник сотни миллионов лет назад, потом "средний" мозг - лимбическая система, общая со всеми млекопитающими, и наконец неокортекс - новая кора, отвечающая за интеллект и высшие психические функции.], понимаете?

– Я - тоже за операцию, - сказал Стобецкий с непривычной для него неуверенностью.
– Шансы благополучного исхода с каждой минутой падают.

– Предпочту воздержаться, - пожевав губами, проговорил Каминский, ни на кого не глядя.

Мальгин кивнул, полузакрыв глаза и постукивая пальцем по меняющей световой узор прозрачной "шляпе" вириала.

– С одной стороны, желание больного - закон.
– Таланов был не менее решительным, чем Мальгин, но в данной ситуации решал не он.
– С другой - Шаламов сейчас...

– Вот именно, он в таком состоянии, - перебил главного экспансивный Заремба, - что не может отвечать за себя сам. Мы не имеем права ждать.

– Не кипятись, - бросил Стобецкий, морщась.
– Вчера ты доказывал обратное.

– Мало ли что я говорил вчера, - пожал плечами молодой хирург, главное, что я говорю сегодня.

– Кредо болтуна.

– Кредо человека, способного вовремя почувствовать собственную ошибку...

– Стоп!
– глухо сказал Мальгин.
– Я выслушал вас. Операция откладывается... на сутки. Вопросы есть?

– Ты понимаешь, чем это может обернуться?
– проговорил Таланов. Автоматика поддержки на пределе, еще сутки такой работы, и она не справится...

– Сутки и подождем. У нас есть еще один больной - Джума Хан, будем работать с ним. Иван, мчись в СПАС-центр и вместе с Карой транспортируй его сюда.

Заремба с готовностью поднялся.

– Остальные с этого момента включаются в постоянную связь через Гиппократа. Час на изучение научной информатуры о маатанах, час на подготовку к операции. Координатором буду я, центральным ассистентом Готард, остальные - периферийными. Надо задавить процесс перерождения у Джумы в самом...
– Мальгин не закончил.