Чтение онлайн

— Увы, но ты прав, — проскрипел Агарис.

— У меня чувство, будто ты жалеешь об этом, — усмехнулся Дроган.

— Я бы не отказался продемонстрировать тебе хотя бы долю своего былого могущества, чтобы добиться уважения, — после паузы отозвался череп, — но вынужден признать, что бессилен. В моём распоряжении теперь лишь непревзойдённый ум и опыт. Но самостоятельно я не могу даже отогнать муху. Впрочем, низшие создания не представляют для меня сколь-нибудь значимую проблему…

— Знаешь, — оборвал его Дроган, — уважение можно заслужить и без демонстрации могущества.

— Ты говоришь так потому лишь, что сам не обладаешь достаточной силой, чтобы заставить людей себя уважать. Это чувство рождается по отношению к тому, кому люди отдают свою судьбу, что происходит либо из любви, либо из страха. Любовь переменчива. Страх надёжен. Он постоянен, пока ты сам можешь его внушать. А управлять чужой любовью никто не способен. Это чувство капризно и переменчиво.

Дроган раскатал спальный мешок.

— Не могу не спросить — как ты сумел из великого, как ты говоришь, правителя превратиться в простой говорящий череп?

Молчание длилось долго. Дроган уже начал думать, что Агарис решил просто проигнорировать его вопрос, но вдруг его скрежещущий голос послышался снова.

— Думаю, причина одинакова для всех тиранов. Предательство. Всегда найдутся те, кто завидует чужому величию, ничего собой не представляя. Эти шакалы так и вьются вокруг, ожидая, когда лев ослабеет.

— Лев? Шакалы? Кто это? — подала голос Бенгта.

Любопытство, наконец, пересилило в девочке страх.

— Звери из Старого мира. Мира, что был до Чёрного леса. Как многое утрачено, — пламя в глазницах черепа на миг померкло. — Как многое ещё может быть утрачено в будущем.

Дроган улёгся на спину и закинул руки за голову.

— Как ловко ты ушёл от прямого ответа на мой вопрос!

— Рад, что ты оценил. Думаю, даже способностей такого варвара должно хватить, чтобы понять, что я не горю желанием рассказывать тебе о своём падении.

Дроган усмехнулся.

— А знаешь, на что ещё хватит способностей этого варвара? Взять свой топор и раскрошить тебя в костяную муку.

— Но даже он должен понимать, что это было бы вопиющей глупостью — лишиться ценного источника знаний об эпохе, которую забыли в его примитивное время, ради минутной вспышки болезненной гордыни.

Воитель фыркнул, не удержавшись.

— Вот кто бы говорил мне о гордыне!

— Не понимаю, что ты хочешь сказать. Ведь я действительно завоевал бескрайние земли и вёл в бой многотысячные армии. А ты — и правда немытый варвар, едва освоивший грамоту и не имеющий ни малейшего представления о сочинениях великого Гратариса Старшего или архистратега Алимания из Геноры. Уверен, ты даже не понимаешь часть слов, которые я произношу. Так что можешь спорить сколько угодно, но это не изменит очевидных фактов. Однако должен заметить, что я говорю это всё потому, что признаю в тебе определённую остроту разума, которая позволит тебе удержаться от необдуманных действий и сохранить хладность ума, вместо того, чтобы хвататься за свой топор.

Дроган молча задул лучину и закрыл глаза. Это был слишком тяжёлый день, чтобы тратить его на споры с древним мертвецом, закончившим свой земной путь в виде говорящего светильника.

— Если не сложно — притуши свои огоньки. Я хотел бы выспаться перед завтрашним походом.

В ответ не раздалось ни слова, но сквозь смеженные веки Дроган заметил, что шатёр погрузился во тьму.

Дроган проснулся посреди ночи. Мгновение он лежал, прислушиваясь к ощущениям, и пытаясь понять, что его разбудило. Затем заметил, что остался один, если не считать Агариса, напоминавшего теперь обычный старый череп. Тихо выскользнув из спального мешка, он откинул полог и выглянул наружу.

Спина Бенгты удалялась по направлению к ближайшим деревьям. Выругавшись сквозь зубы, Дроган подался вперёд, когда услышал резкий хрипловатый голос.

— Эй, малая! Куда собралась?

Бенгта остановилась, и повернулась к Коли, сидевшему у тлеющих углей прогоревшего костра. Если девочка что-то и ответила, Дроган этого не услышал.

— По нужде, что ли? Совсем рехнулась? В таких диких местах поодиночке в кусты не ходят, если не хочешь, чтобы тебе задницу отхватили.

Бенгта неуверенно шагнула назад, обхватив себя руками.

— Да, конечно, — усмехнулся Коли. — Девочка, это не я тут злодей, уж можешь мне поверить. Я хоть и кажусь страшным, но тут есть, кого бояться и без меня. Так что давай, возвращайся обратно. Утром поссышь. Если невтерпёж, так хоть свою зверюгу прихвати с собой.

Словно поняв, что речь идёт о нём, Зверобой бесшумно выскользнул из теней за спиной Бенгты и встал рядом. Коли вздрогнул, но быстро овладел собой и шутливо поднял руки.

— А, ну тогда вопросов нет. Просто будьте осторожнее.

— Спасибо, — пискнула Бенгта.

Вскоре она скрылась под деревьями, сопровождаемая своим четвероногим спутником.

— Хреновый ты отец, — проронил Коли, не отрывая взгляда от углей. — Мало того, что потащил девку с отрядом головорезов, так ещё и не объяснил, как себя вести.

Дроган не стал тратить время на спор. Он и сам не был уверен, что правильно поступил, не попытавшись найти другой путь. Плохой отец, неважный брат и сын — так уж сложилось. У кого-то выходит быть хорошим семьянином, у кого-то — нет. Может быть, Дроган и мог бы найти нужные слова для ответа наёмнику, который и сам-то не имел нормальной семьи.

Но тут тишину разорвал громкий детский крик.

Подхватив топор, Дроган рванулся вслед за Бенгтой — как был, без доспехов, в одной рубахе. Лагерь стремительно оживал. Впереди слышался глухой лай Зверобоя. За спиной ярко вспыхнул костёр — похоже, Коли выплеснул на угли лампадное масло.

Дроган столкнулся с Бенгтой, не пробежав и полпути к деревьям. Глаза девочки были распахнуты от ужаса, она тут же вцепилась в отцовскую рубаху, судорожно всхлипывая. Дроган скользнул взглядом над её головой и в стремительно гаснущем пламени заметил у деревьев два силуэта. Зверобой скакал, то приседая, то резко бросаясь в сторону. Его противник был огромен — на первый взгляд в нём было около десяти локтей роста. Гигант двигался медленно, будто в полусне. Его рука опустилась вниз, чтобы схватить пса, но тот отпрыгнул, и тут же вцепился в толстые, как колбасы, пальцы. Великан потянул к Зверобою вторую руку, однако пёс рванулся в сторону. Дроган заметил, что один палец остался в его пасти, но чудовище, казалось, этого даже не заметило. Гигант повернулся вслед за Зверобоем, когда прямо ему в голову, одна за другой, вонзились две стрелы. И снова никакой реакции. Дроган перехватил топор и двинулся вперёд, всматриваясь во врага со всё возрастающим подозрением. И точно — когда лицо великана повернулось в его сторону, Дроган разглядел гнилые зубы за порванной щекой и белёсые остекленевшие глаза. Чудовище было мертво, и уже довольно давно.

— Не его ли мы видели на привале? — спросил Коли.

Наёмник возник рядом, держа в руках кистень. В отличие от Дрогана, он был в кольчуге и шлеме. Воитель коротко пожал плечами.

— Девочка, беги к палатке и спрячься за ней. Не высовывайся.

— Вы справитесь?

— Кыш! — прикрикнул Коли, и Бенгта, подпрыгнув от неожиданности, рванула в лагерь.

— Я подрубаю ноги, ты раскалываешь голову, — бросил Дроган и рванулся вперёд.

Коли двигался следом, держась чуть в стороне и позади. Над их головами огненной дугой пролетел какой-то предмет и разбился о ближайшее дерево. Вспыхнувшее пламя охватило ствол, освещая поле боя. Мёртвый гигант, оставив попытки поймать юркого пса, повернулся к людям. В неверном свете огня его неподвижное лицо казалось ещё более зловещим. Зверобой, тут же воспользовавшийся тем, что враг не обращает на него внимания, вцепился в голень чудовища и дёрнул изо всех сил. Великан покачнулся, нелепо взмахнув руками, и Дроган ринулся вперёд, отводя топор для удара.