Чтение онлайн

Любуясь фонтаном, я пропустила целую речь, которую Кодар произнёс, не слезая с коня. Видимо, он упомянул о трауре, поскольку громкие выкрики тут же стихли, площадь прекратили устилать цветами, а толпа разряженных дам и кавалеров начала довольно быстро редеть. С несколькими вельможами будущий император перебросился парой слов о каком-то имперском совете, который следовало собрать как можно скорее.

Наконец площадь опустела, Кодар слез с коня, и это, видимо, послужило сигналом для остальных. Лошадей знати брали под уздцы гвардейцы в парадной форме и уводили от главного входа. Разумеется, я, Аллиэль и оруженосцы отправились за ними, на конюшню. Никаких проблем с этикетом не возникло — Тайфун при приближении «коновода» по-змеиному изогнул шею, пряча маленький ещё рог под длинной и густой чёлкой, злобно взвизгнул и захрапел, кося глазом и скребя копытом камень. У парня напрочь отпала всякая охота даже просто подходить к зверю, не то что брать и куда-то его вести. Тем более что без уздечки этого коня брать особенно проблематично….

Маги не показывались. Я их не видела, не слышала и не ощущала поблизости никакой активной ауры. Или прячутся, или спят, все скопом, или их здесь нет. Хорошо бы они сбежали как можно дальше, оставив Кодара и Алькартан в покое! Нет, о возвращении на Острова я не думала, но вот отправиться куда-нибудь вглубь непроходимых болот, в северную пустыню или на пики Аридара хотелось все сильнее. Там нет людей!

Жизнь в императорском дворце казалась Инии волшебным сном, и вовсе не роскошь комнат и залов служила тому причиной. Полированный камень стен, ковры и гобелены, резные колонны и прекрасные статуи, мраморные вазоны с живыми цветами и бесчисленное множество слуг, готовых исполнить любую прихоть почётных гостей… графская дочь проходила мимо всего этого, словно выросла в подобной обстановке. Девушка не замечала ничего вокруг; она до сих пор не могла свыкнуться с мыслью, что небезразлична Аллиэлю. То, что смертная влюбилась в эльфа, называлось безнадёжной глупостью. А как назвать то, что эльф полюбил смертную?

Иния не думала о будущем и не вспоминала о прошлом; даже тот факт, что их безумный отряд сумел одержать победу, когда это уже казалось невозможным, и закрыл Злу дорогу в Алькартан, отошёл на задний план. Ежедневные встречи с эльфом, случайные и запланированные, конные прогулки, тренировки, полуночные посиделки и вылазки за город — вот что составляло её «здесь» и «сейчас». Разумеется, и в этой бочке мёда без ложки дёгтя не обошлось: отец, граф иль Ноэр, обязательно будет присутствовать на коронации, он же входит в императорскую свиту. Не захочет ли он забрать блудную дочь в Но и выдать замуж за одного из соседей, как и собирался? Иния не секунды не сомневалась, что к замужеству её не смогут принудить даже силой; если Кодар дипломатично решит не вмешиваться в семейные ссоры, то Виа точно не откажется помочь, а они с Аллиэлем, если возникнет такая необходимость, весь Илливиан по камешку разберут…. Но скандала хотелось избежать.

На эльфа графская дочь наткнулась по пути на конюшню. Солнце уже почти зашло, так что в парке не осталось ни придворных, ни садовников, ни прочих слуг. Вряд ли Аллиэль специально прятался в кустах, скорее, просто ждал девушку и наслаждался обилием зелени после суровых гор, но Иния не заметила его, пока от зарослей не отделилась невесомая тень и не скользнула навстречу.

— Ты же собирался ждать меня за городом. — удивилась юная леди.

— Тссс… — вместо ответа эльф прижал палец к губам и поманил девушку за собой, в переплетение ветвей и листьев.

Аллиэль сквозь кусты просочился бесшумно, словно и впрямь тень бесплотная; по сравнению с ним графская дочь ломилась, точно бешеный вепрь, с треском и хрустом. Но, преодолев зелёную преграду и оказавшись на небольшой полянке, со всех сторон окружённой густыми зарослями, девушка позабыла о своей неуклюжести. На фоне тёмной, почти чёрной растительности застыло сияющее чудо. Шерсть небывалого серо-голубого, со стальным блеском, цвета, словно светилась в сгущающихся сумерках. Молочно-серебряная грива закрывала шею и мягкими волнами падала на плечо, немыслимо густой хвост того же оттенка доставал до коротко подстриженной травы, а длинная чёлка свисала набок, закрывая один глаз. Второй, тёмно-голубым мерцанием напоминая драгоценный камень, пристально смотрел на Инию, и та, встретив этот взгляд, спокойный и мудрый, невольно вздрогнула. Статью скакун походил на Тайфуна, отличаясь разве что меньшим объёмом грудной клетки, более тонкой костью и не столь мощной мускулатурой. Рог графская дочь заметила в последнюю очередь, наверное, потому, что почти чёрное украшение на фоне быстро темнеющего неба не слишком бросалась в глаза, особенно по сравнению со всем остальным.

— Иди! — эльф слегка подтолкнул Инию. — Вы найдёте общий язык, я уверен.

— А… как его зовут? — несмело произнесла девушка.

— Вот у него и спроси. — странные слова и загадочная усмешка, как обычно, ничего не объясняли.

Помедлив ещё чуть-чуть, леди иль Ноэр двинулась вперёд, осторожно, маленькими шажками, словно подкрадывалась к пугливому зверьку. Единорог не шевелился, наблюдая за её приближением, и во взгляде его, как показалось графской дочери, снисхождение мешалось с любопытством.

Коснувшись наконец серо-голубой шкуры, Иния поразилась, насколько шелковистой та оказалась. Шерсть Тайфуна гораздо больше походила на лошадиную, а это чудо на ощупь напоминало и шёлк, и бархат одновременно.

Единорог фыркнул, привлекая внимание, девушка обернулась и вновь встретилась со взглядом, который так и тянуло назвать разумным. И Иния, повинуясь внезапному импульсу, произнесла:

— Ты — настоящее чудо. Я словно в балладу попала. Да, в песне герой бы так тебя и назвал — Чудо. Но, может, у тебя уже есть имя, и ты позволишь мне узнать его?

Графская дочь ждала чего угодно, но только не того, что увидела. Картина перед глазами сменилась стремительно, место тихой лужайки заняла степь, придавленная тяжёлыми, сизо-чёрными тучами, бешено мчащимися по воле бушующего урагана. И сине-белая ветвящаяся плеть, рассёкшая небо, возникла одновременно со словом: «Аэльвэйр».

— Молния… — прошептала девушка, изумлённо уставившись на единорога, когда вновь смогла его видеть — давшая зверю имя вспышка словно отпечаталась в глазах.

— Аэльвэйр — так эльфы называют не все молнии, а только те, что бьют в самую сильную грозу; способные превратить застигнутого на равнине всадника в чадящий факел, а вековое дерево — в обгорелый пень. — пояснил Аллиэль, подошедший, как всегда, беззвучно. — Ну что, поехали?

За спиной эльфа стоял невесть откуда взявшийся Шорох, но Иния восприняла очередное чудо без всякого волнения — её способность удивляться временно иссякла.

Вскочив на Молнию, девушка не стала даже пытаться ей управлять — а зачем? Кобылица сама порысила вслед за Шорохом, и мир вокруг исчез, скрылся в серебристой мгле на несколько шагов. Графской дочери уже приходилось перемещаться подобным образом, но тогда она сидела на Рыцаре. Сейчас, ощущая коленями работу мышц единорога и касаясь шёлковой гривы, Иния словно плыла в потоке призрачного света, и наслаждалась неведомым доселе ощущением силы, спокойствия и свободы, недоступным для человека. Увы, волшебное наваждение, как и в прошлый раз, длилось недолго. Дымка рассеялась, возвращая всадников в привычный мир, на опушку леса недалеко от Илливиана.

Вечер плавно перетекал в ночь, и под деревьями уже сгустился мрак, но чудесные скакуны бежали, не замечая темноты — похоже, видели в ней не хуже эльфов. Аллиэль держался впереди, выбирая дорогу. Вскоре они выехали на берег то ли широкого ручейка, то ли мелкой речки, и остановились у двух поваленных деревьев. Иния с трудом заставила себя расстаться с единорогом и слезть с Молнии. Мысль о том, что эта ночь кончится и эльф уведёт её, причиняла почти физическую боль. Поэтому неудивительно, что, устроившись у небольшого костерка, графская дочь завела разговор о чудесном звере.

— Аэльвэйр — красивое слово. И имя красивое. А она вообще чья?

— Твоя. — невозмутимо ответил эльф. — Или, вернее, она сама по себе, но пока останется с тобой.

— Это… подарок? — осторожно спросила Иния.

— Единорога нельзя подарить… или купить, или обменять. Только встретить. И, если найти общий язык, то он может остаться. Не в моей власти приказать Аэльвэйр служить кому бы то ни было; я мог лишь рассказать ей о тебе и попросить об этой прогулке. Остальное — её решение. Вот то, что я с ней поговорил, можешь считать подарком. Как там у людей это называется… «свадебный дар», так?