Чтение онлайн

Огненный шар не взорвался. Он замигал, частично теряя энергию, закрутился от контакта с домагнитным полем и… улетел обратно, к своему зелёному хозяину.

Раздался взрыв, а потом жуткий визг, словно кого-то пожирали живьём. Видимо, в яме плазму назад не ждали.

А вот надо было прикинуть, что такое возможно, если угол плазменного удара совпадает с линиями напряжённости защитного контура. Ведь плазменный сгусток — тоже контур. Замкнутый магнитный «узел», тороидальный кокон из ионизированного газа.

Сработал эффект «магнитного зеркала». Энергия плазменного удара трансформировалась в кинетическую энергию вращения. Это заставило шар закрутиться, стабилизировало его структуру и вытолкнуло обратно по траектории наименьшего сопротивления. Красота…

Защитное поле сработало как жёсткая стенка для заряженной материи, развернув оружие против хозяина. Редкая удача. Но ведь и в элегантном костюме Дерен под удар плазмой ещё не попадал…

Пилот закашлялся, сплёвывая кровь, и кое-как поднялся на ноги. В ушах звенело от визга. Ничего — к запаху он притерпелся, стерпит и визг. Главное, что алайцы не погнались за ним — уже хлебушек.

«Пушка» от удара оплавилась, раскалённый пластик испортил костюм и обжёг руку. Дерен отбросил ставшее бесполезным оружие.

Спецбраслет запищал, переходя в медицинский режим, и обожжённая рука тут же занемела. Нужно бы как-то соскрести с неё горячий пластик, чтобы не мешал регенерации… Но время…

Время поджимало.

Не обращая внимания на бьющий по ушам визг, такой человеческий и отдалённо знакомый, Дерен быстро огляделся, разыскивая в темноте лестницу.

Вспышка плазмы ослепила его, и он рискнул включить подсветку с браслета: тоненький ориентационный луч.

Лестница нашлась тут же, он почти допятился до неё. Отлично!

Пилот ещё раз сплюнул кровь и на всякий пожарный направил луч в сторону ямы: кто же там так дико визжит, да ещё с переливами? Не помешались там эти «крокодилы»?

Луч услужливо усилил мощность, и Дерен оторопел.

Алайцы забрались на помост и раздирали пополам гусеницу. А она билась и… визжала совершенно как… как женщина!

Дерен полагал, что вонючая «гусеница» — это какое-то животное, чей запах опьяняет алайцев. Не людей. На него-то он никак не подействовал.

Что-то типа ломехузы, что паразитирует на муравьях. Она пожирает их яйца, а взамен выделяет своеобразный наркотик, вызывающий у муравьёв эйфорию. Чем не повод для религии?

Но на помосте явно была не безмозглая тварь: голос, пластика…

И тут толстая пупырчатая шкура «гусеницы» лопнула пополам, и в лапах боевиков забилась девушка. Невысокая, загорелая, с золотисто-рыжими волосами.

Такой длинный недавно путь отступления Дерен преодолел в два прыжка. Неужели там Сайко? Но как они успели всё это устроить? За двадцать минут?

Ещё доля секунды, и Дерен понял, что ошибся. Девушка была худенькая, рыженькая, но на этом сходство заканчивалось.

Как она тут оказалась?

Алайские боевики совершенно не ожидали, что внутри своего религиозного чудища найдут эту голосистую красотку. Что она там делала? Шпионила за торгпредством?

Дерен сообразил, что это он демаскировал незнакомку. «Гусеница» попала под удар плазмы, отлетевшей от его груди.

Шкура фальшивого зверя треснула, обожжённая девушка завизжала… И продолжала визжать — похоже её собирались сожрать живьём.

Дерен грязно выругался по-алайски. Только этого ему ещё не хватало. Но руки сами переключили уже браслет на просчёт боевой ситуации.

Тридцать восемь алайцев. Все с оружием, но часть из них — из торговой касты. А значит — опасаться надо тех, что с шипами по хребту. Боевиков. Их тут… шестнадцать.

Скверно. Внушению алайцы поддаются плохо, придётся драться…

Вот же хэдова бездна!

Пилот отряхнул с обожжённой руки подсохший пластик и быстро пошёл вниз.

Хорошо, хоть яма была не вертикальным колодцем, а вроде пещеры. С уклоном градусов в… Дерен посмотрел на браслет… в сорок.

— А ну! — заорал он так, что со свода пещеры посыпалась земля. — Немедленно отдайте девушку!

Если пятью минутами раньше ещё не все одурманенные алайцы понимали, что происходит и кого они пытаются подстрелить в темноте, то сейчас Дерена наконец разглядели все.

— Отдайте девушку! — повторил он.

Пилот понимал, что шансов спасти рыжую у него не много, а времени ещё меньше. И шёл ва-банк.

Алайцы уважали в двуногих исключительно личную храбрость и силу боевого духа. Вид безоружного человека, идущего на толпу, согрел их зелёные сердца.

Кто-то из обдолбанных попытался выстрелить в Дерена, но у него отняли оружие свои же. А навстречу пилоту — не спеша и красуясь перед своими — вышел один из боевиков.

Довольно крепкий для алайца, с острой «куриной» грудью и мощными челюстями, он был «одет» только в портупею со всякой боевой мелочёвкой — капсулы с порошком для светочастотного оружия, контейнеры с ядом и дронами, ножны.

На шее у него висел на ремне тяжёлый армейский гэт. И второго светочастотного выстрела домагнитка Дерена могла уже не сдержать.

Он надеялся, что до стрельбы не дойдёт. Будет поединок. Алайцы любили их не меньше, чем свой бордельно-религиозный бред.

— Хочешь девушку? — спросил боевик, щёлкая от предвкушения челюстями. — Так возьми!

Он отбросил гэт и вытащил нож.

Его приятели одобрительно зашумели. Религиозное действо всё равно было испорчено, его уже не вернёшь. Зато чужак покусился на их законную добычу — бабу, да ещё и шпионку.

Вот же повезло! Бабы хватило бы ненадолго. Редкая белая обезьяна может впустить в себя даже двух алайских мужчин. А поединок можно вести до гибели чужака.

Ну или пока он не убьёт всех воинов. Ведь он нарушил общее право на развлечение и добычу! А значит — он один против всех!

Алаец оскалился, пугая клыками противника.

Дерен, наклонившись и скользнув ладонью по щиколотке, добыл десантный нож, именной, с виброрежимом.

Алайцы радостно зашипели: чужак вооружён! Вот же знатная будет драка!

Рыжая девушка взвизгнула от боли. Один из боевиков повалил её на земляной пол и придавил горло чешуйчатой ступнёй.

— Не ори, дура, — прошипел он. — Ещё поживёшь немного!