Чтение онлайн

– А не положено, - хихикнула Тульди. Её симпатичный короткий носик сморщился, как будто она хотела чихнуть. – Ладно, я отвернусь. Идёт?

Дэн почувствовал, что краснеет.

– Идёт, - буркнул он.

Идиотское бельё. С кружевами во всех возможных и невозможных местах. Ужасная одежда с этими жабо, скользкими ленточками и крючками вместо пуговиц. На жилете крошечные карманы – едва ли влезет даже нормальный носовой платок! В раздражении от бесконечных завязок и крючков, Дэнни даже забыл про Тульди, которая уже давно повернулась к нему лицом. Столкнувшись взглядом с её блестящими, выпуклыми светло-карими глазами, он снова смутился.

– Ты обещала не смотреть, - выдавил он.

Тульди подошла и поправила брошь-змейку на жабо. Взяла с крошечного белого столика заколку и прикрепила к волосам Дэна, убрав их с лица.

– Ты очень хорошенький, - сказала она и прижалась к Дэнни так, что он едва не упал, запнувшись о пуфик.

– Я пожалуюсь господину Тэллину, что ты ко мне приставала, - чувствуя себя беспомощным, пробормотал он. Но служанка уже не слушала его. Она вцепилась в его плечи, почти повисла на мальчике, дыша в лицо запахом корицы и зубного порошка.

Дэнни осторожно коснулся её щеки губами. У неё оказалась упругая и гладкая кожа. И мягкие полные губы. И очень трепетная, гладкая шея. И…

Без стука, почти беззвучно отворив дверь, в гардеробную вошла портниха, грохнула о столик шкатулкой с швейными принадлежностями, громко кашлянула. Дэнни, дрожа, отпрянул от Тульди, а той хоть бы что. Только прижалась к нему всем телом, поцеловала ещё разок в губы и, сладко вздохнув, отошла в сторонку, поправляя пышную коричневую юбку.

«Натани ни за что так бы не вела себя, - то ли с осуждением, то ли с сожалением подумал Дэнни. – Никогда!»

У Сары Натани гибкое, очень сильное тело, упругое и мускулистое. У неё нет такой пышной груди и таких тугих щёк. Она другая. Но Дэнни до боли захотелось, чтобы именно она была сейчас в гардеробной, подставляя ему лицо, губы, шею, всё остальное, и прижимаясь к нему беззастенчиво и жадно.

Портниха, женщина средних лет, сухая, как ветка, поджала губы и стала изучать одежду на Дэне. Там, где розовая рубашка или брюки сидели, на её придирчивый взгляд, неидеально, она втыкала булавку. Покрутив мальчика так и сяк, она несколько раз выразительно фыркнула, но ни слова не сказала. Тульди, потупив глазки, сидела на пуфике рядом, то и дело подавляя улыбку. Если бы она ушла, Дэнни стало бы легче, а так он немилосердно пылал. Пытка, к счастью, длилась не вечно.

– Снимай, - велела портниха. – Давай теперь примерь эти брюки и этот камзол.

К огромному облегчению Дэна, кто-то окликнул Тульди, и она выскользнула из гардеробной. Теперь оставалось только немного остыть, чтобы появилась возможность переодеться, не краснея за себя перед пожилой женщиной.

Портниха проводила Тульди неодобрительным взглядом.

– Значит, и до тебя она добралась, - сказала с осуждением. – Смотри, не вздумай с ней спать.

– Спать?! – воскликнул Дэнни, думая о комнате, которую делил с двумя соседями. Разве возможно там, при свидетелях?..

– Она позовёт тебя, вот увидишь. А потом стравит с Солом.

– С кем?

– С твоим соседом, - пояснила портниха. – Высокий, крупный парень. Обязательно стравит и посмотрит, как вы дерётесь.

– Зачем? – удивился Дэнни.

Ему стало обидно за себя. Выходит, что Тульди всё равно, с кем? И снова он сравнил её с Сарой Натани. Нет, Натани точно другая.

– Все девчонки одинаковы, - с горечью сообщила портниха. – Я вот своему сыну это всегда говорю. Он тебя постарше, но всё равно при виде девчонок у него в голове ветер свищет.

Дэнни не нашёлся, что сказать. Какое-то время женщина занималась подгонкой его вещей, ловко работая иглой. Парадную розовую рубашку она забрала, объясняя, что тут требуется тонкая работа.

Дэнни вернулся в спальню, и обнаружил, что с его кровати сняли постельное бельё и унесли матрас. В изножье деревянной койки стоял дорожный мешок.

Оба его соседа смотрели хмуро и неприязненно. Дэнни ответил Мордатому, которого, оказывается, звали Сол, таким же взглядом. Он не знал, что делать теперь и где ему придётся провести ночь – но явно не здесь. Вместо Тульди в комнату заглянула другая служанка – рослая, мужеподобная Мира, взяла его вещи, сложенные в стопку, и велела идти за нею. Подхватив мешок, где даже ощупью чувствовал скрипичный футляр и переплёт книги, Дэн поплёлся следом. Спиной и затылком он чувствовал ненависть Унылого и Мордатого и желал никогда с ними не увидеться больше.

Мира привела Дэна в совсем маленькую, аккуратную комнатку, невыразительным голосом сообщила, что уборная тут находится через две двери справа и оставила мальчика одного.

Одного!

Дэнни упал лицом в подушку и долго лежал неподвижно. Ни о чём не хотелось думать, но мысли осаждали его голову наперебой. А чувства терзали душу.

Вечером два здоровенных цирюльника, больше похожих на бандитов, долго мяли и полоскали Дэна в огромной ванной комнате на втором этаже, куда раньше ему и хода не было. Волосы ему остригли не так, как у Марсела, оставили длинную свисающую на глаза чёлку – и на том спасибо. Но всё-таки смотреть на себя в зеркало Дэну поначалу было непривычно: он как будто стал ещё худее, с тонкой шеей, острыми скулами и глубоко посаженными глазами. Одинокий и как будто слегка испуганный вид.

В новой маленькой спальне его ждала Тульди. Она сидела на кровати и расстёгивала верх строгого коричневого платья. Дэн сглотнул, прижавшись к двери – то ли убежать, то ли запереться тут с девушкой. На всякий случай он попытался определить, не смотрит ли сейчас Роз его глазами, но присутствия учителя за плечом не ощутил.

Тульди, устав ждать, спросила:

– Чего ты боишься?

И добавила с лёгкой насмешкой:

– Наверно, ты ещё всё-таки слишком маленький.

И последнее слово ударило Дэна, ударило неожиданно больно.

– Ну и уходи тогда, раз я тебе маленький, - всё ещё прижимаясь к двери спиной, сказал он. – У меня уже есть девушка.

– Вот как, - тихо засмеялась Тульди и повела плечами так, что платье поползло вниз, как живое. – Тогда пусть она остановит нас?!

У Дэнни всё словно до предела натянулось – все его струны, все до единой, горячо ожгли внутренности. Он нашарил защёлку за собой и задвинул её.

***

Упырёк замёрз так, что у него вся требуха внутри смёрзлась. Лязгая зубами, он попинал ногой дверь в дом – но Тяпа не отпирал.

– Прям хоть к начальнику в гости иди, - проворчал Дард вслух и, трясясь от холода, ещё раз постучался. Попрыгал на крыльце, посмотрел на лохань с водой. Она даже слегка тёплой не была, и уже подёрнулась корочкой льда.

Понюхав рукав куртки, Дард поморщился. Даже промороженная насквозь, она воняла дерьмом. Он весь провонял дерьмом. Невозможно целыми неделями жить около сумасшедшего старика и не пить. Он и пил. Сначала понемножку, втихаря, потом забылся и ушёл в запой. Дня на три всего, но Тяпа уже привычно доковылял до начальника тюрьмы. Дард прямо-таки представлял, как старый некромант лебезит перед стервецом: