Чёрный стерх
Шрифт:
Память услужливо подбросила незатейливые сюжетики о машинах времени, завязнувших в глубинах веков, о звездных кораблях, оказавшихся в прошлом из-за временных, гравитационных и прочих, не менее коварных ловушек. Вполне могло случится так, что в далеком будущем Земле грозит некая опасность, а он, Аршак, и есть именно тот самый спаситель. Может, его вычислили, и вот снаряжается экспедиция...
– Я готов!
– Спасибо. Рад за тебя, но...
– собеседник прикрыл ладонью неприятные свои глаза и надолго задумался.
– Все не так просто. Ты не поверишь, но я не могу сказать, что от тебя требуется, и написать не могу, даже громко подумать, и то опасно. Тут, знаешь, много охотников найдется...
– он снова закатил глаза и застыл вдруг, вперившись в потолок.
Аршак тоже посмотрел вверх и заметил среди разноцветных светящихся труб небольшое пятно. Пятно быстро темнело на глазах, сорвавшаяся капля упала ему на руку. Резко запахло бензином. Аршак растер каплю.
– Так я и знал, - огорченно покачал головой Кошкодав-Ракоед. Подожди немного, я сейчас устраню... небольшую аварию, - с этими словами он подскочил к тяжелому квадратному люку, тронул блестящую пластинку, люк отъехал и он скрылся в коридоре. Аршак успел там заметить ряды приборов, экранов и всего остального, подобающего быть на звездолеты или, в крайнем случае, в машине времени.
Скорее всего, если судить по звездам на экране и решительным девизом на штурвале, это был именно звездолет. Аршак задумался, соображая, в какой галактике он сейчас находится, в какую чертову даль их занесло? Приятный озноб пробежал по спине.
Между тем кабина звездолета на глазах непонятно изменялась. Огоньки медленно тускнели, экраны и дисплеи стали гаснуть, изображения на них поблекли и застыли. Аршак вскочил с кресла и отбежал к стене." Аварию не удалось устранить, - мелькнула тревожная мысль, - надо бежать на помощь". Но он не знал, куда бежать и что делать, и испытывал жгучий стыд оттого, что сейчас, сию минуту, пока он здесь глупо таращится по сторонам, экипаж истекает кровью, сражаясь с... чем-то! А что-то уже проламывается сквозь коридоры и отсеки, сметая переборки, и сейчас ворвется сюда. Аршак покрепче уперся в стену, готовясь в прыжке ударом ноги встретить неведомого врага. За спиной зашуршало, он почувствовал, что упирается не в жесткие выступы ребристых устройств, а ровную поверхность.
Он резко обернулся. Стена претерпела удивительную метаморфозу: приборчики, экраны, ручки и лампочки словно выцвели и сплющились, часть приборной панели, на которую он опирался, прогнулась внутрь, и сбоку образовалась щель.
Не веря своим глазам, Аршак засунул в щель пальцы и дернул панель на себя. С противным бумажным шелестом осыпались песчинки, и в его руке оказался кусок обоев с некачественно отпечатанным изображением приборов, экранов... Сорванная полоса бумаги обнажила бетонную щербатую стену в ржавых потеках и пятнах.
Аршак окаменел. Потом рванул соседнюю полосу, другую... Они легко отрывались от стен, падали, сворачивались. Через минуту Аршак копошился на полу, высвобождаясь из вороха бумажных змей, а когда, разорвав путы, поднялся, весь в пыли и ошметках высохшего клея, то обнаружил себя в мрачном подвале с нависающими над головой грязными трубами, откуда капала остро пахнувшая жижа. Бетонные стены освещала слабая, пропадающая в переплетении чугунных труб и сочленений лампочка. Квадратный люк оказался квадратной же дверью. Исчезла сверкающая пластинка, а на ее месте возник большой амбарный замок с торчащим из него ключом, замок висел в одной петле, а обитая цинковой жестью дверь была слегка приоткрыта.
Звездолет сгинул бесследно. Аршак поднял кусок обоев, изображающий небольшой дисплей; рядом кнопки, ручки, клавиши - такие же фальшивые. Перевернул - толстый слой отстающего кусками клейстера, рыхлая бумага, расплющенный таракан.
Он медленно обвел глазами подвал. На стене белой краской грубо, с кляксами выведен знакомый уже призыв: "Только вперед!". Аршак плюнул в нарисованный дисплей, скомкал обрывок и запустил его в надпись.
Дверь скрипнула. Аршак замер, затем осторожно пошел вдоль стены, остановился у двери, прислушался. Тихо. Только где-то далеко вода журчит. Заглянул в щель - чернота.
Наконец, решился и потянул дверь на себя.
В проеме стоял Кошкодав-Ракоед в кургузом пиджачке, полосатых брюках и в киргозовых сапогах, заляпанных глиной. Нехорошо улыбаясь, он цепко ухватил Аршака за ухо и притянул к себе.
– Ты куда собрался паршивец?
– просипел он.
Хватка у злодея оказалась крепкой. Аршак некоторое время упирался, но вырваться не удалось. Хитрый прием с подсечкой и завершающим ударом в пах не прошел. Кошкодав-Ракоед вывернулся и вмазал коленом прямо под копчик. Аршак взвыл.
И вот теперь его, обманутого и ничего не понимающего, как последнего сопляка тащили за руку по каким-то темным пыльным коридорам, лестницам и переходам, спускаясь все ниже...
После грубого толчка в спину он влетел в маленькую комнату, обитую коврами. Ноги завязли в густом длинном ворсе, и он, споткнувшись, повалился на длинную узкую тахту. Перед тахтой стоял невысокий расписной восточный столик с гранеными стаканами, огрызками и окурками. Аршак высмотрел среди грязных тарелок вилку, схватил ее и, выставив ее перед собой, прижался к стене.
Не обращая на него внимания, Кошкодав-Ракоед прошел к столику, пошарил в окурках, вытянул один, понюхал и, сунув в рот, сжевал.
Сглотнув, он осоловело посмотрел на своего пленника, сел, скрестив под собой ноги, на ковер и, пробормотав: "Храпнуть пару минуток, что ли", - брякнулся набок и захрапел. В ту же секунду Аршак почувствовал, как его неудержимо тянет спать и, хотя внутренний голос кричал: "Беги, беги!" - он неожиданно для себя растянулся на тахте, сунул вилку под валик и провалился в сон.
Снов, правда, не видел. Было тягостное, оцепенелое состояние, не дремота и не бодрствование, а просто мозги не работают, голова словно распухла неимоверно, как воздушный шар, и кто-то холодными пальцами перебирает в ней, ковыряется, ощупывая, разыскивая...
Аршак открыл глаза. Над ним стоял, зевая, Кошкодав-Ракоед и с неодобрением разглядывал вилку. Бросил ее на ковер, а заметив движение на тахте, наступил ногой.
Аршак вскочил. В глазах поплыло, и он снова упал на тахту.
– Проголодался, бедняжечка?
– участливо спросил Кошкодав-Ракоед.
– Кушать хочешь, да?
– Нестерпимо хотелось есть, но Аршак ничего не ответил. Не понимая, что происходит, он ожесточился. Грубый обман со звездолетом... Нет, даже не грубый, а глупый! Тогда он был готов на все ради этого... спасителя Земли! Но закапало сверху, и на тебе драные обои! Может, его похитили ради выкупа? Мать рассказывала, как недавно украли жену директора ресторана, а потом, когда он заплатил похитителям, ее вернули по частям, посылками. Правда, вскоре выяснилось, что похищение организовал сам директор, решивший столь сложно избавиться от жены. Но кому мог понадобиться он, школьник, сын небогатой служащей?