Чтение онлайн

Насколько я успел изучить Игоря Семеновича, чем важнее тема и чем сильнее не уверен он в том, что ею стоит с кем-либо делиться, тем дольше он откладывает разговор. Ладно, я всё равно никуда не тороплюсь, а от горячего чая не отказался бы. Погода вполне к нему располагает.

Вот так без особой спешки допивая уже по второй чашке, мы вернулись к дедовской задумке.

— Смотри, мнится мне, что лет сто назад Иными в Империи еще и не пахло. Иначе бы они куда раньше во власть полезли и себя проявили.

— Допустим. К чему ты ведешь?

— Да к тому, что они все появились здесь в один момент. Я не имею в виду всех ныне живущих Иных, понятное дело, только их предков. И я хочу вычислить, когда именно это произошло.

— А каким образом?

— У нас благодаря красавцам из Министерства экономики есть уже некоторое количество фамилий и имен. Осталось организовать поиск по архивам. Понять, откуда эти семейства взялись, с кем породнились. Сопоставить данные. Вот на что угодно готов спорить, но везде окажется этакий смутный коридор, в котором где-то будет недоставать сведений, где-то будут записи об авариях, несчастных случаях и счастливых исцелениях после них… Чуешь, к чему я веду?

— А ведь и вправду идея заслуживает внимания! — кивнул я. — Вот только… если они поймут, в какую сторону мы копаем, следующее покушение на тебя может оказаться для них удачным. Тьфу-тьфу, чтоб ты и дальше у меня здоровеньким жил лет до трехсот!

— Не любишь ты меня, внучок, не любишь. Маловато годиков отсыпал. Я и на пятьсот вполне согласен, — зафыркал дед.

— Да хоть тысячу! — рассмеялся я. — Но расследование придется как-то маскировать.

— Это как раз несложно, — Семеныч улыбнулся с видом триумфатора. — Я уже подготовился. Нашёл людей, чьи фамилии похожи на нужные нам. Запрос в архив будет идти по именам этих лиц, которые к Иным не имеют ни малейшего отношения. Но… есть одна тонкость. Запрос запросом, а в архив мы с Карпушей будем ездить лично. И помимо заявленного доставать из соседних ячеек данные уже по нужным нам семьям.

— Архивариус вас не сдаст?

— А его дело маленькое — указать нам, где лежат дела на изначальные заявки. А дальше он должен оставить сотрудника особого отдела по контролю за использованием магических способностей в одиночестве и дать ему возможность выполнить свою работу. Я специально инструкции на этот счет проверил. Это тебе не книжки в читальном зале по абонементу заказывать.

— Хм, а может, и выгорит…

— Выгорит! Куда оно денется! Я бы, конечно, и тебя бы под это дело подписал, но больно уж рискованно это. Не хочу раньше времени тебя светить перед тем, кем не надо.

— Нет-нет, я тебе уже вчера всё сказал по этому поводу: мне бы магию подтянуть до нужного уровня, а то вылечу из Академии с позором. Поэтому дай мне хотя бы полгодика спокойных, дальше уже попроще будет.

Дед ничего не ответил, лишь усмехнулся.

— Ладно, пожалуй, пора мне уже, — я посмотрел на часы. — Хотел еще перед сном почитать, чтобы завтра хотя бы понимать, какие нам предметы преподавать собираются. Историю я уже оценил. Надеюсь, что и с общей теорией магии повезет.

— О, тебе понравится, — заверил Игорь Семенович. — Там изучают работу источника и принцип работы с его энергией для каждого из видов магии. Ну, за исключением нашего, чертяка, понятное дело. Так что будешь понимать, ежели вдруг против тебя огневик, к примеру, выходит, что и как он творить станет, и в какой момент ты его на взлете подбить сможешь.

— Хе, — развеселился я. — Так это даже хорошо, что наша стихия под запретом. Чем меньше народ о ней знает, тем нам проще.

— Всё верно, чертяка, всё верно. Хотя, положа руку на сердце, я бы предпочел вернуться в свои юные года и закончить ту самую Академию, где ты сейчас учишься, и из которой меня поперли, как только стало ясно, что второго дара у меня нет, а первый внезапно оказался вне закона.

Мы помолчали. Честно? Я просто не знал, что сейчас сказать и как поддержать деда. Да, дела давно минувших дней, но… представляю, как ему было обидно. Без вины виноватый. Но…

— Ты говорил, что изначально работал консультантом в особом отдела по контролю за использованием магических способностей. А как и когда ты туда попал? Я почему-то думал, что сразу со студенческой скамьи?

— Нет, чертяка, — грустно усмехнулся Игорь Семенович. — Обо мне вспомнили сильно позже, предварительно истрепав все нервы проверками. Если бы не Израилыч, думаю, так бы и оставался я аутсайдером и неблагонадежным человеком, которого априори подозревают в том, что он лишь притворяется законопослушным.

— Ты так часто поминаешь этого Израилыча. Интересный человек?

— О! Легенда! И я бы сказал, что интересный он во вторую очередь. А в первую — опасный! Откуда, думаешь, у Карпуши такой взгляд характерный? От учителя перенял.

— А ты как с этим Израилычем познакомился?

— Известно как, — вздохнул дедуля. — На светских приемах. Он хорошо постарше меня был. Любил… покровительствовать, скажем так. То подскажет что-нибудь эдакое, то легкий экзамен устроит и похвалит: мол, отличный менталист растет… Но это, понятное дело, было до запретов всех. Даже еще до моей женитьбы. Я тогда в свет с родителями выезжал, да пригреет их дух Всесоздатель. Ну, что еще ты хочешь обо мне узнать?

— О, у меня огромный список! — оживился я и потер руки.

— Тогда точно не сегодня. Сам сказал, что тебе уже пора ехать, да и я водителя для тебя уже вызвал. Побереги мое сердце, поменьше пользуйся общественным транспортом. Кольнут тебя в толчее шилом в бок, и буду я потом на себе остатки волос рвать, что не уследил и не уберег.

— Вроде как, я и сам туда не рвусь, честно. Сегодня вот на такси ехал. Не накручивай себя. Но про юность твою я еще поспрашиваю, даже не думай отлынивать от почетной роли деда.

— Это какой же?

— Наставлять молодежь на путь истинный собственным примером! — назидательно поднял я палец и свел брови, имитируя высшую степень суровости.

— Ах, чертяка, знаешь, на какой кривой козе подъехать! Но я твои хитрости все наперед вижу!

— А назад? — невинно осведомился я, одновременно придав Филину импульс, и тот почти невесомо хлопнул деда по плечу.

Игорь Семенович почувствовал касание, подскочил, обернулся и, разумеется, никого не увидел, после чего погрозил мне пальцем, нимало не сомневаясь, кому обязан такой достоверной галлюцинацией.

— Ты мне это! Не хулюгань тут!

— А то что? Пароль от халявы в «Пижонах» отменишь?

— Ой, иди уже, а?

Сидя в машине, я вспоминал нашу встречу и поневоле улыбался. Дед начал открываться передо мной. Будто спрятавшаяся в раковину улитка, которая тихонько выглядывает оттуда, показывая свои рожки. А мне… мне действительно была интересна его жизнь. Пусть наше родство было, в силу понятных причин, неполным, но по духу Семеныч был моим человеком. Прикольно представить, как при иных обстоятельствах они сидели бы с деканом Валерием Старостиным и обсуждали тонкости своего ремесла…