Чтение онлайн

Хотя… если бы Эраст не попросил меня сегодня заместить его, я и не узнал ничего. Так что тут еще вопрос, кто кому по итогам должен окажется за это занятие.

За свою работу, кстати, Гомиловский получил заслуженную пятерку. Ну еще бы! Надо будет потом отдельно у Минделя поинтересоваться, он в прошлые два года такие же успехи в некромантии демонстрировал, или только в этом учебном году за ум взялся? Не то чтобы меня всерьез интересовал этот момент, так, чисто из любопытства.

«Малой, проследи за Романом Гомиловским. На максимальное расстояние, какое только сможешь. Интересует всё-всё-всё».

«Сделаю в лучшем виде, папаша!»

— У кого-то еще есть вопросы? Не стесняйтесь, пользуйтесь моментом.

Студенты начали переглядываться. Кому-то прилюдный разбор работы был не нужен, кто-то опасался, что я отнесусь к ней еще строже, чем Эраст Карлович.

— Даю вам ровно минуту, чтобы определиться. Если нет, то переходим к лекции. Расскажу вам в двух словах про фантомную смерть, а ваш преподаватель на следующем занятии уже раскроет эту тему полностью.

Я взял дальфон, будто бы только ради того, чтобы проверить почту. Сам же открыл чат на троих с дедулей и Давыдовым, куда сбросил сообщение: «Третьекурсник-некромант Роман Гомиловский — с величайшей вероятностью бастард Изюмова. При себе имеет артефакт-персональную глушилку, как у Ноября. Вероятно, что будет настороже и может сбежать».

Ну, что мог, то сделал. А там пусть сами решают, как лучше с ним поступить.

— Вижу, желающих нет? Тогда открывайте тетради. Итак, фантомная смерть, величайшая обманка и величайшая же подстава для множества начинающих некромантов. Суть её в том, что некий живой объект сознательно выдается за мертвый. Впрочем, есть и второй вариант, так сказать, непреднамеренный: живой объект находится в состоянии, в котором его эманации со стороны можно принять за эманации неживого тела…

Тема была реально интересная, тем более на стыке с менталом, о чем я, разумеется, народу сообщать не стал. Зная, что времени не так много, я сознательно обходил стороной все практические аспекты, сосредоточившись исключительно на описании явления. А как и что — это пусть им Миндель потом в подробностях рассказывает.

Всё шло замечательно, и судя по часам мне оставалось буквально две минуты до заветной мелодии, как дверь в аудиторию распахнулась, и в ней появился Леопольд Дамирович. Судя по его виду, он шёл прицельно, уже зная, кого увидит на месте преподавателя. Значит, кто-то из студентов стуканул, стопроцентно. Не удивлюсь даже, если это был именно Гомиловский. Очень уж его зацепили мои слова о безудержной паранойе Изюмова, вот и придумал, куда ударить, не подставившись при этом сам, ведь факт нарушения налицо. Не просто так я пытался отговорить Эраста от этой затеи.

И вот к преподавательскому столу, грозно печатая шаг, подходит магистр некромантии. А я что? Я ничего. Примус починяю. Объясняю студиозам учебный материал.

Брунов, выйдя вперед и демонстративно не обращая на меня внимания, обратился к аудитории.

— Кто готов подписать коллективную жалобу на действия вашего преподавателя?

Ого, с козырей зашел. Ладно, поглядим, кто захочет Минделю гадость сделать. Не исподтишка, а в открытую. Чтоб потом ему его же товарищи приватно объяснили, насколько он был не прав. Эраст и впрямь довольно мягкий преподаватель, это я уже понял по тому, какие оценки он работам выставил. Если Минделя отсюда попросят, возьмут другого, и не факт, что он будет настолько же толерантен.

— Так всё хорошо же? — удивилась девица со второго ряда. — Мне вот лично всё понятно было. И тема такая интересная.

Ого! Не ожидал от Виктории. Я же её, считай, сдал перед Яниной, которой та мышь дохлую подбросила с последующим цирковым представлением. И вдруг «всё в порядке, всё нормально». Похоже, я так и не научился до конца разбираться в людях, несмотря на весь свой накопленный опыт и второе психологическое образование из прошлой жизни.

Бородач разинул рот и, похоже, собирался что-то сказать, но тут ему явственно прилетело несколько тычков в бок под конторкой, и он разумно отставил эту идею.

— Не знаю, как остальных, а меня всё устроило, — тут же отозвалась Янина.

Ого! Дамочки, оказывается, умеют ситуативно дружить? Никогда бы не подумал.

— Всё замечательно. Я вообще не вижу повода для жалоб, — а это отличница Лариса свои пять копеек подбросила, за что ей отдельное горячее спасибо.

— Вижу, Валерьян времени не терял, — хмыкнул Брунов. — Всех девиц очаровал, или только эту троицу?

— Я бы попросила! — вскочила с места Лариса с пылающими щеками. — Вы не имеете права унижать нас по первичному признаку! Я имею право на свое мнение, как и любой студент в этой аудитории! И я его вам высказала! А вы обязаны его учесть безо всяких скидок и поправок на мой пол, возраст и социальное положение!

Ох, революционерка ты моя. Спасибо, конечно, но зря ты так. Леопольд Дамирович — сволочь злопамятная. Как бы он тебе при защите диплома не подгадил. Отдельно попрошу Эраста, если его к тому времени отсюда пинком под зад не попросят, конечно, чтобы он за тобой присмотрел и подстраховал.

— Я вроде не девица, — встал, набычившись, Тимофей. — Скажу так. Всё по делу было. С подробными объяснениями. Меня лично устроило.

Одарив Брунова тяжелым взглядом, он плюхнулся обратно. И тут заиграла из динамиков мелодия. Народ, начисто игнорируя присутствие в аудитории завкафедрой, начал вставать, болтать друг с другом и всячески показывать, что лезть в эти разборки не собирается категорически.

Я под шумок тоже взял свою сумку и с независимым видом попытался смыться, но не тут-то было. Леопольд Дамирович преградил мне путь.

— И как это называется? — скрестил он руки на груди.

— Дружеская помощь, вероятно?

— Вы не имели права замещать сертифицированного преподавателя.

— Я сделал то, о чем меня просил старший товарищ. У студентов, как вы сами слышали, претензий нет. А теперь позвольте мне пройти, мне надо успеть на третью пару.

— А вторую вы, видимо, прогуляли?

Ох, мужик, прости, но я тебя жестоко обломаю сейчас.

— Я уже сдал экзамены по той дисциплине, которая стоит у нас второй парой, поэтому у меня появилось свободное время. И я вправе его использовать так, как сам пожелаю. Вот как раз: вспомнил прошлое, поделился опытом с коллегами. А теперь позвольте, но мне действительно пора. Честь имею!

У Брунова аж глаза едва из-за очков не выпрыгнули. А потому что стоит хотя бы иногда интересоваться, что на соседних кафедрах происходит, как в целом студенты себя показывают. Я вот раньше никогда не гнушался подойти к коллегам, расспросить, что они думают — и по поводу учащихся, и так, по жизни. Корона не свалится, а вот картина заиграет новыми красками.

Помнится, я так едва одного парня без аттестации не оставил. Мало того, что на лекциях не появлялся, так еще и сдавал всё через пень-колоду. Поспрашивал своих, оказалось — спортсмен. Из второго эшелона, но имеет все шансы наверх пробиться. Вечно по сборам разъезжает, потому и пропусков столько. А заочное обучение я на тот момент для нашего направления еще выбить не успел, да и не хотел особо. Всё-таки ментал требует наставничества, личного присутствия преподавателя и студента в одном помещении. По итогам поговорил лично с тем спортсменом, накидали мы с ним план работы, да и вытащил он сессию, не завалился. Поначалу трояки хватал, а затем сообразил как-что, в гору пошел. Ну и в первый эшелон пробился, на чемпионатах мира выступал.