Чтение онлайн

Мужик, видит Всесоздатель, я достаточно терпел твою недоброжелательность. Но у всего есть предел.

— А мне кажется, — я с трудом повернул к нему голову, — кто-то поторопился создавать авторский курс, не ознакомившись в достаточной степени с первоисточниками. У истоков геомантии, как отдельного направления стихии земли, стояли Шнейп и Лось, а не Комин-Шагаев, который и на свет-то появился почти на сто лет позже отцов-основателей.

— Я так и сказал, что Шнейп и Лось! — вскинул голову Максим. — С чего ты вообще сюда Комина-Шагаева приплел? Только чтобы оскорбить меня? Не выйдет!

— А ты, — я нарочно проигнорировал вежливое обращение на вы, поскольку меня достало это панибратство от человека, который спал и видел, как завалить меня на экзамене, — просто проверь конспекты первокурсников. Проверь-проверь, и желательно до начала сессии, иначе потом позора не оберешься.

— Ага! Я так и знал! Кто-то всё-таки вопреки моему прямому запрету дал тебе свои конспекты? Ты в курсе, что только что подписал своей поклоннице двойку в зачетке?

— Почему сразу поклоннице? — с усмешкой поинтересовался я. — А крепкая мужская дружба у тебя уже не канает?

Максим тут же нахмурился. Видимо, начал прикидывать, кто бы из первокурсников мог в теории оказаться моим тайным другом. Редкостный идиот. Можно сказать эталонный.

Я-то обнаружил сей казус с ошибкой достаточно случайно. Еще в сентябре, чтобы понимать, о чем идет речь, заимел привычку сначала читать литературу по курсу, а затем уже переписывать за Филином конспект лекции. Так и обнаружил, что Харитонов, мягко говоря, перепутал имена. Видимо, купился на двойную фамилию, и у него что-то замкнуло в мозгу, поменяв местами совершенно разных людей.

— Прости, коллега, чисто профессиональное любопытство, — вдруг оживилась Марьяна. — А ты с Валерьяном на что условился?

— Он приходит на мой экзамен с собственноручно написанным конспектом и отвечает на все мои вопросы. И он без пяти минут ящерица, потому что сдать мой предмет в текущих условиях у него просто не выйдет, и он обзаведется хвостом за несданную дисциплину. Дальше либо он идет на дно в гордом одиночестве, либо еще и тянет за собой тех, кто снабжает его конспектами, презрев мой прямой запрет. Ничего, расплата настигнет каждого!

— Что-то мне подсказывает, — усмехнулась математичка, — Валерьян с легкостью выполнит твои требования. Правда ведь? — повернулась она ко мне.

— Истинная, — кивнул я и тут же мысленно обругал себя за то, что сделал это слишком резко и спровоцировал очередной цикл головокружения. — И настолько полного конспекта, как у меня, нет ни у одного моего однокурсника. Поэтому никакие проверки мне не страшны. И моему потоку тоже.

— А чего ты на лекции Максима не ходишь, кстати? — поинтересовалась Марьяна.

В ответ я расписал ей схему, согласно которой я должен был заниматься практической магией со вторым курсом, при этом осваивать теорию магии я должен самостоятельно. И время занятий совпадает с лекциями по Истории развития магии, которые как раз читает Харитонов.

— Неприятная ситуация, — резюмировала математичка, выслушав меня, и поджала губы.

— Поэтому я и говорю: пусть Валерьян готовится к тому, что у него вырастет хвост! — с пафосом заявил Максим.

— Дурак ты, — припечатала его Марьяна. — Сам же слышал: парень не виноват в сложившейся ситуации. А ты и рад его унизить, лишь бы в моих глазах баллы набрать. Ты хотя бы знаешь, что Валерьян — мой ученик с первого класса? Я его еще вот таким шкетом помню, — показала она ладонью мой тогдашний рост. — Ты что, думаешь, я буду встречаться с тем, кто для меня так и остался ребенком? Да еще, когда у меня смерть мужа в сердце не отболела?

— Марьяночка, но зачем же так, — залебезил Харитонов, явно шокированный прямотой математички. — И вообще, я выступаю за чистоту науки…

— Да не звезди! — взорвалась Варфоломеевна. — Тебя уже носом ткнули в то, что ты студентам неверные данные надиктовал. Вместо того, чтобы поблагодарить Валерьяна, что он сделал это в приватной обстановке, ты продолжаешь выискивать способ, как осложнить ему жизнь. А я говорю тебе в последний раз: я с детьми не встречаюсь! Да ты и сам для меня неприлично юн, кстати. А помимо того, совершенно не в моем вкусе. Найди себе женщину под стать, а не замахивайся на зубриху.

Тут даже я слегка завис. Что имела в виду математичка, говоря про зубриху? Самку зубра, или же девочку-заучку? То есть, уже взрослую женщину, которая свой предмет помнит досконально и ошибиться в нем не может ни на единую цифру?

На мое счастье, в «Сморчке» наконец-то появился Миндель. Быстро оценил глазами ситуацию и сделал всё грамотно, изобразив, будто не ожидал нас всех здесь увидеть.

— Надо же, а чего вы сюда из «Гаудеамуса» перебрались? — полюбопытствовал он, одновременно втискиваясь между мной и Харитоновым, еще и стул в наглую умыкнул, воспользовавшись тем, что Максим всего лишь положил на него руку, но сам так и не сел.

— Здесь атмосфера поживее, — улыбнулась ему Марьяна, прекрасно зная исходный расклад, но сочтя нужным подыграть Эрасту.

— Валерьян, держи свое лекарство, — протянул мне высокий стакан бармен. — Потом расскажешь, как на вкус. Впервые такую вещь мешаю, самому интересно, что вышло.

Хм, звучит многообещающе. Ладно, попробуем…

Ух ты! Вот как тогда, когда Александр намешал мне настолько вкусный коктейль, что пришлось заказывать аж трехлитровую банку. Вкус другой, да и на вид он не красно-бордовый, а, скорее зелено-мутный. Но бесподобно. Других слов нет.

— Ну как? — спросил бармен, когда мне оставалось допить буквально пару глотков.

— Всё отлично, — честно признался я. — А что?

— Здесь тоже есть сок пастернака. Значит, у тебя точно нет на него аллергии. И это отличная новость!

Вот же экспериментатор! И даже ругаться на него не хочется. Не со зла ведь, а исключительно ради наслаждения моих вкусовых рецепторов старается.

— Сделаешь мне оптовую партию? И в заказ еще хашламу бы, совсем чудесно выйдет.

— Доставкой?

— Да, не хочу тащить в руках такую прелесть. Особенно в таком нерабочем состоянии.

Максим, про которого все забыли, перешел поближе к Марьяне, встал за ее спиной. И этот факт Иную невероятно выбесил. Её сфера духа аж полыхнула раздражением, и чтобы прочитать это не требовалось быть настолько искушенным менталистом.

— Максим, я непонятно выражаю свои мысли? — ледяным тоном поинтересовалась она. — Тебе со мной ловить нечего, точка.

— А с ним, значит, есть чего? — он бросил злой взгляд в мою сторону.