Чтение онлайн

– Когда-то очень давно мой народ жил недалеко от этих мест. Я приехала посмотреть, где это было.

Затем он обратился к Раглану.

– Как давно вы знакомы?

– Мы только что встретились. Я узнал ее по рассказам нашего общего друга - Эрика Хокарта.

– Хокарт? Это тот самый, что вроде собирается строиться где-то ниже по реке? Ученый, так кажется?

– И не только. Еще он бизнесмен, и довольно преуспевающий. Подобные два качества редко когда уживаются в одном человеке. Да, ему пришелся по душе ваш край, и он собирался выстроить здесь себе дом. Он нажил приличное состояние, занимаясь исследованиями по электронике, и поэтому может позволить себе жить там, где ему захочется.

Галлафер принял из рук офицантки чашку с кофе и отпил глоток, а затем снова переключил все свое внимание на Каваси.

– Когда начался пожар, вы были в ресторане?

– Нет, но я была там всего за минуту до этого. Я увидела тех людей и очень испугалась. Я убежала.

– Каких людей?

– Я их не знаю. Их было двое, может быть больше. Не могу точно сказать. Мистер Хокарт тоже боялся, и пошел к прилавку, чтобы ему дали ружье. Но человек за прилавком не дал ему ничего.

– И правильно сделал. А как Хокарт поступил потом?

– Я не знаю. Я убежала.

– И когда вы пошли?

– Спряталась. Потом искала комнату, чтобы спать.

Галлафер обернулся к Майку.

– Что вам известно о Хокарте? Не был ли он замешан в чем-нибудь? Может, наркотики?

– Кто угодно, но только не он. Не при его благоразумии. Ему это было ни к чему. Он был рассудительным, иногда даже слишком серьезным человеком, предпочитавшим одиночество всему остальному. Так ему лучше думалось. Чего ему не доставало в жизни, так это по-настоящему уединенного места, где поблизости не было бы телефона. Видите ли, когда человеку удается достичь чего-то в этой жизни, то люди не оставят его в покое, они вечно будут надоедать со своими прожектами и идеями, а ему не нужно было чужих идей.

Он просто хотел подыскать для себя тихое место, где можно было бы спокойно сидеть и думать. Вообще-то я лично воздержался бы от того, чтобы называть его ученым. Скорее он в какой-то мере был изобретателем, умевшим находить должное применение своим открытиям. Многие из его друзей-коллег занимались исключительно лишь одними исследованиями, а вот Эрику, в отличие от них, было дано предвидеть практическую ценность подобных вещей. Он умел обратить их работу в реальные деньги.

– А у него не было недоброжелателей? Не угрожал ли ему кто физической расправой?

– Об этом мне ничего не известно. Родственников у него не было. Наследников тоже. Так что большинство его друзей наборот были заинтересованы в том, чтобы он жил как можно дольше.

Если Галлаферу и было что-то известно, то выказывать свою осведомленность он, по всей видимости, не собирался. Судя по характеру задаваемых вопросов, он как будто бы пытался прозондировать почву, надеясь отыскать подходящее объяснение случившемуся. По крайней мере у Майка сложилось тогда именно такое впечатление.

– Мэм, вот вы сказали, что вы испугались тех людей. А почему?

– Я была в пустыне с мистером Хокартом. Он очень... очень беспокоился. Мы сели в машину, а те люди выскочили из-за камней, но мы уехали. А потом они пришли в ресторан.

– Где сейчас Хокарт?

– Нам бы тоже хотелось бы это знать, - заметил Раглан.
– Они, должно быть, взяли его.

– Похищение?

– Похоже на то. Насколько мне стало известно, трупов на пожарище найдено не было, а следовательно, он скорее всего остался в живых. Если я не ошибаюсь, его машина находится у вас.

Галлафер неторопливо попивал кофе, продолжая напряженно размышлять. Он производил впечатление проницательного, умного человека, и Майк надеялся, что он не станет подвергать сомнению его рассказ, который к тому же по большей части оказался чистейшей правдой, если, конечно, не вдаваться в некоторые подробности. Галлафер внезапно взглянул на Майка.

– А каков род ваших занятий вообще?

– Я писатель, в основном пишу о дальних странах и необычных приключениях. С Эриком мы были знакомы на протяжении вот уже нескольких лет, и теперь он хотел посоветоваться со мной.

– По поводу чего?

– В частности, он хотел, чтобы я рассказал ему побольше об этих местах. Я ведь и сам одно время жил тут неподалеку, исходил почти все отдаленные уголки.

– Это где же?

– Темный Каньон, Сказочный Каньон, Бычья Впадина, Холмы Прекрасной Алисы, Деревянный Башмак - вы ведь сами их знаете не хуже меня.

Галлафер неохотно кивнул.

– Похоже на то, что вы действительно в этом разбираетесь.
– Он снова отпил глоток кофе.
– А кому могло понадобиться похищать Хокарта? Вы сами никого не подозреваете?

– Нет.
– Раглан немного помолчал. Потом он сказал.
– Видите ли, мы с Хокартом время от времени обмениваемся книгами, в основном это самые обычные, недорогие издания в мягком переплете. Одна такая книга была оставлена для меня в Тамарроне, там, где я остановился. А некоторое время спустя какой-то человек тайком пробрался ко мне в дом и пытался ее выкрасть.

– Выкрасть книгу? Да зачем, черт побери?!

– Вот то-то и оно. Мне кажется, что он взял ее, приняв за что-то другое.

Коротко, насколько это лишь было возможно, Раглан рассказал, о звонке девушки-портье, и как затем, проснувшись, он увидел стоящего у бара незнакомца.

– Хорошо еще, что он не убил вас, - сказал Галлафер.

Раглан лишь улыбнулся в ответ.

– Думаю, я все же сумел бы убедить его не делать этого, - тихо сказал он.

Галлафер снова посмотрел на Майка.

– Можете описать, каков он из себя?

– Ростом примерно пять футов и девять или десять дюймов - если смотреть относительно бара, рядом с которым он стоял, темные волосы и глаза, смуглая кожа. Очень широкоплечий. Мне он показался крутым, по-настоящему опасным парнем.

– Почему вы так считаете?

– Он всецело владел ситуацией. В его поведении не чувствовалось ни малейшего намека на нервозность. Он мгновенно оценил ситуацию. Он видел, что я даже не пытаюсь задержать или остановить его и знал, что во избежание еще больших неприятностей, убивать меня не стоит. Он производил впечатление профессионала, все действия которого загодя просчитаны и выверены на шаг вперед, и которого невозможно обратить в паническое бегство. Он просто развернулся и вышел.

– А потом?