Чтение онлайн

Таззок с сомнением покачал головой.

– Это просто сказка. Такого никогда не допустили бы. К тому же - он развел руками - куда им деваться? Как бы они там жили?

– Разве нет подходящих мест в горах? Или в пустыне?

– Туда никогда никто не ходит. Это страшные места.

– Неужели в твоих Архивах нет записей рассказывающих о древних путешествиях?

Таззоку было явно не по себе. Он с беспокойством оглядывался по сторонам.

– Были, были такие сказки, всего лишь навсего сказки, рассказанные безответственными людьми. Им никто не верит. В Архивах есть кое-что... Но заглядывать туда запрещается.

– И ты тоже не читал? И твой отец, и дед тоже?

Таззок смутился.

– Говорили, что среди всех Архивов есть еще одно запретное для нас место. Кое-кто говорил, что это все вранье, и ничего подобного нет и не может быть. Это было место Голоса, когда давным-давно люди приходили в его храм. Чтобы добраться туда, нужно было идти несколько дней. Потом Голос сам подошел поближе и жил в Запретной Крепости. И больше никому не приходилось отправляться в паломничество.

Выходит, что храм, где когда-то находился Голос, древнее место Архивов, теперь был заброшен. Может быть это то, что ему и нужно? Ведь наверняка подобный храм не стали бы строить наобум. Тогда почему бы там не могло находиться еще одного перехода между мирами? Постоянного?

Старый ковбой из Флагстаффа мог запросто оказаться где-то поблизости, найти золото и путь, которым можно было воспользоваться в любое время.

– Таззок, я должен попасть в ваш мир. Я должен помочь своему другу бежать. Если он не возвратится, то придут другие, и тогда вашему миру наступит конец. Люди большой власти желают его возвращения, и если в ближайшее время его не найдут, то тогда они станут прочесывать эти холмы. Я уже сказал об этом вашей женщине. Иден Фостер.

Если начнется война, то твои бесценные Архивы могут быть уничтожены. Я не хочу этого, и ты тоже не хочешь. Если ты поможешь мне, то мы смогли бы сохранить их, а возможно даже и перенести обратно в наш мир. И здесь у нас они бы уже больше не пылились бы в бездействии, их стали бы изучать.

Наступило продолжительное молчание, и в конце концов Таззок покачал головой.

– Я не знаю. Мне хочется спасти Архивы, но вот освободить твое друга?.. Это не возможно. Никто не решится на это, а ты ведь просто один человек...

– Очень часто человек в одиночку может добиться большего, чем целя толпа. И знаешь, - добавил Майк, - нашим ученым очень захочется узнать, что же все-таки случилось с теми, кого мы называем "анасази" после возвращения в этот ваш мир. Они как будто были хорошими людьми, их общество развивалось, оно стояло на пороге чего-то очень важного. А из твоих Архивов, возможно, удастся узнать о том, что они делали и о чем думали. Для нас это очень важно. Здесь они смогли стать хорошими земледельцами, конечно насколько это было возможно с тех условиях. И если бы не набеги кочующих индейцев, то они, вне всякого сомнения, сумели бы пережить засуху и расширить свои орошаемые участки. Они расширяли бы торговлю, а также обменивались бы опытом земледелия с Майя.

Таззок поднялся на ноги.

– Я слишком задержался. Ничем не смогу помочь тебе, как бы мне того ни хотелось. Я ничего не знаю, почти не с кем не разговариваю. Если начну задавать вопросы, то меня тут же схватят и станут допрашивать.

Он немного помолчал.

– Все, что я могу сделать, так это принести тебе вот такой же плащ и туфли, такие же как у меня. Я могу показать тебе порталы, через которые я прохожу и дорогу, которой иду. А дальше делай как знаешь.

С уходом Таззока, Майк Раглан остался сидеть один, погрузившись в раздумья. Итак, решено. Он идет. И для него это больше не было лишь расплывчатой мыслью, чем-то неопределенным, о чем еще предстоит подумать. Все теперь зависит только от него самого.

А как же Эрик? Чем он там занимается? Майк был больше чем уверен, что он тоже изобретает чего-нибудь, строит планы. Интересно, какие материалы могут оказаться у него под рукой? На какую уловку он решит пойти? Станет ли он предпринимать попытку побега? Или хотя бы попытается дать о себе знать?

Как-то раз Эрик рассказал Майку о том, что еще в детстве собрал как-то радиоприемник на детекторных кристалах. Интересно, есть ли у него такая возможность теперь? Смогут ли радио волны преодолеть барьер между двумя мирами? Что он там делает? Может ли? Сможет ли он, находясь там, помочь Майку, или хотя бы себе самому?

И кроме всего, что они могут знать? В каком виде существует у них наука? Что это за оружие было у Варанелей? Какова его дальность действия?

Жизнь его зависела от ответов на эти вопросы. О чем все же думают они там, по ту сторону занавеса? Встреча с каким злом ожидает его там?

25

Майк Раглан решил, что окажись сам он на месте Эрика и попав в плен к тем, кому в общем-то незачем было оставлять его в живых, он бы первым делом стал думать ни о чем иначе как о побеге. А при отсутствии какой бы то ни было возможности для немедленного побега, он постарался бы убедить их в том, что он будет им более полезен живой, чем мертвый.

По идее, с мольбой о пощаде ему пришлось бы обратиться к самому Руке, или уж на худой конец к стражникам-Варанелям.

Судя по тому, что рассказали Каваси и Таззок, слежка велась за всеми. Как такое может быть осуществимо, сам Майк не знал, но ведь Эрик был классным специалистом по электронике, и так что если ему удалось бы убедить их, что он сам может изготовить такие необходимые им устройства, то его могли бы и оставить в живых. Он, возможно, также сумел найти доступ к какому-либо оборудованию, с помощью которого было бы можно если и не бежать, то хотя бы дать знать о себе. Но только что если, их знания и методы многократно превосходили то, что было известно Эрику?

В конце концов наш мир шел к прогрессу проторенным путями исследований и изысканий, но были ли они единственно возможными? Наше мышление было направлено в русло, признанное единственно приемлемым для общения, но что если наряду с этим существовали и другие, о которых нам ровным счетом ничего не известно?

Что если их методология окажется в корне другой? Например, физическая концепция, выдвинутая Ньютоном, полностью опровергалась сначала Эйнштейном, а затем и квантовой теорией. И это еще далеко не конец. Единственно, в чем мы можем быть до конца уверенны, так это в том, что то, что сегодня принимается за истину, завтра станет казаться смешным.

Анасази возвратились в ранее покинутый ими мир, но многие, несомненно, задержались здесь, и тогда, объединенными усилиями было создано то, что теперь находилось позади ниши в киве.

Некоторые из тех, кто возвратился, должно быть решили оставить открывшийся им мир, и ушли в горы, где они продолжали вести тот образ жизни, что был привычен им еще по нашему миру.

От какого зла они бежали? Проще всего было бы предположить что-либо материальное, осязаемое, как например, некое чудовище, чума или непрекращающиеся набеги врагов, и все же так ли все было на самом деле?

Возможно ли преодолеть религиозные предрассудки, такие, как были присущи племенам ацтеков и майя, тысячами приносивших людей в жертву, и заглушить зловоние, исходящее от окровавленных жертвенных алтарей одним лишь курением фимиама?

Или же этим злом было нечто неуловимое, как, например, религиозный фанатизм и невежество? Потому что те, кто вырывал сердца из груди тысяч жертв только ради того, чтобы удержать солнце на небе, несомненно считали, что поступают единственно правильно.

Похоже, что налицо пример автократического правительства, возглавляемого Рукой и опирающегося на Варанелей - небольшую военную клику, состоявшую из превосходно обученных и подготовленных воинов. Им удалось удержаться у власти, наложив запреты на исследования, новые идеи и даже сам мир, в котором они обитали, и как всем подобным правителям им также надлежало быть крайне подозрительными, панически опасаясь вторжения чужаков и тех идей, что те могли принести с собой.