Червь Могильных Холмов
Шрифт:
– Каждый из вас получит десять, – не стал скупиться Червь.
У бравого вояки глаза загорелись алчным огнем, а по лицу расплылась довольная улыбка.
– Да за эти деньги доставим в лучшем виде. Прямо в руки его матушке. А коли она пожелает, то и закопаю вот этими самыми руками!
– Этого не надо, – поморщившись, сказал Тидред. – Просто отвезите в Лаезн и спрячьте где-нибудь до того момента, когда я за ним приду. В такое место, где он уж точно не попадется никому на глаза. Деньги получите в городе, по окончании порученного вам дела.
– Оно то, конечно, так, господин, но офицеру, чтобы он отпустил нас троих надо заплатить не менее пяти монет уже сейчас. Вы же сами настаиваете на немедленном отъезде.
– Держи, – Тидред отсчитал необходимую сумму и спросил: – Я могу тебе доверять, Нестан?
– Вы можете верить мне, как самому себе, господин. С этого момента я ваш, душой и телом! – горячо выпалил словоохотливый солдат.
Тидред даже задумался над тем, чтобы изменить свое решение, уж больно этот парень любит поговорить. Но, вспомнив, что на его памяти только одному Нестану удалось уйти от Псов Гибели, продолжил:
– Отлично, тогда слушай внимательно и запоминай.
И Червь рассказал солдату, где именно и в каком виде он оставил тело своего знакомого. Тот если и удивился, то ничем своего удивления не выказал. Выслушав инструкции, он отправился выполнять данное ему Тидредом поручение.
Его работодатель же теперь уж точно отправился спать.
Бывший воин Темного Ордена ничем не рисковал. Если даже солдат и донесет кому-нибудь, то Червь всегда может сослаться на то, что хотел продемонстрировать тело убитого им предводителя черных рыцарей Его Светлости. А что просил провезти незаметно? Да кому какое дело. Удивить хотел, неожиданность приятную сделать.
Да, намается парень, снимая обнаженный труп с дерева, на котором Червь его оставил. Ну, хоть Тидред перед тем, как затащить его на ветви раскидистого дуба, наложил на него заклинание стазиса и завоняться в дороге он не должен. Да и позже тоже. Арти останется таким же свежим трупом, как и в то время, когда Червь накладывал на него это заклинание, ровно до той поры, пока ему не заблагорассудится его снять.
И потому, довольный событиями сегодняшней ночи, Тидред добрел до своей спальни, где начертил охранные знаки, после чего, не раздеваясь, рухнул на постель и уснул крепким сном.
Глава 25
— Вот это другое дело! – довольно воскликнул граф, когда они подъехали к городской стене, в сопровождении пятидесяти конников, выделенных им Бирамом. – Взгляни, Тидред, вот что значит грамотная оборона.
Что имел в виду Шейфа загадкой для Тидреда не оказалось.
За то короткое время, что они отсутствовали в Лаезне, в городе произошли некоторые изменения. А именно: на стенах появилось несколько добавочных баллист и требушеты, виднелись темные силуэты больших котлов, видимо наполненных какой-нибудь горючей жидкостью, а пространство у стены за рвом, как и перед ним, было часто усеяно кольями с острозаточенными концами. У ворот, через которые они проехали в Лаезн, пост был усилен отрядом арбалетчиков.
– После того, что ты расскажешь герцогу, многие горожане, если не все, захотят помочь солдатам и оборона станет еще лучше, – сказал Червь.
"Правда это вряд ли поможет", — продолжил он про себя.
— Ты, как всегда прав, Тидред, — сказал граф. – Сейчас все обязаны сплотиться против общего врага. Уверен, что и наша знать забудет на время свои дворовые склоки. Так ты уверен, что нападения завтра ждать не стоит?
– Нет. У вас есть минимум неделя, прежде чем у них появится новый предводитель. Кроме того, мы не знаем сколько времени их сможет удерживать полковник. Будет лучше если он оставит в замке Джавата небольшой гарнизон, а сам вернется в город с основными силами. Думаю, что стоит сказать об этом герцогу, когда ты его увидишь. Замок, считай, уже потерян, а вот Лаезном лучше заняться всерьез.
— Уверен?
– Никаких сомнений.
— То есть неделя?
— Максимум две.
– Я скажу герцогу, – задумчиво повторил Шейфа.
– - А ты, что же, не поедешь со мной?
– Мне хотелось бы проведать мою больную ученицу.
– Надеюсь, что она поправится. А ведь ты так и не сказал, что с ней произошло.
– Я думаю съела что-то не то, – спокойно ответил Тидред. – В этих ваших гостиницах отвратительно готовят.
– Но только не в "Золотой гриве", мой друг, – усмехнулся Шейфа. – Рекомендую тебе взять свою ученицу и поселиться там. Сейчас в гостинице освободилось очень много апартаментов.
– Спасибо, граф, – кивнул Червь. – Обязательно последую этому совету. Удачи у герцога.
– А ты передавай от меня привет госпоже де Лимайен.
– Непременно.
И Тидред, отделившись от отряда, скрылся в переулке.
Первым делом он действительно отправился к имению Астераля де Пинцо, где намеревался справиться о самочувствии Виоки.
Подходил к концу пятый день последствий произнесенного ей заклинания и, скорее всего, завтра она уже будет чувствовать себя лучше. А значит все решит завтрашний день и уже на следующий их в Лаезне не будет. И к тому времени, когда к городу подойдет черное войско, он с Виокой преодолеет половину пути к Шикатре.
Город жил своей жизнью, не подозревая о грозящей ему опасности. Горожане праздно шатались по улицам, откуда-то издалека слышалась музыка и звенел чей-то смех. Из одного кабака прямо под копыта его коня вывалилось пьяное тело какого-то загулявшего молодца. Червь едва успел дернуть поводья, чтобы не растоптать вечернего гуляку.
Он подъехал к имению Пинцо и отдав Ястреба слуге, поспешил к двери. В проеме Тидред столкнулся с незнакомым воином в форме кавалериста, который, хмуро посмотрев на Червя и не сказав ни слова, быстро выскочил на улицу.
Дом встретил прибывшего настоящим трауром. В гостиной за столом сидел хозяин имения, держась за голову и глухо стеная, а рядом с ним сидела его жена, рыдая в голос. Невестка графа Пинцо стояла у окна, бледная как полотно и, закусив губу, теребила в руках небольшой кружевной платочек. Слуга, встречавший Тидреда, также создавал впечатление чем-то опечаленного человека.
– Что произошло? – не здороваясь, спросил Червь.
Услышав его голос, граф оторвал ладони от лица и повернулся к вошедшему. Графиня, заметив Тидреда, плакать не перестала, лишь только стала делать это несколько тише. А вот госпожа де Лимайен сразу бросилась к нему, заламывая руки.
– Господин Тидред, произошло нечто ужасное!
Червь представил холодное тело маленькой девочки, лежащее на белоснежных простынях в просторной комнате и напрягся, опасаясь услышать то, чего ему слышать бы не хотелось.
– Виконт пропал, – и по щекам девушки, видимо державшейся из последних сил, потекли слезы.
– Как пропал? – переспросил Тидред, мгновенно расслабившись. – Когда?
– Да с полковником отправился! – резко ответил Астераль. – К этому проклятому Джавату. Я сначала думал, что он просто где-то гуляет, мало ли – дело молодое. А вот только что нас посетил господин Гонцаг, лейтенант Его Светлости и сообщил, что мой непутевый сын напросился в войско Бирама. И прошлой ночью пропал, отъехав на разведку в какую-то деревню с еще сотней воинов. Они не вернулись. И о нем никто больше ничего не знает.