Чтение онлайн

«Это очень хорошо», – жестикулировал Калеб, затем добавил вслух: – но скажи мне, если что-то не поймешь. И я могу сказать тебе. Я хочу поговорить с тобой. Просто, пожалуйста, будь терпеливым, когда я г-г-говорю. И если я п-п-потеряюсь.

– Без проблем, – сказал Джексон. – И, типа, не жалей моих чувств, если я что-то сделаю неправильно. Или сделаю или скажу что-то не то. Я...

– Ваши напитки, господа, – прервал их официант, поставив Калебу воду с лимоном и чай со льдом Джексону. – Вы готовы сделать заказ?

Джексон и Калеб переглянулись между собой. Они даже ни разу не заглянули в меню.

– Вы бы хотели услышать наше специально предложение сегодня ночью? – официант повернулся к Калебу. Калеб обычно заказывал это, если у него не было настроение, чтобы заказать что-то конкретное.

«Ты не против?» – спросил Калеб.

«Да», – ответил Джексон. Калеб усмехнулся и кивнул официанту. И еще одна приятная вещь на счет специальных предложения: нет цен. У него было ощущение, что Джексон нервничает из-за стоимости еды. Лучше оставить его в неведении, так как для Калеба это не имело значения.

Калеб заказал блюдо из лосося, а Джексон заказал стейк из пашины, и они вновь остались одни.

– С чем у тебя холодный чай? – спросил Калеб.

Джексон удивился и попробовал.

– Апельсиновый, думаю, – сказал он через мгновение. – Это хорошая перемена. Что у тебя за «обычное»?

– Просто вода с лимоном.

– Ты ходишь сюда достаточно часто, раз они знают, какую специальную воду ты заказываешь? – подразнил Джексон.

– Мне здесь нравится. И я не хотел приг-г-гласить тебя туда, где мне не н-н-нравится, – парень сжал челюсть, а затем расслабил ее. Он был в порядке, и настроение хорошее, и не собирался позволить заиканию испортить ему вечером.

– Хэй, – Джексон протянул руку, будто хотел взять за руку Калеба, прежде чем коснуться, будто передумал и положил ее назад на стол. – Я не обращаю внимание. По поводу разговора, имею в виду. Правда – нет. Сделай паузу, если тебе нужно, но не волнуйся из-за этого, – он пожал плечами и попытался улыбнуться. – Ты можешь вернуть должок, если тебе когда-нибудь придет в голову посмотреть, как я что-то читаю, хорошо?

«Хорошо», – жестикулировал Калеб, он почувствовал, как его горло сжимается.

Калеб, кажется, немножко влюбился.

* * *

Ужин собирается закончиться очень хорошо. Калеб мог балансировать между простыми жестами и разговорами. Иногда заикание брало вверх над ним, но было легче расслабиться, как только Джексон дал понять, что не обращает внимание. Просто факт, что он мог показывать жестами немного, сильно помог.

Парень надеялся, что Джексон наслаждается едой. Это выглядело так, но он также казался немного обеспокоенным ценой и атмосферой ресторана. Калеб делал все возможное, чтобы вести себя так, будто это была обычная ночь, чтобы успокоить Джексона. Казалось, это немного работало. Ему просто нужно было быть уверенным и проверить чек, прежде чем Джексон увидит его.

– Я все еще не могу есть я-я-ягод-дный тирам-м-ми-мису, – сказал Калеб, закончив рассказ. – Сэм-м-м и-и-имел хорошо, в-в-все-таки.

– Звучит очень смешно, – сказал Джексон. – Я не очень общаюсь с коллегами. Все мои истории от моих заказчиков.

«Я тоже один из твоих рассказов?», – спросил Калеб жестом, на его губах заиграла игривая улыбка.

– Извини, – сказал Джексон, смотря на стол. – Я не понимаю этот жест.

Калеб боролся с желанием сжать кулак. Джексон вел себя так, будто виноват и сделал что-то не так, когда не знал жест, будто был тупым из-за этого, потому что не выучил весь язык жестов за выходные. Калеб очень хотел найти бывших учителей Джексона и надрать им лицо. Или судиться с ними за злоупотребление служебным положением. Вы бы могли подать на учителя за халатность? Это должно быть разрешимо.

– Рассказ, – сказал Калеб, выныривая, из своих мыслей и показал жестом. – Я о-один из твои расс-ссказов? – медленно показал он жестом, пока говорил. Джексон, по крайней мере, усмехнулся, что было желаемым результатом.

– Возможно одна или две, – ответил парень. – Моя младшая сестра умирает по твоим рассказам. Я вынужден был пообещать ей, что позвоню, как только вернусь домой.

Калеб приподнял бровь, зная, что вопрос понятен. Ему нравилось, насколько может быть выразителен язык жестов вместе с языком тела, в отличие от стилизованного способа общения, который он должен использовать, чтобы контролировать свое заикание.

– Она знала о тебе с самого начала, – объяснил Джексон. – Она помогала мне прочитать твои первые сообщения. Ты знаешь, еще до того как ты разжевал их для меня. Это было очень удобно, потому что я едва мог сказать «маркетинговые исследования и разработчик», не то, что прочитать. Что, эм, что это все же значит? – Джексон заерзал на своем месте пытаясь выглядеть поменьше. – Если ты не против моего вопроса.

«Ничего», – жестикулировал Калеб. Свою работу он легко мог объяснить. У него редко возникали проблемы на работе. Конечно, это будет звучать холодно и отчужденно, но он надеялся, что теперь Джексон поймет. Калеб по привычке поправил пиджак и начал объяснение. – Я обращаю внимание на то, как люди покупают вещи, что они покупаю и использую формулы, что бы изменить рынок. Здесь очень много психологии. Это и реклама. Но это очень интересная работа, и я хорошо справляюсь с ней, – очень, очень хорошо.

Джексон выглядел немного ошарашенным и последнее, что Калеб хотел бы сделать – заставить его чувствовать себя не в своей тарелке, поэтому поспешил добавить:

– Это просто живое воображение, чтобы создать рекламные ролики, в конце концов. Только я не делаю саму рекламу, я помогаю придумывать идею и причину, почему мои идеи будут работать.

– Ох, – сказал Джексон более уверенно. – Да, понятно. Ты работаешь, на подобии, со всеми компаниями или что-то особенное? Я не знаю, как работает этот бизнес.

– В основном, особенное. Но иногда мы консультируемся с внешними компаниями, – губы Калеба скривились. – Зависит от ставки. Но я больше люблю, когда мы работаем в некоммерческих организациях. Мне нравится добавлять меньше «смотри, какой грустный этот ребенок» и больше «смотри, как они счастливы с твоей помощью».

– Ох, да? – и Джексон выглядел более заинтересованным теперь.

– Ммм-хммм, – сказал Калеб, он был доволен собой и не хвастаясь. – Ты видел ролики или билборды о животных, которые участвуют в фотосессии и в Центральном приюте? – он подождал кивка Джексона, затем жестикулировал: – «Это был я».

– Шутишь? – сказал Джексон, наклоняясь вперед. – Я вижу их все время, пока за рулем, – Калеб делал ставку на это. – Они великолепны! Они заставляют тебя почувствовать, что ты хочешь поиграть с животными, а не просто грустить за них.

Калеб усмехнулся.

– Да, это б-было ц-ц-целью

Когда они закончили ужин и десерт, Калеб был уверен, что хочет повторить это снова. Осталось узнать, что думает об этом Джексон.

– Я хо-хо-хотел бы ув-в-в-видеть тебя снова, – сказал Калеб после того как официант отошел подальше со счетом и его картой. Он улыбнулся – поддразнивая и с надеждой: – Если эта н-н-но-ночь не была с-сли-слишком у-ужасной.