Четвёртый ингредиент (CИ)
Шрифт:
«Возможно, вы увлеклись коллега, - возражали ему. – Большие камни, плиты не по силам маленьким животным».
Но Дарвин уверен в богатырской силе малюток. В этом он убедился, наблюдая за раскопками древнеримской виллы. «Я предположил, - рассказывал он, - что земля, покрывавшая ее, нанесена водой и ветром. И вот рабочие аккуратно вымели все ее остатки и не оставили ни единой песчинки. На ночь античное строение прикрыли брезентом. Наутро мы обнаружили горки земли, приподнятые животными из семи неизвестно откуда взявшихся ходов. На третий день ходов стало двадцать пять. А через месяц - более двух сотен».
Казалось, хватит говорить о силе и достоинствах червей, но английский натуралист не унимался. По его наблюдениям выходило: дождевики искусные земледельцы. Они постоянно проветривают почву, просеивают ее, готовят плодородный слой для самых капризных растений...
Что и говорить, опровергнуть Дарвина не удается даже сегодня. Будь это эволюционная теория или «теория» возникновения почв в желудках червей. Похоже он выиграл пари. Но наука не спор. Вряд ли стоит наделять нежных и бесспорно полезных существ исключительными правами, выдавать им «патент» на изобретение плодородного слоя.
ГЛАВА 12. ПРОБУЖДЕНИЕ БЕЗДНЫ.
«ПРИРОДА – НЕКИЙ ХРАМ, ГДЕ ОТ ЖИВЫХ КОЛОНН ОБРЫВКИ СМУТНЫХ ФРАЗ ИСХОДЯТ ВРЕМЕНАМИ. КАК В ЧАЩЕ СИМВОЛОВ МЫ БРОДИМ В ЭТОМ ХРАМЕ, И ВЗГЛЯДОМ РОДСТВЕННЫМ ГЛЯДИТ НА СМЕРТНЫХ ОН»,- провозглашал Шарль Бодлер.
НАРУШЕННЫЕ СОЗВУЧИЯ.
Конец 19 века внес дискомфорт в души поэтов. Людей, иначе смотревших на жизнь, по-иному понимавших поиск истины. Творцов, не предъявлявших исключительных прав ни на один из известных миров, разве что на мир чувств, красоты и наслаждений, где они царствовали с незапамятных времен. И, вот, этот мир, неожиданно лишился веры и оптимизма. Легкие, праздничные мотивы сменились в нем неумолимым, беспощадным реквием по уходящему, ожиданием скорой трагической развязки:
Невозмутимый строй во всем, Созвучье полное природе,- Лишь в нашей призрачной свободе Разлад мы с нею сознаем. Откуда он разлад возник? И отчего же в общем хоре Душа не то поет, что море, И ропщет мыслящий тростник?Пессимизм Федора Тютчева охватил многих. А «мыслящий тростник», современники философа-стихотворца, полностью соглашался со словами своего кумира:
Не то, что мните вы, природа: Не слепок, не бездушный лик – В ней есть душа, в ней есть свобода, В ней есть любовь, в ней есть язык.Да, и трезвомыслящие корифеи физики, биологии, химии, геологии в изумлении остановились на пороге нового времени. Времени, в котором разлад между человеком и природой становился все заметнее. И более других с новым, недавно открытым, «четвертым царством». Оно скрывало свои тайны и жило вопреки всем законам логики. Правда, логики устаревшей, классической, утверждавшей, будто все в мире совершает извечный круговорот. И коли сегодня не похоже на вчера, то завтра все так или иначе вернется на круги своя. Недаром, ведь сказано в Книге, что за «семью тучными годами следуют семь тощих лет», но беды проходят и снова …
Не сбылось. Если раньше недороды и голод в бескрайней континентальной империи, случались сравнительно редко. То во второй половины столетия засуха каждые три-четыре года собирала свою чудовищную жатву. А, бывало, и по несколько лет кряду терзала завоеванные территории. Города, дороги страны наполнились толпами беженцев.
Непереносимую сушь сопровождали эпидемии. Микробы, несущие смерть, таились в стоячих гнилых лужах и болотах. Когда же безжалостное солнце иссушало и эти сомнительные источники влаги, возбудители холеры, чумы, дизентерии переселялись в воду немногих уцелевших колодцев, находили благотворную среду в пище, присланной для спасения голодающих.
Безжизненная почва, если вы читали предыдущую главу, не способна защитить нас от опасных бактерий. А пища недолго остается стерильной в зараженном воздухе, кишащем насекомыми. Засуха - изощренный убийца.
Трагический итог: только в 1892-93 годах в степных житницах погибло около двух миллионов россиян. Но, все началось гораздо раньше. Увы, жертвы 70-х, 80-х так и остались, не посчитаны.
Подобные события не нуждаются в комментариях. Как и слова-стоны Афанасия Фета:
Я ль несся к бездне полуночной, Иль сонмы звёзд ко мне неслись? Казалось, будто в длани мощной Над этой бездной я повис. И с замираньем и смятеньем Я взором мерил глубину, В которой с каждым я мгновеньем Всё невозвратнее тону. свидетеля крушения старого привычного уклада.Промышленная революция, охватившая мир, не оставила выбора и России, вынудив ее отменить рабство, стыдливо именуемое по сей день «крепостным правом». Число независимых, но бедных и безземельных людей неизмеримо выросло. Людей, проклявших патриархальные идеи, и свято чтивших «золотого тельца», новый символ свободы.
Одни искали обогащения. Но, вскоре, потеряв веру и надежду, обрели лишь чечевичную похлебку в обмен на призрак дарованных вольностей, постепенно превращаясь в нищую, легко воспламеняемую безумными идеями массу, «пороховую бочку» социальных катаклизмов.
Другие, верные заветам предков, кинулись прочь из разъедающих душу «источников заразы и ереси», городов, на поиски богатой, вольной и праведной жизни.
Сбылись худшие из предсказаний: полуголодное Нечерноземье опустело.
Огромная масса переселенцев наводнила «сказочно богатые степи». Особенно их восточные и южные окраины, не ведая об опасностях, которые таились в местных землях.
Десять лет безжалостного, отчаянного ограбления плодородного слоя пробудили «БЕЗДНУ», вызвали ЗАСУХУ. Ту великую сушь, которую принято считать карой небес. Не верьте. Причины несчастий крылись не только в суховеях, отсутствии дождей и нестерпимо палящем солнце. Их порождала сама почва, неспособная сохранять влагу.