Чтение онлайн

Флейшер кивнул в знак согласия.

– Губернатор Уилкокс симпатизирует Манчестеру и в последний момент отдаст голоса ему, как бы мы ни старались заграбастать их.

– Забудем об этом, - предложил Робертс.
– Как наши дела по сравнению со вчерашним днем. Карл?

– Мы потеряли один штат и еще двух делегатов. Вечером миссурийцы совещались в Сент-Луисе при закрытых дверях, после чего прибыли сюда и заявили, что будут голосовать за Манчестера. То же самое сказали еще два делегата, из Иллинойса и Кентукки. У него 410 верных голосов, включая 197 оставшихся после предварительного голосования. У нас - 278, считая Калифорнию. По моим расчетам, еще 180 делегатов склоняются на сторону Манчестера. Это почти победа. Мы же располагаем в лучшем случае тремястами семьюдесятью пятью голосами при условии, что на нашей стороне останутся те, кто к сегодняшнему дню заявил об этом.

– Стало быть, нам может помочь только чудо?
– спросил Робертс.

– Стало быть, так, - отвечал Флейшер.
– Хотя все эти подсчеты, возможно, уже устарели. После пресс-конференции Манчестера положение могло в корне измениться, хотя ручаться за это нельзя. Пошли, Роджер, - обратился он к Абботу.
– У нас дел по горло.

Помощники оставили губернатора в его номере и вышли в коридор, набитый газетчиками и телеоператорами. Пресс-секретарь Робертса только что закончил чтение декларации и теперь всеми силами отбивался от осаждавшей его журналистской братии.

Оставшись в одиночестве, Робертс принял душ, влез в свои шорты шестьдесят второго размера и, немного подумав, взялся за телефонную трубку.

– Алло, коммутатор?
– зычным голосом спросил он.
– Попробуйте-ка связаться с мистером Марком Дэвидсоном. Он либо тут, в Чикаго, в какой-то из гостиниц, либо в Лос-Анджелесе. Да, да, Дэ-вид-сон. Этот человек -президент фирмы "Юнивесл фордж".

В свои сорок восемь лет миссис Грейс Оркотт была высока и элегантна, белая кожа ее сохраняла гладкость и матовый блеск, а глаза смотрели обезоруживающе открыто. Двадцатичетырехлетняя Кей немного походила на свою мать, но была чуть ниже ростом.

– Удивляюсь, как взрослые люди, собаку съевшие на политике, могут всерьез верить в то, что Робертса выдвинут в кандидаты от республиканской партии, - проговорила Кей, отрываясь от своей чашки кофе.
– По-моему, Манчестер уже может потирать руки: его дело в шляпе.

Грейс извлекла из сумочки сигарету, и дочь поспешила поднести огонь, по-мужски держа спичку в сложенных чашечкой ладонях.

– Спасибо, милая, - поблагодарила миссис Оркотт.
– Ты права: Робертс отстал на целую голову. Но вся штука в том, что голосование состоится в четверг, а не сегодня.

– Однако у министра финансов уже сейчас вдвое больше верных голосов.

– Ему вдвое больше обещано, это так, - произнесла Грейс таким тоном, будто вразумляла прилежного, но туповатого ученика.
– Но это вовсе не означает, что через пять дней Чарли будет располагать подавляющим большинством голосов. Конвент есть конвент: всякое может случиться.

– Например?

– Чарлз Манчестер может получить по шапке от высокого начальства. Или же Бин Робертс вдруг купит делегатов личным обаянием. По совести говоря, я больше всего боюсь, как бы Манчестер не разбил делегатов на маленькие группки и не очаровал их всех по отдельности. Он это умеет. Но нельзя забывать, что Чарли - новичок в политике, а на съезде ему не простят ошибок. Что до Робертса, то он - стреляный воробей.

– Ты просто успокаиваешь себя, мама, - возразила Кей.
– А на самом деле не веришь, что у Робертса есть шансы.

Грейс Оркотт рассмеялась.

– Девочка моя, да разве стала бы я объявлять о своем намерении поддержать Робертса, если б не верила в него? Клянусь тебе: партийный съезд - штука куда более неопределенная, чем ты представляешь. И довольно об этом. Скажи-ка лучше, как ты намерена развлекаться при моем попустительстве?

– Для начала, наверное, схожу на бал молодых республиканцев в Эджуотер-Бич. Может, пойдем вместе?

– Нет уж, спасибо, - смеясь, ответила Грейс и поднялась из-за стола. Но идею твою я одобряю. Не забудь только нацепить значок с эмблемой Робертса.

Улыбающийся стюард распахнул перед ними дверь вагона-ресторана, и мать с дочерью вышли в тамбур.

– Вот что, Кей, - воскликнула Грейс Оркотт, перекрикивая скрежет металла и стук колес, - не трать время на молокососов. Может, тебе удастся заарканить пару делегатов и обработать их как надо!

– Значит, моя главная цель - не замужество, а поставка голосов Робертсу?

– Одно другому не мешает, малышка.

– Ну, что ты теперь думаешь о нашем семейном политикане?
– спросил Джейк Манчестер, выключая телевизор, после окончания трансляции пресс-конференции.

– То же, что и всегда, - ответила жена Джейка Пэтси.
– Он прелесть.

Молодой человек пожал плечами и, подойдя к огромному окну, посмотрел вниз, на залив Сан-Франциско. Манчестер-младший был очень похож на отца: такие же черные локоны и резкие черты лица, такая же чуть смугловатая кожа, много общего в манере держаться и привычках. Правда, фигурой и сложением он больше походил на мать.

– Прелесть, говоришь?
– переспросил сын министра финансов.
– Вот уж не знаю... Надо же было выбрать такое местечко для разглагольствовании о военной политике. Господи!

– Нельзя вечно замалчивать эту тему, - возразила Пэтси.
– Неужели ты никогда не задумывался об атомной войне? Я считаю, что твой отец прав: довольно с нас оружия!

Пэтси с обиженным видом начала собирать со стола тарелки и чашки, потом вдруг остановилась и повернулась к мужу.

– Джейк, - сказала она, - мы должны лететь в Чикаго.

– Зачем? Отец нас не звал.

– Думаешь, он не обрадуется?

– Это его шоу, Пэтси. Не мое.

– Жаль, - разочарованно произнесла женщина.
– А мне бы хотелось быть там и иметь возможность хоть чем-то помочь ему. Что толку сидеть здесь, в двух тысячах миль от поля битвы?

– Нервы?
– спросил Арчи, видя, как Оби О'Коннел брезгливо разглядывает свои потные пальцы.

– Да, черт возьми, - ответил руководитель кампании по выдвижению Манчестера.
– Слава богу, хоть ветерок подул... Значит, так: ты берешь на себя вечеринку у мэра. Я, по старости, займусь ужином для партийного руководства, потом отправлюсь на званые обеды к делегатам Небраски и Айдахо. Коэн пойдет на банкет к парням из Нью-Джерси, а ты под самый конец загляни на бал республиканской молодежи. В одиннадцать я буду ждать тебя в клубе "Чикаго", у "пятитысячников".

– Сколько времени министр посвятит этим жирным котам?

– Двадцать минут. Потом явится Робертс со своей командой. Без двух минут одиннадцать ты должен быть в клубе как штык.

– Как наши дела, Оби? О'Коннел вздохнул и подтолкнул Арчи к стоявшему у тротуара такси.

– Я уже говорил, что утренний фортель Чарли застал меня врасплох, не так ли? И все же последний тур должен принести нам победу...

В мэрии толпилось тысячи две гостей. Арчи нырнул в самую гущу людей, прокладывая себе путь к окнам, вдоль которых была сооружена импровизированная стойка бара. Арчи заказал виски со льдом, расправил плечи и огляделся. Пора было приниматься за работу.