Чтение онлайн

Поэтому он, подобно хуме, распростер над их головами крылья милости и снисхождения и накрыл ошибки и промахи каждого из них полой извинения и прощения.

И желая наказать их, но не подвергать их мучениям, он приказал, чтобы они, согласно древним словам: «Ступай туда, где тебя ждет удача» [1677] , — на некоторое время отправились бы в изгнание —

/64/ и в боях и сражениях проявили бы находчивость мужей и способности военачальников, ибо

чтобы смыть грязь своих преступлений потом перенесенных и преодоленных тягот и тем самым очистить свои вены от скверны предательства и порока греховности.

И любое дитя, которое не обучают и не направляют любящие родственники, без сомнения, подвергнется испытаниям и наказаниям злой и вздорной Судьбы.

И он отдал приказание, чтобы Сиремун, Наку и Есун-Тока отправились в различные провинции /65/ Маньцзы, и чтобы Сиремун сопровождал бы Хубилай-Огула, Наку-Джага-нойона [1679] , а Есун-Тока поехал бы в другое место.

А что до Ходжи, то император в знак благодарности к его жене освободил его от участия в компании и назначил ему для проживания место в области Солонкай [1680] , что неподалеку от Каракорума. «И от Аллаха был этот поступок, что явил собой наивысшее великодушие и обратил в пыль деяния правителей народов».

И подобны жемчужному дождю слова Пророка: «Сохраняй родственные узы» и «Добрые отношения между родственниками продлевают жизнь» [1681] . И это повеление обращено не только к одному народу, а /66/ ко все народам в равной степени, и разум улавливает истинное значение этих слов, ибо поддерживать родственные узы значит смешиваться и переплетаться. А если следовать буквальному их смыслу, тогда они не согласуются со следующими строками: «И когда придет их предел, то они не замедлят ни на час и не ускорят» [1682] . Но поскольку сказания подтверждают истинность строк Священного Корана, а подлинные хадисы согласуются со словами Аллаха, было установлено как неоспоримый факт, что продление жизни с помощью добрых отношений между родственниками происходит в двух случаях. Во-первых, в браке и супружеских отношениях, когда становится возможным рождение детей и поколение за поколением наследников и продолжателей рода появляются из мира небытия во дворе жизни и из убежища сокрытия на равнину проявления. А воспоминания о предках и предшественниках сохраняются на лице мира, поскольку дети следуют дорогами своих отцов. И под жизнью мудрец понимает славу и известность, распространяющуюся и разлетающуюся по миру и живущую и сохраняющуюся навеки после смерти человека. И жизнь благородного потомка, который не является дураком и негодяем, — продолжение жизни всех, кто жил до него. А во-вторых, в результате мира и согласия между близкими родственниками и членами одной семьи, а также дружеских и добросердечных отношений с дальней родней и чужими людьми, когда, помогая друг другу, они могут одолеть нескольких сильных врагов, пусть даже поодиночке будут слабы, так же, как пучок волос или сухожилий, поддерживающих друг друга, не по силам разорвать слону.

И благословенными дарами согласия и взаимной поддержки они избавлены от опасностей и угроз, от которых иначе не было бы спасения; и никто не смеет взглянуть на них с неуважением и презрением, и они живут среди людей, не зная тягот, пользуясь уважением, властью и почтением; и закрыт путь их врагам, которые желали бы покорить их себе. И для людей с высокими устремлениями один день в положении человека, внушающего трепет и благоговение, лучше, чем год, прожитый в разочаровании и унижении.

Именно поэтому Чингисхан и его потомки завоевали большую часть мира, а остальное человечество дышит воздухом покорности и мирится с выплатой налогов (mal) и даней (kharaj). Как-то раз, только придя к власти, он давал им этот совет и наставлял каждого из них по отдельности. /68/ Для примера он достал из колчана и подал им стрелу. Конечно же, для того чтобы сломать ее, не потребовалось большой силы. Тогда он дал им две стрелы и продолжал до тех пор, пока стрел не стало четырнадцать, и даже силачи не смогли их переломить. «Так и мои сыновья, — сказал он. — Пока они будут следовать дорогой уважения друг к другу, их не коснется зло этого мира и они будут вкушать плоды управления своим царством. Но если они поступят по-другому, они другое и получат» [1685] .

И если бы султаны ислама заложили бы тот же фундамент в защите родичей и чужих людей, и если был они создали такую же основу, и предоставили беженцам приют в своих святилищах, и считали бы нападение на родственников таким же бесчестным делом по законам человеколюбия и терпимости и таким же недопустимым поступкам по канонам милосердия и снисхождения, было бы невозможно их одолеть.

В наше время более двадцати тысяч человек из числа отпрысков рода и клана (urugh) Чингисхана, живут в богатстве и изобилии. Больше об этом я ничего не скажу, но оставлю [этот предмет], чтобы читающий эту историю не обвинил автора этих строк в гиперболе и преувеличении /69/ и не стал спрашивать, как из чресел одного человека за такое короткое время могло произойти такое многочисленное потомство.

Августейший ум Менгу, таким образом, теперь был свободен от всех связанных с делами забот, и собравшиеся царевичи решили отправиться в обратный путь и возвратиться каждый к себе домой. Они находились в веселом и счастливом расположении духа, получив щедрые подарки и всевозможные знаки расположения, доброты и благоволения, а кроме того, каждый из них был отмечен и награжден особо. И поскольку Берке-Огулу и Тога-Темуру, прибывшим из орды Бату, предстоял самый длинный путь, а также потому, что они отсутствовали дольше всех, он отпустил их первыми и [одарил их] всевозможными милостями, подарками и наградами, так что в этом повествовании не хватит места, чтобы перечислить их все. И он послал с ними к Бату подарки, какие только король мира может послать королю-наставнику; ибо солнце освещает достойным себя светом планеты и неподвижные звезды, а водный поток разбрасывает жемчужины и несет воду на радость искателям жемчуга и строителям каналов.

А что до Кадаган-Огула и Мелик-Огула [1686] /70/, то каждому из них он дал по орде из числа принадлежавших Каану и подарил им находящихся в них женщин. И он также дал им около тумена эмиров и войск Каана и подарил им дорогие подарки, каких не дарит и сама Судьба, и выделил каждому из них по юрте, в которой они могли бы поселиться, отбросив посох путешествия.

После них он с великими почестями отпустил Кара-Хулагу и подарил ему дворец его отца, захваченный его дядей. Радуясь и ликуя, он отправился в обратный путь, но его желаниям не суждено было осуществиться, ибо когда он достиг Алтая, указ Божий был приведен в исполнение, и он не смог сделать больше ни шага.

Что же до остальных царевичей, нойонов и эмиров, он проводил их всех согласно их чину и занимаемому ими положению, а также тому, что подсказало ему его великодушие.