Чтение онлайн

Несмотря на то, что соседняя двадцать девятая пехотная «отработала» дивизию Бродрюка так, что вместо атаки они стали отходить, местами даже в полном беспорядке, на их участке германцы дрались ожесточённо. Но всё было тщетно. Не помогла даже предпринятая с тыла атака первой кавалерийской дивизии. После ожесточённого боя её отбросили с большими потерями и в сильном расстройстве на восток. В итоге германские войска были настолько истощены, что остановились в районе Бракупёнен [50] и не имели сил продолжать преследование первой армии. Но и от дивизии, в которой, волею судеб, оказался Стас, осталось всего-ничего [51] .

И вот они спокойно пили кофе в ресторане. Контузия оказалась лёгкой, головная боль почти отпустила. Стасу неожиданно стало весело.

— Ты чего? — оторвавшись от эклера, уставился на него Иван.

— Да, так, вспомнил, как мы Ренненкампфа подгоняли.

Исаев с Вернером хмыкнули. Такое, действительно, не забудешь. В точности, как в сказке «про Машеньку и медведя» — «Не садитесь на пенёк, Ваше Высокопревосходительство.».

Та памятная днёвка, из-за которой была упущена инициатива, не состоялась. Едва их личная воздушная разведка доложила Столыпину о том, что отступающих немцев никто и не думает преследовать, как тут же генерал-фельдмаршал насел на Жилинского. Ещё в самом начале, когда их отдел только был создан, Пётр Аркадьевич «выбил» самолёт с пилотом. Поручик Пименов, прибывший в их распоряжение, был сущей головной болью для всех командиров, но пилотом был «от Бога».

Употребив в беседе с командующим все методы воздействия, вплоть до обещания монаршего гнева, генерал-фельдмаршал убедил-таки Жилинского, что отход немцев за Вислу — не более, чем горячечный бред его штабистов. Дело решили фотографии, сделанные Стасом с воздуха. На них было ясно, как божий день, что немцы и не думают никуда отходить, а напротив, перегруппировываются для встречного удара. Поручик Пименов, и вправду, тип был тот ещё, но летал, как бог, буквально по головам ходил, чтобы Стаса техника не подвела. Итогом этой «баталии» был прямой приказ о преследовании неприятеля 1 — й русской армией.

Как выяснилось, во благо. И теперь армия Ренненкампфа висела на плечах 8-й германской армии, словно бультерьер на преступной ягодице. Так, что, знает история сослагательное наклонение или нет, но тут удалось. Эх, если с «Великим Октябрём» так же управиться. Но Стас трезво полагал, что эта задачка на несколько порядков посложнее.

И кто, действительно, знает, сколько таких «гвоздей» было в истории человечества? О них, в большинстве случаев, можно лишь догадываться, но точно проследить путь от комара, не вовремя укусившего полководца, до стирания с земли целого государства, выше возможностей простого смертного. Ничтожная мышь, попав в огромный сложный механизм, может натворить такого, что не под силу даже слону или носорогу. Перегрызен тонюсенький проводок, ведущий к прибору, на дисплее вышли другие данные, командиром принято неверное решение — и всё, пожалуйте бриться!

Без сомнения, таким фактором явился Стас, испортивший всю обедню германским вооружённым силам вообще, и восьмой армии в частности. И, несмотря на то, что первую армию Ренненкампфа неплохо потрепали у Гумбинена, а второй армии Самсонова немцы устроили настоящую бойню при прохождении дефиле Мазурских озёр, сейчас обе армии дружно штурмовали Кёнигсберг, воинственную столицу Восточной Пруссии.

Небольшой городок Нойхаузен [52] войска XX армейского корпуса взяли почти без боя. И уже неслись по старым улочкам, цокая подковами по брусчатке, гусары и драгуны первой кавалерийской бригады. Неплохо бы, конечно, посидеть в старом немецком кафе, выпить чашку кофе с густыми сливками, но приказ Столыпина обязывал вернуться при первой возможности. Бог его знает, что за срочность, но поручик Пименов со своим «Фарманом» ждал его в Тапиау [53] . К счастью, капитан Мельников, оказавшийся, волею случая, тут же, предложил подвезти на автомашине.

— Полноте, Станислав, не стоит благодарности, — усмехнулся он. — Мне всё равно пред светлы очи начальства пора, а вы в дороге своими прогнозами порадуете. Я заметил, что они у вас довольно точные. Не то вы гадалку под кроватью возите, не то аналитик от Бога.

— Шутите, шутите, — хмыкнул Стас, устраиваясь на пассажирском сиденье видавшей виды Испано-Сюизы. — Как с вопросами приставать, так без всякой иронии, а как отлегло от задницы, можно и позубоскалить.

Автомобиль фыркнул мотором и, управляемый Мельниковым, стал выруливать на шоссе.

— Нет, серьёзно, — без улыбки продолжил капитан. — Я через вас, Станислав, в корне мнение о вашем отделе изменил. Поначалу думал — сделали синекуру для штатских хлыщей. Теперь вижу, что ошибался.

Дорога шла параллельно железнодорожному полотну, то придвигаясь к нему вплотную, то отдаляясь за пределы видимости.

— А вы дорогу хорошо знаете? — поинтересовался Стас.

Ему, честно говоря, очень не хотелось блуждать лишние часы. И ещё меньше — нарваться на германцев.

— Не беспокойтесь, — мотнул головой Мельников. — У меня хорошая карта. Вёрст десять в сторону Лабиау [54] , потом направо. Если без приключений, часа через два — два с половиной будем на месте.

— Сплюньте, — буркнул Стас.

Уж он-то хорошо знал: хочешь насмешить Всевышнего, поделись с ним своими планами. Дорога в две полосы шла между двумя рядами деревьев, которые, словно верстовые столбы, были аккуратно помечены белой краской. В прошлой жизни ему приходилось быть тут в командировке — этапировали из города Зеленоградска одного «гастролёра». Калининградские коллеги рассказали ему, что эти деревья местные называют «последними солдатами вермахта» из-за той обильной жатвы покойников, которые они ежегодно собирают в ДТП.

— Станислав, если не секрет, как вам посчастливилось к Столыпину угодить?

— Да какой секрет, — очнувшись от дум, отозвался Стас. — Помните историю с его покушением? Я чисто случайно там оказался, по делам службы. Ну, и сделал этому социалисту дырку во лбу. Просто оказался в нужное время в нужном месте.

По лицу контрразведчика он понял, что ответ его не удовлетворил.

— Случайность, конечно, дело хорошее, — спустя минуту ответил капитан. — Одно непонятно — в высочайшем присутствии оружие могло быть только у личной охраны государя. А, поскольку вы сами сказали, что оказались там случайно.

«Быстро соображает этот „контрик“», — не смог не восхититься Стас.

— Я потрясён вашей проницательностью, — хмыкнул он. — Но, как вы думаете, те, кто проводил расследование, могли на сей факт не обратить внимание?

— Наверняка, обратили, — согласился Мельников.

— Вот, именно. А, поскольку я в аппарате Петра Аркадьевича, значит, вопросов ко мне нет. Впрочем, из уважения к вам могу сказать, что в том покушении, действительно, не всё однозначно. Но тут уже пошли не мои секреты. Так, что, не посетуйте, Сергей.