Чтение онлайн

О будущей встрече мы не условились.

Я знала, что это конец.» 19

Я практически не спала всю ночь и, с ранним восходом солнца, поднялась, собрала свои вещи, словно меня никогда здесь не было и уехала, представляя, как утром Артём проснётся и подумает что-то вроде «Как всегда… ушла.» Домой я прихожу совершенно разбитая, падаю на кровать, и засыпаю до первого телефонного звонка. Я кинулась сонная за телефоном, как в припадке, подсознательно желая увидеть конкретное имя… но тщетно. Я знала, что в этом нет никакого смысла.

— Агата, за тобой заехать? — Альфит с Мариной уже едут на тендер. Артём тоже там будет, но приедем мы уже не вместе. Не вместе и не вместе— во всех пониманиях этого слова.

— Вы подождете меня снова?

— Полжизини?

— Именно.

— Конечно, лучше остаток на весле, чем всю жизнь в грусти! — даже в разбитом состоянии мне хватает сил, чтобы оценить его юмор. Обожаю этого татарского остряка. Накидываю на себя, поглаженное на вешалках, платье и надеваю туфли, беру свое бордовое пальто, брызгаюсь духами и выхожу. Макияж успею нанести в машине.

— Так, так… Мы ждём подробностей. — Марина поворачивается назад и не заводит машину, ожидая моего рассказа.

— В каком смысле?

— Я о том, что у тебя на щеке. — Смотрю в зеркало машины и понимаю, что на скуле у меня шрам от вчерашнего пореза осколком.

— Нет, скажи, ты, в отличие от нас, живёшь в каком-то боевике? Или кого-то убиваешь на досуге?

— Уже убила, Альфит.. — любовь. Представляю, как удачно подтверждаю шрамом, сложившееся обо мне, впечатление бунтарки на открытии «Мезона». И меня это, по правде, очень смешит со стороны. Надеюсь, сегодня всё пройдет без инцидентов. Хотя, мне ли чего-то уже бояться?

Мы выходим из машины, и я снова попадаю в мир красивых платьев, но сегодня прохожу мимо даже, не обращая внимания, на их тени. Я неброско пытаюсь найти только одну фигуру, но пока безрезультатно. Вижу, как Виктор непринужденно общается с людьми за столом возле больших колонок.

Его появление вызывает у меня удивление, так как «Инвест Стройкомплекс» сняли с тендера, и сегодня будет выступать его партнёр. Но, видимо, Виктор уже не мог не прийти — на кону сто восемьдесят пять миллионов. Он одет в пудово-розовую рубашку с расстёгнутой верхней пуговицей. Цвет его рубашки вызывает у меня восторг, он ловит меня взглядом и улыбается, как маленький. Направляюсь в его сторону.

— Это что, коньяк? Какая скука, ты что, подстраиваешься под местный колорит? Где твои шахматы? — он смеется с моей шутки и заказывает мне коктейль.

— Сегодня мы играем не фигурами.

— Виктор, я думаю, мне стоит сказать тебе..

— Агата, я всё знаю.

— Что? — конечно, как я могла сомневаться?

— Ну ты правда считаешь, что я так глуп, чтобы не видеть, что происходило с тобой последние несколько месяцев? Я с нетерпением ждал, когда ты примешь своё решение. Не то, чтобы я сомневался в тебе, но всё-таки твой… мужчина тоже был частью этой игры. — меня передёргивает на словах «твой мужчина».

— И ты молчал?? Всё это время ты просто молчал и продолжал рассказывать мне все свои ходы?

— Мне нравилось смотреть за твоими мучениями, в хорошем смысле. Ты стала очень сильной за всё это время. Более того, я доверял тебе… и не ошибся. И я этому очень рад. — если начальник доверяет мне больше, чем тот, с кем я хотела провести остаток жизни, я снова убеждаюсь, что сделала правильный выбор. — Кстати, тебе идут шрамы. — он смеется и показывает мизинцем от бокала коньяка на мою скулу. Мы вместе поддаемся хорошему настроению, и я даже не спрашиваю о том, переживает он или нет.

Как бы сказал Виктор: «здесь два выхода». И в данном случае первый — «один шах» до победы, второй — мы уже давно идём по новому плану, и проигрыш не существует в пределах его бизнеса. Единственная компания, которой немало заинтересован заказчик — это компания Артёма. Прошло уже несколько заурядных выступлений, и всё это мероприятие начинает вызывать во мне скуку.

Каждый проект кричит о том, какой гениальный талант придумал красивую высотную коробочку, но ни один о том, как хорошо и комфортно в нём жить человеку. Тому самому человеку, который работает на заводе, на производстве и промышленном предприятии, где всегда так мало… света. Вспоминаю в этот момент лица людей, которых я видела на заводе.

— Привет, Агата!

— Сева? Не ожидала тебя здесь увидеть! — его рука буквально одёргивает из мира мыслей, и я слегка поглаживаю его по плечу, улыбаясь его восторженным глазам.

— Я решил воспользоваться своей накопительно-ипотечной системой. Сумма, конечно, не покроет все тринадцать миллионов, но я буду счастлив заложить свой первый фундамент, тем более, если моему лучшему другу это так поможет. — что?! Сколько он сказал?

— Какая сумма, ещё раз?

— Тринадцать миллионов.

— Сева, мне нужно помочь руководителю с выступлением. Желаю удачи, но не от чистого сердца. — я выкидываю шутку и поднимаюсь за кулисы сцены, твёрдо настроенная найти Артёма. Много спикеров ходят с бумажками, вслух зачитывая свои выступления, но ни в одном из них не узнаю того, за кем пришла.

— Какая встреча, Агата!

— Отвали или левая сторона для симметрии будет тоже отпечатна. — для меня было унизительным задать ей вопрос о том, где сейчас находится Артём, но и вступать в вежливый обмен стандартных фраз я сегодня не заинтересована больше, чем когда-либо. Поэтому я пролетаю мимо, даже не заглядывая ей в лицо. Предполагаю, что, если она здесь, он тоже где-то в радиусе двух метров. Артём — вечное отражение кого-то, как никак.

— Артём! — я вижу его лицо, он всё равно едва узнаю.

— Агата, в чём дело?

— Покажи мне бумаги на отчёт стоимости квартиры Севы.

— Зачем? Я иду следующим, время..

— Артём! — мой вид слишком агрессивен, и он достает из папки файл с черным по белому — восемь миллионов. Я кидаю бумажки обратно ему в руки.

— Подло, Артём. Это очень подло. Ты ни капли не изменился, ты был просто хорошим актёром. — его интересует только собственная выгода, ни мать, ни Сева, ни малышка Мари, ни я не вписываемся в его главную ценность в жизни — деньги.

— О чем ты? — я подхожу к нему, беру ладонями щетинистое лицо, желая последний раз посмотреть ему в глаза… и вижу в отражении его светопрозрачных глаз предателя… в собственном лице. Он отражает меня. Наши отношения — предательство моим собственным принципам, так как честность всегда была прежде всего. Он уже обманул меня, но я позволила себе быть обманутой снова. Я больше не участвую в реализации его грязной игры. Мне сложно было остаться одной, и я выбрала остаться с ним, надеясь, что лучшие времена ждут нас впереди. Я игнорировала все его выходки с Ингой, манипуляции телефонными звонками, его ложь и аморальные поступки.