Чтение онлайн

— У тебя есть деньги?

— Да, сколько нужно?

— 25 тысяч.

— Выезжаю. — кладу трубку. И что будет дальше?

Все время, что он ехал я сидела неподвижно у окна, пока не увидела заворачивающее желтое такси. Бегу вниз по лестничному проему, открываю дверь и стоит… Мой. Тот. Самый. Мужчина. Я не хотела проявить сентиментальность, но не сдержалась. Я обнимаю его и чувствую, как все тело превращается в вату. Это лучшая секунда за последние две недели. Кажется, я вдыхаю жизнь или запах его духов. Он обнимает меня в ответ и говорит:

— Я здесь. Все хорошо. — словно в том сне, что я видела сегодня вечером. Если это снова сон, и я проснусь там, где его не будет рядом, то это самая злая шутка.

— Родная, успокойся. Пойдем, здесь холодно. Не стой раздетая на ветру— от слова «родная» меня выворачивает наизнанку и меня стошнило прямо у подъезда— я сильно перенервничала. Поднимаю голову и читаю строки:

«Задыхаясь, я крикнула: "Шутка

Все, что было. Уйдешь, я умру".

Улыбнулся спокойно и жутко

И сказал мне: "Не стой на ветру"». 4

— Ты в своём репертуаре. — улыбается та самая фигура в свете подъездной лампы.

— Никогда не говори мне "не стой на ветру".

Мы поднимаемся в квартиру, и я даже не могу представить, что скажет моя дорогая мама. Поймет ли она мой поступок?

— Здравствуйте, Вера Ренатовна — произносит тот самый человек моей маме.

— Привет.. — меня начинает тошнить — я так рада тебя видеть. Честно, как дала бы тебе так, что мало не показалось бы! Но я рада, что ты приехал. — мама обнимает нас — Я люблю вас обоих. Чай будешь, дорогой? — мое сердце растворяется, и меня больше не тошнит.

— И я очень рад, что с вами все хорошо. От чая не откажусь. А где ваш папа?

Далее идет беседа, из которой он узнает некоторые подробности сегодняшнего дня. Я рассказываю об инциденте на работе, про вечер и папу. Смотрю на его спокойное выражение лица, и все, что произошло мне уже не кажется таким ужасным. Мы не включили основной свет на кухне, беседа была такая приятная под тусклым светом небольшой лампы. Я замечаю, что они с мамой очень хорошо ладят— не то, что я с его мамой. Конечно, ему очень повезло — моя мама такая замечательная! Но теперь у нас будет возможность все исправить. Да?

— Вера Рустамовна, ложитесь спать. Я привез нужную для вас сумму, не волнуйтесь.

— Я даже не знаю, что сказать.. — мама касается рукой своего лба, поднимая волосы, словно измеряет температуру, — спасибо. Я постелю вам на диване. — и уходит в комнату. Смотрю в глаза мужчине напротив и понимаю, что не могу насмотреться, его лицо мне кажется безупречным. Я очень люблю этого человека, даже со всеми его недостатками.

— Расскажи мне всё!

— Что я могу тебе сказать, родная? — он берет мою руку к себе в ладоши. — мой мир — это ты. Мне казалось, что твое счастье невозможно со мной, но это время без тебя просто убивало меня. Думаешь, у меня были сейчас сомнения приехать к тебе или нет? Их не было совершенно. Я встал в ту же секунду, как ты мне позвонила. Я весь твой.. — мне становится мало касания рук, и я сажусь к нему на колени. Я вожу рукой по его щеке, и даже не знаю, что говорить. Я столько раз представляла этот разговор в своей голове, истинно желая с ним говорить, но сейчас… говорить было нечего. Он положил свою голову мне на грудь и обнял со словами:

— Прости меня. Я так сильно тебя люблю! — почему тогда так больно?! Почему тогда мне так чертовски больно? Люди, которые любят — не делают такого! — Прости меня, Агата. Ради всего Святого, прости! — я целую его в губы, все это время я не решалась этого сделать, будто бы между нами был какой-то барьер, а именно — мое разбитое, на пустые стёклышки, сердце. Мне так хотелось его простить! Представляю, как разозлился бы мой папа, если бы увидел его на нашей кухне — папе было чрезмерно невыносимо видеть меня в состоянии полужизни. Но сегодня он тоже предал меня. Все мужчины предают, и выбор лишь в том, могу ли я простить или нет.

— Ты же знаешь, что никто! Никто не будет любить тебя больше, чем я! Я делала для тебя всё! Я прощала тебя всегда, когда ты обещал уладить вопрос с семьей. Я учила твой родной язык, и ей Богу! Я дарила твоей маме подарки на каждый праздник!

— Я знаю, я все знаю, родная. Прости, прости, прости. — он целует мои руки с каждым «прости» и прижимает ладонями к щеке. Его щетина такая колючая, и она ему невообразимо идёт.

— Я не хотел причинять тебе столько боли. Я действительно думал, что дальше — будет хуже. Я много знаю армянских семей— все дети сильно привязаны к родителям, я пытался найти способ, как все уладить, и… не нашел. Тогда я решил, что я должен отпустить тебя, чтобы ты нашла счастье с другим мужчиной.

— Не тебе решать, где и с кем мне искать свое счастье! Ты знал, что я переживаю сложный период в своей жизни. Каждый раз, когда ты говорил, что я — твоё всё и умолял меня не оставлять тебя, я всегда протягивала тебе руку, но стоило мне признаться тебе в этом самой — ты выкинул меня, как старую варежку!

— Агата, девочка моя, никогда в жизни я этого не хотел. Я делал это для тебя. Иди ко мне. — мы сидели в объятиях, но этого было мало. Нам хотелось прижаться так, чтобы наши сердца физически прикоснулись друг к другу. Он целует меня в губы. И мы не останавливаемся на протяжении неизвестного мне времени. В подобные моменты, такие условные вещи, как «время» имеют очень субъективный характер.

Поразительно, но мне не кажется, что то, что сейчас происходит что-то неправильное. Я чувствую его язык, когда сжимаю волосы на голове, он издает легкий стон. Как же сильно я его люблю. И это понимает каждый эритроцит, который переносит это чувство от сердца до кончика пальцев, от чего эндорфины внутри меня начинают неустанно танцевать какой-то бешеный танец. Эта та любовь, которую я ни при каких обстоятельствах не буду подвергать даже легкому очертанию сомнения. Он — Тот Самый. Эта любовь безусловна. Мне хочется потрогать всё его тело, чтобы убедиться, что он — настоящий. У него самое красивое тело из всех, что я могла себе представить. Какие у него сильные руки. Руки — моя любимая часть его тела. Нет, есть еще кое-что.

— Что ты делаешь? — еще секунда и он накинется на меня, я это знаю, поэтому продолжаю расстёгивать ремень на его штанах. Он резко встает, хватает меня за бедра и поворачивает к себе спиной. Поднимает мое домашнее платье и отодвигает трусики. Мне кажется, я теряю сознание, он — дикий. Мы — дикие. Я чувствую, как он пронзает меня насквозь и по всему телу бегут мурашки. Если бы я сейчас хотела вырваться из плена его мощных рук— это было бы просто невозможно. К счастью, мне этого не хочется.

Я люблю его, и он, конечно, тоже любит меня. Даже если мы больше не будем вместе, даже если больше никогда не заговорим друг с другом, я буду знать, что в этот момент он был для меня всем. Он кладет руки ко мне на грудь и произносит на выдохе в ухо:

— У тебя самая идеальная грудь на всем белом Свете. — поцелуй за волосы в шею, я закатываю глаза от наслаждения — ты вся — сущий идеал. — этот мужчина сводит меня с ума. Он ведет рукой ниже по животу, и я уже не чувствую своих ног. Тотсамый сейчас значительнее, чем рядом и в данную секунду дурманит моё сознание. Вот — что я бы называла настоящим порядком. Я чувствую, как начинаю подходить к пику, и поднимаю руки, хватая его за голову. Он ускоряется, и моё тело охватывает невообразимая истома.