Чтение онлайн

— Хватит!

Наполненный хриплыми и вполне очевидными нотками голос, заставил Варвару прищуриться, смотря на соседку с подозрением. Я же улыбнулся.

— Теперь убедилась? Могу продолжить и выяснить всё сам. Но тогда твой разум превратится в такое месиво, что потом ты не вспомнишь и своего имени.

Стоит отдать ей должное — она держалась ещё секунд десять. В конце концов, со стоном наклонилась к столешнице, едва не коснувшись её лицом. Резко выпрямившись, посмотрела мне в глаза.

— Остановись!

Протяжно выдохнув, заскребла ногтями по столу. И подрагивающим голосом продолжила.

— Кровь. Дух-хранитель, с которым ты бился — дед не возвращал его, как положено. Оставил у нас. Использовал его кровь.

Я ослабил воздействие на её разум. А застывший на столе Харп, который всё это время увлечённо наблюдал за процессом, вдруг снова замерцал. И неожиданно для меня самого, буквально поглотил созданную мной печать. Та исчезла в его энергетическом каркасе, постепенно растворяясь внутри.

Он что, может так с любой конструкцией? Последствия одновременного распада двух артефактов, которые соболь сожрал в вечер своего освобождения?

Я отправил ему мыслеобраз, объясняя, что делать так с печатями, созданными собственноручно мной, точно не требуется. Но зверя это кажется не впечатлило. В отличие от процесса интеграции плетения в его собственную энергетическую структуру, чем он сейчас активно занимался.

А вот пленница, с облегчением вздохнув, пригладила рукой волосы. Глянув на меня блестящими глазами, продолжила.

— Доволен?

Отрицательно качнув головой, я сразу же озвучил вопрос.

— Как именно твой дед её использовал?

Пару секунд она поколебалась. Потом всё же заговорила.

— Переливал себе. Пытался совместить с человеческим организмом. Экспериментировал с женщинами. Много чем занимался.

Непонимающе нахмурившись, я уточнил.

— В каком плане экспериментировал?

Она судорожно сглотнула. Провела пальцами по своему платью, как будто поправляя его. Снова посмотрела на меня.

— Добивался, чтобы они от него понесли. А потом вкалывал плоду кровь духа-хранителя.

Будь в ней самой толика крови лешего, я бы это заметил. Возможно на детях от законной жены, аристократ таких опытов не проводил. Хотя я не уточнял, сколько их у него было и какое количество детей те оставили.

— У него получилось?

Вот теперь от неё повеяло сомнением и неувереностью.

— Не знаю… Отец никогда не говорил. Но…

Замявшись, дева отвела взгляд в сторону. Я же немедленно надавил.

— Но?

Какое-то время она помолчала, смотря в сторону. Потом снова перевела взгляд на меня.

— У нас есть подвальный комплекс, где раньше были казематы. Когда-то давно. Сейчас же он постоянно закрыт. А на страже кто-то из старой гвардии.

На миг замолчав, добавила.

— Отец туда иногда заходит. Иногда на пять минут, а порой на всю ночь.

Значит всё-таки получилось. Скорее всего. Это объясняло реакцию аристократа на моё предложение. Он увидел не просто ловкого Одарённого, который каким-то чудом смог одолеть духа-хранителя. Перед глазами Ярослава Коршунова был ещё один такой же хранитель. Только свободный в своих действиях и представляющийся Алексеем Соболевым.

С одной стороны — безумно опасная ситуация. Недавно я наглядно убедился, что здесь немало опасных противников. Меня едва не убил закованный в паучьи оковы леший. Что говорить о потенциальном столкновении с одним из богов? Такая схватка закончится за считанные секунды.

А если аристократ сообщит обо мне Надзирающим, подобное развитие событий станет неизбежным. Или ещё хуже — меня тоже превратят в раба.

Хотя, желай он это сделать — уже связался бы с ними. Да и вовсе не стал бы рисковать, открывая ворота крепости. Скорее тот желает извлечь из ситуации выгоду. Сложно сказать какую именно — на моей памяти смертные интриганы могли выдумывать весьма причудливые схемы. Правда, нередко они работали только в их воображении. Но это уже совсем другой вопрос.

В любом случае — если глава Коршуновых собирался рассказать обо мне Надзирающим, то уже это сделал. Значит и переживать сейчас, большого смысла не было.

К столику приблизилась официантка, держащая в руках громадный поднос, от которого тянуло ароматами мяса. Подойдя с моей стороны, одну за другой выставила на стол три объёмных блюда. В одном вальяжно лежала запечённая курица, ещё два оказались заполнены тушёным мясом.

Харп сразу же потянулся носом, втягивая запахи еды. Потом сверкнул когтями правой лапы, которые на секунду изрядно вытянулись, заблестев всполохами силы. Одним ударом отсёк лапу птицы, сразу же впившись в неё зубами.

Ойкнувшая работница трактира, чуть отшатнулась, взирая на соболя.

— Вы извините, господин. Не знала, что вам больше понравится — принесла всё, что подходящего нашлось.

Продолжая бормотать извинения, поставила ещё одно блюдо с тушёным мясом перед мрачной Варварой. Метод допроса пленной аристократки деве не понравился — она впала в хмурое состояние, снова и снова скашивая глаза в сторону дворянки, которая пыталась унять подрагивающие руки.

Перед самой Коршуновой женщина поставила тарелку с рыбиной и кусочками варёного овоща, который местный называли картофелем. После чего удалилась, тихо прошептав, что десерты принесёт позже.

Втянув ноздрями ароматы мяса, я оторвал вторую куриную ножку, сразу же вонзив в неё зубы. Наталья, взявшая в руки ложку с вилкой, тихо хмыкнула.

— Манерам тебя учили дикие волки?

Работая зубами, я качнул головой.

— Сама вселенная. Если ты не в курсе, приборы появились далеко не сразу.

Та пренебрежительно хмыкнула.

— Ну да. Всего-то тысячи полторы лет назад. Но некоторые дикари до сих пор едят руками.

Внутри заворочалось раздражение. В ней самой текла кровь диких варваров — пока в Элладе сочиняли поэмы и строили философские концепции, они и писать то не умели. Но при этом она смеет называть эллинского титана дикарём?

Подняв глаза на Коршунову, которая прищурившись, с ожиданием смотрела на меня, я на момент замер. А потом откинулся на спинку шаткого стула, продолжая перемалывать зубами мясо. Недавнее воздействие на разум смертной не прошло бесследно — её организм всё ещё испытывал желание. Из-за чего она решила испытать на прочность меня самого, привлекая к себе внимание.

Правда озвучить всего этого я не успел — хлопнула входная дверь трактира и зал наполнился мужским басом.

— Здесь прятаться собралась? Думаешь они не знают, что твоя семья мне должна?