Чтение онлайн

Рассказывали, что как раз против церкви Сан-Паскале, на голой отвесной скале стоит маленький домик, такой узкий и высокий, что он похож на дымовую трубу, сохранившуюся на пожарище. Он такой узкий, что лестницы не могут поместиться внутри и идут с наружной стороны. Тут и там по стенам лепились как гнезда балкончики и разные пристройки.

В этом доме родился Фалько Фальконе. Родители его были бедные рабочие. Но в этой-то бедной хижине и научился Фальконе своему высокомерию.

Его мать была несчастная женщина, потому что в первые годы брака она имела только дочерей. Ее муж и все соседи презирали ее за это.

Единственной мечтой этой женщины стало рождение сына. Когда она ждала пятого ребенка, она каждый день сыпала соль на порог и сидела у дверей, высматривая, кто пройдет первый: мужчина или женщина? Родится ли у нее сын или дочь?

Целыми днями сидела она и считала. Она считала буквы в имени мужа и своем, потом складывала и делила их. Если выходило четное число — она радовалась: это означало, что родится сын. А на следующий день она снова принималась считать.

— Может быть я ошиблась вчера, — говорила она.

Когда же Фалько родился, то мать его окружили таким почетом, что уже за одно это она полюбила его больше других детей. Когда отец, вернувшись домой, узнал, что у него родился сын, о снял шляпу и низко поклонился.

Над дверями дома повесили шляпу, как почетный знак. Воду, в которой купали ребенка, вылили за порог и дали ей течь по улице. Когда Фалько понесли в церковь, его положили на правую руку крестной матери, а соседки, приходившие навестить его мать, низко кланялись ребенку, спавшему в колыбели.

Он был крупнее и сильнее, чем другие дети его возраста. Он родился с жесткими волосами, а восьми дней у него появился уже первый зуб. А когда мать прикладывала его к груди, он начинал так сильно сосать, что она смеялась и говорила:

— Уж не родила ли я героя!

Она ожидала от Фалько великих дел и этим внушала ему высокомерие. Но разве можно было чего-нибудь ждать от него? Фалько не мог даже выучиться читать. Мать взяла книгу и начала учить его буквам. Она показывала ему А и говорила, что оно похоже на большую шляпу, В — похоже на очки, а С — на змею. Это он понимал. Но потом мать сказала:

— Если ты возьмешь очки и большую шляпу, то это будет «Ва». Этого он не мог понять. Он рассердился и побил мать. И тогда она оставила его в покое.

— Из тебя все равно выйдет великий человек, — сказала она.

В детстве и юности Фалько был ленивый и злой. Ребенком он не любил играть, а юношей никогда не танцевал. И у него не было возлюбленной. Он охотно ходил только туда, где можно было ожидать ссоры и драки.

У Фалько было два брата, они были люди обыкновенные и ценили их гораздо больше, чем его. Фалько чувствовал себя оскорбленным преимуществом своих братьев, но он был слишком горд, чтобы это показать. Да и мать всегда была на его стороне. После смерти отца она сажала его на почетное место за столом и не позволяла задевать его.

— Мой старший сын важнее вас всех здесь, — говорила она.

Вспоминая случаи из его жизни, все говорили, что Фалько высокомерен. Он поставил себе за честь разрушить железную дорогу.

И как только начали этого бояться, вспомнили про него и другие истории.

Целых тридцать лет Фалько прожил так, как и другой рабочий люд на Этне. По понедельникам он вместе с братьями отправлялся работать в поля. Он забирал в мешок хлеба на целую неделю, а суп варил себе из бобов и риса, как и все другие. И он радовался, когда по субботам возвращался домой и находил там приготовленные макароны и вино и постель с мягкими подушками.

Это было в один из субботних вечеров. Фалько с братьями возвращались домой, и по обыкновению шел несколько в отдалении от них — у него была неповоротливая и медленная походка. Но, когда братья вошли в дом, стол не был накрыт, постели не приготовлены, и на пороге лежал толстый слой пыли. Уж не вымерли ли все дома? Тут они увидали, что мать их сидит на полу в темном углу. Волосы ее были растрепаны, и она водила пальцами по земле.

— Что случилось? — спросили братья.

Она не подняла головы и произнесла, словно разговаривая с землей:

— Мы разорены, мы нищие!

— У нас хотят отнять дом? — воскликнули братья.

— У нас отнимают хлеб и честь!

И она рассказала:

— Ваша старшая сестра служила у булочника Гаспаро. Это было очень хорошее место. Синьор Гаспаро отдавал Пепе весь хлеб, какой оставался по вечерам после продажи, и она приносила его мне домой. Его было так много, что хватало на нас всех. Я так радовалась, что Пена поступила на место. Теперь мне не надо заботиться на старости лет, думала я. Но в понедельник Пена в слезах вернулась домой. Синьора Гаспаро прогнала ее.

— Что же сделала Пена? — спросил Нино, старший после Фалько.

— Синьора Гаспаро обвиняла Пепу, что она ворует хлеб. Я пошла к синьоре Гаспаро и просила ее взять Пепу обратно.

— Нет, сказала она, она не честная девушка.

— Синьор Гаспаро сам отдавал хлеб Пене, сказала я, спросите его самого!

— Я не могу спросить его, — отвечала синьора, он уехал и вернется только через месяц.

— Синьора, — сказала я, — мы очень бедны, возьмите Пепу назад на службу!

— Нет, сказала она, я уеду, если синьор Гаспаро опять возьмет эту девку.

— Берегитесь, сказала я, вы отнимаете у меня хлеб, я отниму у вас жизнь. — Она испугалась и позвала своих людей, и мне пришлось уйти.

— Что же теперь делать? — сказал Нино. — Пепа должна поискать другого места!

— Нино, — сказала мать, — ты не знаешь, что эта женщина рассказывала всем соседям про Пепу и синьора Гаспаро.

— Кто может запретить женщинам распускать клеветы? — сказал Нино.

— Если Пепа не может найти места, пусть она варить еду нам самим, — сказал Турридо.

— Синьора Гаспаро сказала, что ее муж позволял Пепе брать хлеб за то, что она…

— Мать! — перебил ее Нино, вспыхнув. — Я вовсе не желаю из-за Пепы идти на галеры.

— На галерах живут и крещеные! — сказала мать Дзиа.

— Нино, — сказал тогда Турридо, — пойдем в город за едой.

Когда он это говорил, он услыхал, что кто-то смеется сзади него. Это был Фалько.

Немного спустя Фалько вошел в лавку синьоры Гаспаро купить хлеба. Бедная женщина испугалась, увидя, что в давку вошел брат Пепы. Но потом она подумала: «Он идет с работы. Он еще не был дома и, пожалуй, ничего не знает».