Чтение онлайн

— Какой был повод для дуэли? — вполголоса спросила я, поскольку, как ни ломала голову, не могла придумать, зачем она понадобилась Каннингему. Одно дело, если бы Райли узнал об истории с подсыпанной в вино дрянью и сам вызвал бы лорда. Но вот Каннингем?

— Простите, не могу ответить на ваш вопрос.

Новые новости! И почему же?

— И почему же? — напористо повторила я вслух, на что Райли сделал своё обычное непроницаемое выражение лица.

«Ничего, — недобро пообещала я ему, — вернёмся в Колдшир, не ты, так Каннингем мне всё расскажете».

И пока держала паузу, инициативу в разговоре перехватил внимательно слушавший нас Эйнсли.

— Вы ведь нарочно промахнулись, я прав?

Нарочно? Откуда такие странные…

Райли сдержанно кивнул, и я чуть подавилась воздухом. Тем не менее это не помешало мне сдавленно воскликнуть:

— Но почему? Это самоубийственно!

Ведь Каннингем-то наверняка ставил целью убийство противника, иначе зачем вообще это затевать!

— Я стрелял вторым, — хладнокровно пояснил Райли, — и точно знал, что мне уже ничего не грозит.

И пощадил противника.

Я прикусила губу и отвела взгляд. Какая-то глубоко эгоистичная часть меня чувствовала разочарование: упустить такой прекрасный шанс остаться вдовой! Но в целом я, пожалуй, была согласна с решением Райли. Это высокородному лорду сошло бы с рук убийство на дуэли, а бывшему офицеру, да ещё ранее судимому, можно было запросто загреметь обратно в Ньюгейт, а то и на виселицу.

И я совсем не была уверена, что успела бы его спасти.

Под ивой наступила тишина, наполненная обычными летними звуками: шёпотом листьев, жужжанием насекомых, плеском рыбы в реке. Крупные бирюзовые стрекозы сновали над водой и лужком, словно эскадрилья вертолётиков; совсем рядом со мной шмель деловито собирал нектар из шариков белой кашки. Всё было спокойно и мирно, будто совсем недавно здесь не звучали выстрелы и не проливалась кровь.

Налетел ветерок, и, должно быть, поэтому я слегка поёжилась.

— Вам холодно, леди Каннингем? — тут же всполошился Эйнсли, а Райли, до того сидевший, устало смежив веки, открыл глаза.

— Нет-нет, всё хорошо! — торопливо заверила я, про себя ругнув наблюдательность лорда-разбойника. И не столько из желания поквитаться, сколько вдруг вспомнив один давно интересовавший меня момент, в свою очередь спросила: — А что там с пропавшим динамитом, лорд Эйнсли?

— С чем? — опешил тот. Затем как следует прочистил горло и осуждающе посмотрел на Райли. — Не следовало рассказывать об этом.

Тот едва заметно усмехнулся и, вновь прикрыв глаза, вернул фразу:

— Целеустремлённости леди Каннингем сложно противостоять.

Эйнсли недовольно засопел, однако, выдержав паузу под моим выжидательным взглядом, нехотя ответил:

— Пока не нашли.

— А Тимми вернулся? — Раз так получилось, имело смысл задать все вопросы.

Лорд-разбойник посмурнел.

— Нет. — И, желая завершить неприятный для себя разговор, продолжил: — С вашего позволения, леди Каннингем, пойду взгляну, как там мой Стремительный.

Оттолкнулся плечом от ствола и широким шагом направился к тому месту, где были оставлены лошади.

— Сбежал, — резюмировала я, провожая его взглядом. — Как же он не любит обсуждать свои просчёты!

— Это вообще мало кто любит, — отозвался Райли с закрытыми глазами.

Я заглянула ему в лицо, и сердце неприятно кольнуло: судя по всему, начиналась лихорадка.

«А карета неизвестно когда приедет!»

Я уже всерьёз сомневалась, что зря не согласилась с предложением возвращаться верхом. Пользуясь тем, что никто посторонний нас не видит, приложила запястье ко лбу Райли и крепко сжала губы, чтобы не сказать что-нибудь не подобающее леди.

Он был горячим как печка, а антибиотики здесь ещё не открыли. И как мне его лечить?

— Надо было распорядиться, чтобы сразу послали кого-нибудь за врачом! — пробормотала я, крайне недовольная собой.

— Не надо, — возразил Райли. — У врачей обычно возникают всякие вопросы.

— Лучший ответ на которые — пара золотых, — парировала я.

Покусала щеку: что бы придумать здесь и сейчас? — и предложила:

— Может, приляжешь?

К счастью, Райли не стал строить из себя супергероя и коротко ответил:

— Да.

Я поспешно поднялась, свернула сюртук Эйнсли в компактное подобие подушки и помогла Райли растянуться на траве. Ещё раз проверила у него температуру и, предупредив:

— Сейчас приду, — быстро направилась к реке.

Смочила носовой платок в холодной воде и, вернувшись, положила его на лоб раненому. Тот приоткрыл глаза и попытался изобразить улыбку:

— Спасибо.

А затем машинально провёл языком по сухим губам, и я с сожалением сказала:

— Не уверена, что в твоём состоянии стоит пить прямо из реки. Потерпишь ещё немного?

— Конечно.

Хотя что он мог ещё ответить? Я подавила вздох и поудобнее села рядом.

Снова повисло молчание, но теперь я не столько слушала щебет и шорохи, сколько ловила звуки неровного дыхания Райли. Мысленно подгоняла карету: сколько можно нам здесь сидеть? И так уже чувство, будто полдня прошло! И вскоре мои нетерпеливые мысли были услышаны.

К иве вернулся Эйнсли, оценил произошедшие в его отсутствие перемены и слегка помрачнел. Однако заговорил со мной тихим и ровным голосом:

— Леди Каннингем, я могу ошибаться, но вдалеке появилось что-то, похожее на экипаж.

— Прекрасно! — Не передать облегчения, которое охватило меня в этот момент. — Можете поехать навстречу, чтобы Барк нас не искал?

Эйнсли молча кивнул, вновь окинул нас нечитаемым взглядом и ушёл. А я сняла с пышущего жаром лба Райли платок, охладила его в речке и вернула на место.

— Что там? — Раненый заворочался, в забытьи, видимо, пропустивший короткий разговор с Эйнсли.

— Скоро приедет карета, — отозвалась я, поправляя компресс. — Потерпи ещё чуть-чуть.

— Сколько угодно, — выдохнул Райли, и уголки его губ дрогнули в подобии улыбки.

«Герой», — по-доброму усмехнулась я и, не удержавшись, легко скользнула ладонью по его жёстким тёмным волосам. А затем плавно поднялась с земли и замерла, вглядываясь и вслушиваясь.

И тихо надеялась, что хотя бы сейчас всё обойдётся без новых приключений.

Судьба смилостивилась: экипаж и впрямь был колдширским, а прибывшие на нём Барк и Стини не забыли захватить мою импровизированную аптечку. Толку от неё, правда, было немного: пригодились только ленты ткани, которыми я бережно примотала руку Райли к туловищу, чтобы лишний раз случайно не дёргать плечо и рану. Напоила раненого привезённой водой («Эт Р-рона сказала взять», — пояснил Стини, и я мысленно благословила предусмотрительность кухарки), а пока всем этим занималась, слуги под руководством Эйнсли срубили пару прямых веток. Затем с помощью привезённого отреза парусины быстро соорудили подобие носилок, и мы осторожно переложили на них Райли (несмотря на лихорадку, он даже пытался как-то помогать в этом). Донесли до оставшейся на тропе кареты и усадили полулёжа на сиденье. Пора было ехать, и я со всей искренностью сказала Эйнсли: