Чудо - из чудес
Шрифт:
— Да все это я и так без тебя знаю! Только одного не могу понять — почему все это именно мне?! За что меня Бог — так?!! А, Стасик?..
— Ну откуда я знаю? Может, для того, чтобы испытать твое терпение. Искренность твоей любви к Нему. Крепость веры. Наконец, для еще больших венцов в Небесном Царстве. Как Он делал это с живущими почти совсем свято — ибо один был только безгрешен – Христос – старцам? И вот первое же серьезное испытание, так сказать, проверка на прочность веры…
– Ничего себе испытание! Полная слепота!!!
– А ты не подумала о том, сколько в этот самый момент людей лежат на операционных столах, сколько раковых больных доживают последние минуты, сколько заключенных томится в тюрьмах?
– Но многие из них страдают за дело! А мне-то, отдавшей Ему себя до конца, все это за что?
– А это уже вопрос не ко мне…
– А к кому же?
– К Богу! От себя я могу сказать лишь одно. Прости. Ты сама прекрасно знаешь, что со стороны всегда все виднее. Мне кажется, ты наступила на те же самые грабли, на которых я срезался я на олимпиаде.
– Ты хочешь сказать…
– Да, ты была излишне самоуверенна в себе. Считала себя уже спасенной, получившей, так сказать, абонемент в Царство Небесное. Еще там, как я только теперь понимаю, на Красной Площади. Когда говорила, что тебя никто и ничто не может оторвать от Бога. Как видишь – может. Но я уверен в том – временно!
– Ах, так! Я еще и виновата в том, что у меня была крепкая вера?
– Леночка, вера – это Божий дар. Сегодня он у человека есть, а завтра, чтобы еще больше его укрепить в ней, Господь может ослабить ее. А то и вовсе лишить на какое-то время. Но это не означает, что нужно сдаваться. Зачем раньше времени опускать руки и впадать в отчаяние и ропот? Почему это ты решила, что навсегда ослепла? У Бога – всего много! Ведь есть, есть – кому как не тебе знать это, мы же вдвоем видели их с тобой! – чудеса!
– Да! Есть! Только, увы, не про мою честь! Я ведь только на них и надеялась! Только упованием на них и жила! А теперь все! Все!! Все!!!
– Но…
– Не перебивай! Да я прекрасно понимаю, что грешна. Маме своей, да и твоей тоже грубила. Отца, когда он выпивал, любя - ненавидела. Было время – осуждала всех, кого не лень. Спасибо, ты, показав дневник отца Тихона, раз и навсегда отучил от этой привычки.[27] Тебя вон как однажды обидела. И, конечно, достойна наказания. Но не до такой же степени! Не так жестоко!!!
– Леночка, ну, значит, у тебя такой крест. Господь никому и никогда не дает его выше сил человека!
– А если у меня уже нет сил нести его?
– Тогда опирайся на мое плечо. Крепче, слышишь!
– Слышу. Спасибо тебе, Стасик. Только если бы еще и… видеть!
6
Сначала на карте схеме стали появляться проталины…
Желая отвлечь Лену от продолжавшего одолевать ее отчаяния и мучительных мыслей, Стас стал чаще пересказывать ей свой роман.
Это действительно помогало.
Окунаясь в события почти двухтысячелетней давности, Лена хоть ненадолго становилась другой.
По-детски восприимчивой.
Доверчивой.
Боящейся пропустить хотя бы одно слово…
Только любой шорох со стороны детской кроватки или призывный голос Тиши, мог отвлечь ее в это время.
К тому же, эти рассказы имели и чисто практическое значение.
Точнее, важное подспорье для поддержания расползавшегося по всем швам семейного бюджета.
Сергей Сергеевич по-прежнему помогал Стасу с Леной.
Но — уже не так как раньше.
Мама ни с того ни с сего затеяла большой ремонт в квартире, да еще и с покупкой дорогой мебели.
И он уже не мог выделять сыну значительную часть своих премий и зарплаты.
Извиняюще улыбаясь, давал совсем немного.
Чего хватало едва на два-три дня…
И неизменно обещал привезти в следующий раз побольше.
О устройстве на работу, хотя хозяин антикварного магазина настойчиво звал вернуться, не было и речи.
Стас был так напуган тем, что произошло с Леной во время его отсутствия, что теперь, опасаясь уже за нее с сыном, если уходил даже в ближайший магазин, просил соседку побыть у них дома.
Мусорное ведро и то он выбегал на улицу выбрасывать, когда приходила она или Зоя.
Денег больше брать было неоткуда.
И на карте схеме сначала стали появляться проталины.
Потом, незаметно, словно невидимой косой выкосило все южное побережье Эвксинского Понта.
Включая Македонию и Фракию…
Опустошительный набег, на который не был способен даже Александр Македонский, был произведен на Северное Причерноморье[28].
В Малой Азии теперь можно было увидеть одни только многочисленные названия городов и царств.
То же самое стало и с Древней Иудеей…
Оставалась самая избранная — некоторые экземпляры на зависть самых крупных музеев мира — часть коллекции.
Отдавать любимые монеты было невероятно жаль.
И Стас, желая спасти их, попытался продать свой мобильный телефон.
Он купил его, как говорится «по случаю» во время его давней поездки на олимпиаду в Испании.
Это было чудо электронной техники, причем, ручной работы.
Из очень дорогих материалов.
Сделанное для заказчика – нового русского, который в последний момент передумал его приобретать, так как он показался ему слишком простым на вид и чересчур сложным в эксплуатации.
Хотя на самом деле — если только изучить и привыкнуть, все в нем было до смешного просто!
А дизайн — самого высокого вкуса.
Многие из сокурсников и знакомых — даже хозяин магазина! — с завистью глядели на этот телефон.
Поражались его возможностям.
Те, что побогаче — предлагали за него любые деньги.
Но тогда они были ему не нужны.
А теперь, когда позарез понадобились —все как один… отказались!