Чудо - из чудес
Шрифт:
— Поздравляю! Поздравляю! В смысле, с предстоящим законным христианским браком! А глазам вашей невесты непременно поможет, не сомневайтесь! — с искренней радостью пожелал мужчина и робко сказал: — А мне с вами можно? Так хочется лишний раз побывать у батюшки…
Стас только плечами пожал:
— Да разве же о таком спрашивают?..
Они вышли из дома.
Быстрым шагом дошли до кладбища.
Порой, едва ли не на ощупь, миновали множество темных крестов и засыпанных снегом бугорков.
Скажи Стасу кто в детстве, что он без опаски будет когда-то ходить по кладбищу, да еще ночью — он бы ни за что не поверил.
Но вот, с паломником прошел.
И даже один бы не испугался!
Найдя, наконец, оградку с могилкой, они помолились у креста с фотографией отца Тихона.
Стас — с горячей, как никогда, просьбой помочь Лене вылечить ее глаза — тоже набрал полную банку и еще утрамбовал в ней холодную, в прожилках снега, землю.
История повторялась в третий раз за день.
И каждый раз немного по-разному.
Теперь они говорили и по дороге туда.
И обратно.
О чудесах.
О вере.
— У меня ведь путь сюда начался в Сергиевом Посаде! — сказал вдруг паломник.
Стас вопросительно посмотрел на него, и он объяснил:
— Приехал я однажды туда, еще до того, как случилась беда с ногой и, откровенно говоря, мало укрепившимся в вере человеком. Походил по Лавре. Приложился к мощам преподобного Сергия Радонежского. А потом мне посоветовали съездить в Черниговско-Гефсиманский скит, где находятся мощи преподобного Варнавы Гефсиманского Чудотворца. Слово «чудотворец» так заинтересовало меня, что я сел на автобус, благо это было совсем рядом, и приехал в скит.
Стас едва поспевал за паломником, который шел уверенной, пружинистой походкой здорового человека.
—Там — вот не зря же говорят, что случайностей не бывает! — продолжал тот. — Как раз в пещерный храм спускалась экскурсия. Я пристроился к ней. Постоял в гулком храме, где когда-то была знаменитая на всю Россию чудотворная Черниговско-Гефсиманская икона Пресвятой Богородицы. Походил вместе со всеми по длинным, извилистым коридорам. Подивился узким и крошечным кельям, в которых молились подвижники.
Стас слушал паломника, не спуская с него глаз и бережно прижимая к себе холодную банку с брением для Лены.
— Затем нас завели в немного пошире, но тоже небольшую Иверскую часовню, где тогда была еще открыта крипта-могила старца Варнавы. Она почти до краев была заполнена водой. И послушник, который проводил экскурсию, принялся раздавать эту воду, от которой, как мне сказали, происходят чудеса исцеления, и за которой некоторые приезжали уже далеко не в первый раз. Кто подставлял пластиковые бутыли, кто банки. Некоторым везло — вместе с водой попадались щепочки от гроба преподобного. А у одной старушки с явно больными ногами, как и у меня, ничего не было. Так она возьми, да скажи:
«А ты, сынок, налей мне водичку прямо в валенок! Сил моих больше нет от болей в ногах мучиться…»
На улице мороз больше тридцати…
Бабушке явно за восемьдесят…
Послушник с опаской подошел к ней и вылил из своего полуторалитрового ковша несколько капель.
«Лей, лей всё, до конца!» — потребовала старушка.
И когда послушник выполнил ее просьбу, подставила и вторую ногу.
«И сюда тоже!»
Так, хлюпая, и пошла по крутым ступенькам на мороз…
Паломник перехватил внимательный взгляд Стаса, как-то по-особенному светло улыбнулся ему и сказал:
— А я впервые понял, что такое настоящая крепкая вера. Что помогло мне потом, когда я сам начал терять ногу, и врачи сказали, что вряд ли поможет даже операция, помчаться прямо сюда… — закончил свой рассказ паломник.
Проходя мимо дома друзей, Стас с радостным удивлением увидел, что в комнате Лены горит свет, и попросил спутника возвращаться самому.
А он тут зайдет… на минутку!
Побежал к окну.
Постучал.
Почти тут же выглянула Лена.
Увидев его, торопливо замахала руками: мол, заходи, скорее!
Стас охотно вошел.
И увидел, что, за исключением Вани с Викторией, тут еще не спят.
— Что-то случилось? — встревоженно взглянула на Стаса Лена. — Откуда ты весь такой заснеженный?!
— Вот, — протянул ей банку Стас. — Это тебе подарок, от отца Тихона.
— Ты был на кладбище?!
— Да я хоть на край света пошел бы, чтобы только помочь тебе! А тут — совсем рядом!
Стас вкратце пересказал беседу с паломником и свои мысли.
И попросил:
— Ты только дай земельке сначала оттаять, чтобы не застудить глаза, и намажь их! Да, и еще! Я ведь своим позвонил!
— И что? — заторопила его Лена.
— Папа от имени моих родителей благословил нас…
— Слава Богу!
— И сказал, что они… ну уж он-то, во всяком случае, непременно приедет!
Лена с облегчением выдохнула и принялась торопливо шептать:
— А я Владимира Всеволодовича успела пригласить! Он так радовался за нас, так радовался! И Ник уже летит! А Григорий Иванович — тот вообще сказал, что завтра утром нас повезет в город служебная машина. Он уже дал распоряжение мэру нашего райцентра сделать все в самом лучшем виде. И, на всякий случай, даже лично позвонил заведующей ЗАГСом…
— А я, представляешь, — перебил Стас. — Вхожу в комнату, а мне полной в темноте кто-то вдруг: «Добр-рое утр-р-ро!»
— Ой, да это ж Горбуша!
— Кто?
— Да моя ворона, так сказать, подруга дней моих печальных, — с улыбкой объяснила Лена. — Я совсем забыла тебя предупредить о ней! Ой, — снова спохватилась она. — И даже впервые накормить-напоить забыла.
— Ну, положим, попить она уже попила, причем так, словно через пустыню Гоби перелетела, — успокоил ее Стас. — А вот есть отказалась!