Чудо о Розе
Шрифт:
– - Если хочешь, я скажу...
– - Скажи...
– - Я здесь не один... я с женщиной...
– - Я знаю... и даже знаю, как ее зовут...
– - Она называет меня спасителем...
– - Опять ты задумался... ладно... ты думай, а я посплю...
Бенедикт снял смокинг, лег и заснул... тут же и проснулся...
– - Кто-то плачет там, в темноте?..
– - Я же говорил... женщина... чудом спаслась...
Бенедикт встал, сделал несколько шагов, остановился, попятился...
– - Что ты увидел?..
– - Показалось... как будто песок зашевелился... ты тоже весь трясешься...
– - Это остров трясется...
– - Ладно... пусть трясется...
Бенедикт сел на камень...
Аркадий тоже...
– - Снова это странный гул... Бенедикт, ты где?.. я тебя не вижу...
– - Меня уже давно никто не видит...
– - Как это?..
– - Так... меня нет и я как бы есть... лучше я замолчу, как молчал...
– - Сочувствую тебе... может быть, еще можно что-то исправить...
– - В чем?..
– Бенедикт надел смокинг...
– - Ну и вид у тебя!..
– - У тебя не лучше...
– - Тише... разбудишь женщину...
– - Молчу, молчу...
– - Кажется, светает... ночь ушла, наконец...
– - Что это?..
– - Где?..
– - Чувствуешь запах?.. женщиной пахнуло...
– - Я же говорил... женщина спит в расселине...
– - Кира?..
– - Нет... не Кира...
– - Иногда она мне снится...
– - Мне тоже...
– - Вдруг она жива там...
– - Не слышу, что ты говоришь?.. эй, ты куда?.. отступи назад, сорвешься в пропасть...
– - Бежать, бежать надо отсюда... чтобы опередить беду... снова я слышу этот странный гул... и серой пахнуло... адом...
– - Ты же говорил, что ад тебя бодрит...
– - Ну да... похоже, что пророчество дяди начинает исполняться... горы понизятся, и море отступит... откроет путь, скрытый в волнах...
– - Скажи что-нибудь еще...
– - Что?..
– - Что-нибудь другое... что ты не привык говорить...
– - Смешно...
– - Что же ты не смеешься... ты измял свой смокинг... и плохо выглядишь...
– - Ты тоже...
– - Ну да... опять эта странная слабость и головокружение... и плечо заныло... я боюсь...
– - Чего?..
– - Сам не знаю... зачем ты кусаешь губы?..
– - Я тоже боюсь... боюсь рассмеяться над твоими страхами...
– - Ты еще здесь?..
– - Здесь...
– - Мне кажется, что я сплю... и не могу проснуться...
– - Я тоже...
– - Мне надо вернуться в город...
– - А я останусь здесь... я не могу вернуться к примадонне... ее собачки сводят с ума Пифагора... я говорил, собачки перешли к ней по наследству от Клариссы, предыдущей примадонны вместе с замком и мужьями... у Клариссы их было шесть или семь?..
– - Говорил, говорил... где она теперь?..
– - В аду... где же еще?.. или уже в чистилище...
– - Бенедикт, куда ты?.. остановись, отступи... еще шаг и ты сорвешься в пропасть...
– - Для чего мне жить?..
– - Ты должен дописать замогильные записки примадонны...
– - Здесь?.. без бумаги и чернил?.. нет, здесь я не могу писать... мой язык начинает лгать против мыслей...
– - Как такое возможно?..
– - Возможно... с богом все возможно...
– - Говори тише...
– - Молчу... и ты молчи...
– - Молчу... нет, не могу... память начинает возвращаться, правда, с провалами... женщина называет меня спасителем... просила убить ее... впрочем, не важно... не мог я ее спасти... и не могу убить... вот и лежу как на углях...
– - Ну, а дальше что?..
– - Не знаю... женщина мне нравится, но...
– - Что но?..
– - Ничего... я думаю, как мне попасть в город...
– - Однако... в городе тебе опасно появляться... мне тоже... можно попасть в тюрьму... и опять в петлю... или в руины женского монастыря... к призракам...
– - Смеешься... а мне не смешно... расскажи, как умерла Кларисса?..
– - Она утонула в пруду... там тоже жизнь... оливы, олеандры, лавр... женщин хоры...
– - Хоры не женщин, а лягушек...
– - Вспомнил Аристофана... он тоже спал и видел сны... ты опять дрожишь... и слезы на глазах...
– - Память постепенно возвращается... и мысли... вспомнил сон... я спал и мне приснилось, что я умер... я увидел себя покойником... меня несли в гробу... помню, я обомлел, окликнул могильщиков... они остановились... я привстал... могильщиков как ветром сдуло, а я проснулся, лежу, дрожу от холода, жду продолжения... что дальше?.. я поднимусь на небо... а потом?.. буду искать там Киру?... или бога?.. а если не найду?..
– - Тогда ищи меня...
– Бенедикт оскалился...
– - Смеешься... невозможно даже представить, чтобы ты... и бог... в одном лице...
– - А ты представь...
– - Если только я сойду с ума...
– - Что с тобой?.. ты побледнел...
– - Опять этот гул... скалы танцуют...
– - Да, я вижу...
Собака Бенедикта завыла...
– - Пифагор понял, о чем я думаю, и впал в отчаяние... надо спасаться, опередить беду...
– - Пифагор, прошу тебя, замолчи... не стоит полагаться на измышления Бенедикта, поскольку он часто ошибается даже относительно своей собственной жизни... не может он предвидеть будущее... да и никто не может...
Возникла пауза...
– - Итак, что же нам остается?..
Пифагор снова завыл... умолк, поддался на мольбы Аркадия и ласковое обращение...
– - Это не моя собака...
– заговорил Бенедикт.
– Она перешла ко мне по наследству...
Рассказ Бенедикта о смерти дяди вызвал у Аркадия чувство скорби, а также удивление игрой судьбы и случая...
– - Чем твой дядя занимался?..
– - Он был историком... много странствовал... увидел города, страны, людей...
– - Зачем?..
– - Ты прав... можно все тоже получить, странствуя в воображении... ты когда-нибудь странствовал в воображении?..
– - Только этим я и занимаюсь...
– - Как-то воображение открыло мне врата вечности, куда не заглядывает даже время, которое все подвергает порче... вообще-то я не люблю историю... и историков, которые только извращают историю...
Бенедикт умолк...
– - И все-таки, что случилось той ночью?..
– спросил Аркадий.
– Может быть, скажешь?.. я в сомнении... молва говорит то одно, то другое...