Чтение онлайн

Сенгар оглянулся вокруг, смерил Норана взглядом, и, видно не найдя причины, по которой Норану было бы выгоднее убить гостя ночью, а не прямо сейчас, кивнул.

*****

Погода в горах, как обычно, сменилась очень быстро. Казалось бы, только что холодные тучи порой скрывали тропу и людей на ней, а теперь вдруг прояснилось и солнце превратило угрюмый бело-серо-чёрный зимний пейзаж в картину из серебра, оникса и бриллиантов.

Смерть здесь, конечно, должна была быть красивее, чем в собственной провонявшей постели. Но Сенгара это не очень утешало. Он бы предпочёл тучи и туман, даже если они делали бег по горной тропе ещё опаснее. Сейчас брат вождя контов стоял на четвереньках в снегу, отчаянно втягивая в грудь холодный воздух, пытаясь восстановить хоть немного сил после отчаянной попытки оторваться от преследователей. Его воины были мертвы, его лошадь переломала ноги, и даже его сверхчеловеческая выносливость дваждырожденного была на последнем пределе после ран и почти целого дня бегства.

Свистнула стрела, зарывшись в снег на ладонь правее цели, и это придало Сенгару сил для нового рывка. Место, где тропа резко уходила вниз, была недалеко, но и силы Сенгара были, что последняя вспышка пламени из разбитого уголька. На полпути его правая нога подвернулась. Он упал, ещё одна стрела пролетела над головой. Последним отчаянным усилием нырнул за большой валун, рядом с тропой. Железный наконечник чиркнул по камню, едва он успел скрыться из виду.

Сенгар огляделся. Никакого пути дальше, кроме как обратно на простреливаемое пространство. Или вверх, на скалы, где его тоже подстрелили бы. Да и куда там по ним карабкаться – подвёрнутая нога пульсировала такой болью, что он разом забыл про ноющие раны. Похоже, он добегался. А ведь спасение должно было быть уже недалеко! А ведь преследователям только что пришлось оставить позади уцелевших лошадей – они убоялись гнать их на особенно ненадёжный, осыпающийся спуск! Но теперь оставалось лишь ждать и слушать, как к его укрытию подбираются по скрипучему снегу не меньше десятка человек.

Они остановились неподалёку.

– Эй, Сенгар, ты там ещё в штаны не наложил со страху? Узнаёшь меня?

– Узнаю тебя, Гицум, – Сенгар, успевший немного отдышаться, сильнее стиснул рукоятку меча и напомнил себе, что двум смертям не бывать, а одной не миновать, но и умирать можно достойно. – Что, свинья, Норан выпустил тебя подчищать его помои?

– Гавкай, гавкай, пока можешь, пёс. Идея-то была моя, Норан лишь согласился. Жаль только не сразу я догадался, что ты, вонючий предатель, от пути к вашему городищу свернёшь на боковую тропу к Семикамню.

– Ха! С каких это пор Норан решает за свободных людей, с кем им можно встречаться, а с кем нет? И задержать меня он решил прежде, чем вы могли обговорить ваши козни. Так что твою идею он же тебе в голову и вложил, боров ты тупой, раб изгоя, позор курангов!

– Ах ты паршивая контская дворняга! Ну погоди, недолго тебе вонять осталось!

– Эй, Гицум, ты там так и будешь похрюкивать, или, может, подойдёшь сюда, сразишься как дваждырождённый? – подступиться к Сенгару в его узком укрытии было непросто, огибающая валун тропа была в этом месте узкой, идущий первым столкнётся с ним в одиночку. Гицум, насколько знал Сенгар, находился на той же завершённости ступени Детства, что и он сам. Вряд ли среди его людей был кто-то, хотя бы настолько же сильный. Это давало шанс, если не выжить, то забрать кого-нибудь с собой.

Враги должны были это понимать. Но дожидаться пока холод и раны доконают дваждырождённого – дело уж очень долгое. Гицума засмеют, когда узнают, что он вечер и полночи переругивался с еле живым противником, выжидая, пока тот окончательно лишится сил.

Расчёт Сенгара оправдался. После небольшой заминки, он снова услышал скрип снега под сапогами и на тропе показался Гицум. Лучшие годы старого вождя были далеко позади, да только и Сенгар был уже не очень молод, к тому же изранен и измотан. А главное, Сенгар во время бегства, когда пешим уходил от конных, побросал всё, даже скинул одежду, что была поверх рубахи, остался с одним лишь мечом. Гицум же держал в правой руке короткое копьё, а в левой щит.

Сенгар сам не понял, как ему удалость извернуться, но копьё не вошло ему в живот, лишь зацепило бок по касательной, распоров кожу. Он налетел на Гицума, рубанул раз, другой, третий, пока тот выхватывал меч, но щит выдержал удары. Попытался броситься на противника всем телом, и спихнуть с тропы, вниз, на крутой склон, пусть даже вместе с собой – но Гицум успел ударить его щитом в лицо, отбросив назад. Сенгару потребовалась пара секунд, чтобы вытрясти искры из глаз и сплюнуть кровь. А когда он это сделал, то увидел, почему ещё жив.

Гицум упал на одно колено, а из шеи и бока у него торчали болты от сакблиских самострелов. Оррик, с которым Сенгар уговаривался встретиться, всё же был достаточно близко, а с ним и его отряд!

*****

–Повезло тебе с ясной погодой, – заметил Оррик несколько позже, когда уже стемнело, Сенгар, перевязанный и закутанный в два меховых плаща, грелся у наскоро разведённого костра. – Лучше меня знаешь, в горах человека, неосторожно показавшегося на гребне, бывает видно с другого конца долины. А они слишком торопились тебя догнать, чтобы осторожничать.

Сенгар лишь утвердительно хмыкнул. К тому времени он уже успел пересказать Оррику всё важное и хотел только, чтобы чужестранец перестал его донимать. Но Оррик всё не успокаивался, думая вслух:

– Значит, вправду Норан. Я его даже видел, мельком, но думал, что Кро-Кроах с ним разделался. Признаться, как услышал это имя от вас, сперва подумал, что какой-то самозванец взял его себе. Дерзкий тип, скажу я тебе – злоумышлял против собственного божка…

Вдруг кулаки Оррика сжались, глаза сверкнули и он воскликнул:

– Боги на небесах! Действительно дерзкий василисков сын, чтоб ему провалиться прямо в пустоту Нижнего Мира! Понятно теперь, почему он не побоялся натравить того Гицума на тебя.

– Что такое? – удивился Сенгар, мозги которого сейчас работали медленно из-за крайней усталости.

Оррик поспешно ответил вопросами на вопрос:

– Сколько у контов воинов? Дваждырождённых? Есть ли хоть кто-то на Молодости? Готовы ли вы отбиваться вот прямо сейчас, если Норан и его войско уже выступили в поход?

Сенгар хотел было сказать, что нету у Норана и его сброда сил одолеть контов на их собственной земле. Но стоило ему подумать об этом, вместо того, чтобы рефлекторно отметать саму возможность, как он понял – силы есть.

Оррик гнал отряд, собранный сразу по возвращении в Семикамень, не жалея людей и лошадей. Забирать из захваченного города лучших наездников, и уезжать самому, притом не в направлении последнего известного местоположения армии курангов, было большим риском. Но на войне как в игре. Нельзя что-то выиграть, если ничего не ставишь на кон – Нельяне он так и сказал.

Этим утром Оррик понял, что его ставка бита. Его отряд уже спускался в долину, которой владели конты, когда им попалась пара измотанных всадников, скакавших в прямо противоположном направлении. Они узнали Сенгара. Короткий разговор с ними подтвердил то, о чём Оррик догадался сразу.

Дружина Нельяны конечно, была теперь сплошь опытными воинами. Что дваждырождённые, что простые смертные, были привычны к быстрым переходам. Но всё же, даже с Сенгаром в качестве проводника, сравняться в езде по горам с прожившими тут всю жизнь курангами, они не могли.