Чтение онлайн

Профессиональный взгляд Рипли отметил и другое: автопогрузчик действовал недостаточно ловко. Вот этот ящик надо было захватить пониже… Развернуться нужно было на пару секунд раньше… Нельзя сказать, чтобы им управлял полный дилетант, но опыта у работающего на погрузчике явно недоставало. Ту же работу можно было сделать в несколько раз быстрее.

Рипли обернулась; как она и предполагала, здесь был и второй автопогрузчик, для которого водителя еще не нашли.

Тем временем в работе произошел какой-то сбой, и Рипли услышала раздражительный голос лейтенанта:

– Мне плевать, что вы там думаете, но главное, чтобы все работало…

Что-то не ладилось или с люком, или с самим погрузчиком: груз торчал из брюха челнока самым неудобным образом. Когда ящик кое-как пролез в проем, Горман сердито приказал:

– Сейчас же загерметизируйте этот люк!

Автопогрузчик начал разворачиваться. Рипли подошла к лейтенанту и стоящему возле него сержанту поближе.

Ее не замечали.

– Сколько у вас там? – спрашивал кого-то Горман.

– Одна…

– Поднимай!

Со скрежетом и лязгом крышка люка сдвинулась с места. Заныли блоки. Одного гула, в котором невозможно было разобрать ни слова, было достаточно, чтобы понять, насколько неправильно работает аппаратура. Новый шум привлек внимание к погрузчику – он снова что-то задел. Эйпон направился в его сторону, бросив на ходу:

– Лейтенант, проверьте третий.

Ему навстречу шагнула Рипли:

– Здравствуйте. У меня тут сложилось впечатление, что я бездельничаю, когда могу вам помочь.

– Интересно, а что вы умеете? – немного свысока поинтересовался Горман. Его взгляд скользнул по фигуре Рипли.

«И на что может быть способна такая неженка? – казалось, говорил он.

– Хотя женщина, признаться, интересная…»

– Ну, по крайней мере, я могу командовать этим погрузчиком, – решила проигнорировать недоверие Гормана Рипли. – У меня второй класс.

– Что ж, тогда попробуйте.

Рипли отвернулась и направилась к машине. Какое ей дело, что думает о ней этот лейтенант? Плевала она на его мнение! Ее умение всегда при ней, и оно лучше любых препирательств докажет ее необходимость быть здесь.

Легко и привычно Рипли вскарабкалась на рабочее место. Тонкая рука легла на рукоятку управления, вторая нащупала кнопки.

Одна из кнопок вошла в углубление, и почти сразу же раздалось негромкое стонущее ворчание: механизм автопогрузчика просыпался. Массивная нога со ступней-утюжком тяжело поднялась и опустилась на блестящий пол. Автопогрузчик зашагал по ангару, еще неуклюже, словно разминаясь, но все энергичней и энергичней. Рипли сосредоточилась. Теперь руки и ноги погрузчика стали ее собственными руками и ногами: она отдавала им мысленный приказ – они подчинялись; легкие движения настоящей руки можно было не считать. В ее руках была невиданная мощь, которой разум придавал осмысленность и легкость. Если бы автопогрузчик не был таким уродом, его движения можно было назвать почти изящными.

– Ты гляди, чего творит баба, – удивленно шепнул Эйпон проходившему мимо Хиггсу. В ответ тот промычал что-то неразборчивое, но одобрительное.

Рипли работала. Управление погрузчиком вернуло ей более оптимистическое расположение духа. Она была сильна. Ее знания пригодились. Но… Как хорошо было бы иметь такую силу в схватке с Чужим! Как ей тогда этого не хватало…

Работа постепенно налаживалась. Во всяком случае, стала более скоординированной. «Ну что ж… – через некоторое время заключила Рипли, – может быть, все еще и обойдется…»

Вески выскочила в коридор с ручной автоматической пушкой наперевес. Дуло описало в воздухе обычную при стрельбе дугу. «Ну, сейчас мы этим тварям покажем!» – сгорая от азарта, думала она. Полет подошел к концу; оставалось только спуститься на саму планету. Вслед за Вески в коридоре прыжком очутился Дрейк. Нетерпение жгло и его. Впереди ждали приятно щекочущий нервы страх, который нужно было прищучить, и ни с чем не сравнимая радость боя. За Дрейком проследовал Хиггс, сдержанный и сосредоточенный против обыкновения. Как и многие мальчишки, он с детства мечтал о подвиге. Если верить этой Рипли, у него сейчас был шанс. Главное

– не погибнуть в двух шагах от победы, а для этого нужно ни на секунду не распускаться. «И чего они так резвятся? – неодобрительно думал Эйпон. – Дело как дело. И ни к чему это всякое ребячество…» На лице Веры отражалась сдерживаемая ярость. Нет, не по отношению к предполагаемому противнику – ему она была почти благодарна за лишнюю возможность доказать всем, что она не хуже других: «моя победа многим утрет нос…» Совсем иные мысли занимали Хадсона. «Ну какого черта я ввязался в это грязное дело? Это ведь даже не люди, – монстры, чудовища, уроды проклятые… Они сметут нас в одну секунду! Не проще ли выбросить все это оружие и доложить инопланетянам: «Ваш завтрак прибыл…»

Возле челнока перед взводом очутился Горман. «Черт его знает, что из всего этого выйдет, – у него на душе скребли кошки. – Если дело выгорит – это повышение и успех, но кто его знает… Уж слишком темное дельце».

Чтобы его колебания не стали заметными подчиненным, он сухо произнес:

– Так, беспокоиться не о чем.

– Ага, высаживаемся, побеждаем и улетаем, – прокомментировал кто-то.

– Все понятно? – грозно переспросил лейтенант.

В ответ раздалось дружное «да».

– Акция будет развиваться по плану. Никаких отклонений… – Взвод начал выстраиваться в жалкое подобие шеренги. – Как сказано: высаживаемся, побеждаем и улетаем. – (Горману понравилась эта фраза. Для себя он решил, что обязательно запишет ее в блокнот.) – Поняли?

В строю зашумели.

– Внимание, готовность! – скомандовал Горман. – Посадка!

Раздавшиеся возгласы чуть не заглушили команду. Перед лейтенантом, казалось, находилась полудикая, охваченная жаждой крови орда.

– Все – быстро в транспортер! – выкрикнул он.

– Еге-е-гей!

– Ура!

– Ура! ура! ура!

– Давай!

– О-го-го! – звучало со всех сторон.

Трудно было поверить, что так могут вести себя специально обученные для подобных заданий люди.

Собственно, даже для простого взвода такое поведение нельзя было назвать обычным; позже, в полете, кое-кто удивлялся и своим выходкам, и несдержанности товарищей. На деле почти все, в большей или меньшей степени, ощущали необычность этого задания, возможно, не встречавшуюся ранее опасность. Так или иначе, нервное состояние прорывалось у каждого по-своему. Крики были своего рода клапанами, позволявшими слегка выпустить пары нервного напряжения.