Чтение онлайн

– Какая же ты подлюка, Лиитземия, - произнёс Боохземин низкой прозой, отпуская Лиитземию и вытирая щупальцем несуществующую слезу. Уплывая вдаль, он пробормотал напоследок: - Бросила меня, такого красивого ... променяла на летающего гуся ...

"Дракона ..." - мысленно поправила Лиитземия, вспоминая своего мужа, Георземина и с ностальгией подумала: "Боохземин до сих пор меня любит!" Оставаясь на месте, она со сладострастием вспомнила их прежние любовные игры. От возбуждения у неё засосало под ложечкой, словно она хотела кого-то сожрать. Бросив симпоты вперёд, она не обнаружила Боохземина, а когда его отыскала, то он оказался уже позади её. "Что же ты кружишь вокруг меня?!" - с вожделением подумала она и поплыла ему навстречу. Кода они увидели друг друга в толщи воды, то без разговоров слепились в одну кучу и забились в сексуальном экстазе, распугав вокруг рыбью мелочь. Изнеможённые до полусмерти, они отлипли друг от друга, а Лиитземия расслабленно сообщила:

– Не надейся, что это повторится так часто, как ты хочешь...

... И снова умчалась в синюю даль.

Боохземин, по-прежнему не понимая женскую душу и ломал голову над тем, отчего Лиитземия вздумала ему отдаться, но ответа на данный каприз бывшей жены не нашёл. Он начал перебирать щупальца, машинально пытаясь найти перстень со своими Вселенными, чтобы успокоить душу, работая с ним. Боохземин никак не мог вспомнить, на каком щупальце закрепил перстень и замаялся его искать. Перебрав щупальца с пару десятков раз, Боохземин понял, что кольцо он потерял. Вспоминая их бешеные любовные игры, он понял, что кольцо легко могло оторваться и упасть на дно.

"Вот горе то какое!" - подумал Боохземин и принялся рыться на дне. После того, как со дна поднялась муть, ему ничего не оставалось, как пустить туда симпоты, но и они ничего не нашли. Если бы Боохземин догадался, то он бы отправил симпоты не в воду, а в небеса. Его кольцо, надетое на палец правой руки, сверкало под солнцем, отправляя блики на лицо Эрземии. Она сидела на красном драконе, в которого превратился кораблю Деземина, и летела на встречу с Георземином. Желание у Эрземии было всё то же - забрать у Георземина его перстень с Вселенными. Она не ожидала, что он отдаст его добровольно, поэтому превратила корабль в самку дракона, несмотря на протесты смущённого корабля.

– Он меня изнасилует!
– прошептало побелевшее лицо на стене корабля, а Эрземия с улыбкой ответила: - Так и нужно! Если не убежишь! Красивее тебя на Перии дракоши нет!

Сердитый корабль, проклиная свою зависимость от Деземина и его странной и чокнутой сестры, учащённо замахал кожаными крыльями, приближаясь себя к неминуемому позору. Через некоторое время они заметили спящего в воздухе дракона, который повис в небе, как авоська с зелёной капустой. Когда они подлетели, Георземин не очень гостеприимно отлепил один глаз и спросил:

– Че надо?

– Я организовываю конкурс на лучшую Вселенную и собираю все перстни. Через семь дней на поляне возле моего дома финальная встреча и награждение, - протарахтела Эрземия и потребовала: - Давай свой перстень!

Георземин, не очень понимая, что она сообщила, стащил с когтя свой перстень и сунул его Эрземии, проворчав при этом: - Могла свиснуть в свисток! Куда ты его девала?

Георземин протёр лапой глаза и уставился на Эрземию, а потом заметил красную дракониху, которая, при его взгляде, спрятала свои глаза куда подальше.

– Дома забыла!
– ответила Эрземия и сообщила: - Я полечу, у меня дела, а вы тут познакомьтесь!

Она быстро упорхнула в сторону острова Благоденствия, а когда оглянулась, то увидела, как красная дракониха удирает от Георземина, а тот гониться за ней. Эрземия летела в хвост острова Благоденствия, туда, где жил Чикземин со своим братом Редземином. Когда она их нашла, то они спали в разных комнатах. Чикземин даже не проснулся, когда она сняла с его руки перстень с Вселенной, Редземин, увидев её, засиял взглядом, но быстро потух, как только узнал, что это не Маргина.

– Я собираю все перстни на конкурс Вселенных, - не мудрствуя сообщила Эрземия и растопырила пальцы, на которых блестела дюжина перстней. Редземин, совсем расстроенный, только и сказал: "Да, да, конечно!" - и сунул ей в руку свой перстень. Он вышел уже из своей комнаты, но на пороге дверей обернулся и спросил:

– А Маргина? Как она там...на Земле?

– У неё всё хорошо. Она рада, что вернулась на Землю, - сказала Эрземия, а Редземин разочарованно прихлопнул дверь и вышел. Эрземия не стала ждать, когда проснётся Чикземин, так как он нужен был ей, как парашют птице, и вышла вслед за Редземином. Уже в воздухе она видела, как Редзмин отправился к океану. "Страдать будет ... за Маргиной. А она ведь не призналась, что у нее на Перии объявился кавалер!" подумала Эрземия, направляясь в свой дом. Десять перстней у неё уже есть, осталось три и ещё один у Морти-Мортиземии. "Что-то не припомню перстня у неё!" - подумала Эрземия, вспоминая Землю и её жителей. Люди живут преступно много. Средняя продолжительность жизни на Земле, около 60 лет. А это 22000 дней. Чтобы отражение Преисподней стало больше, нужно сократить жизнь землян наполовину - 10 000 дней вполне достаточно. А ещё лучше - сократить число обитаемых миров. Десять тысяч систем обитаемых миров тоже слишком много. Так считала Эрземия, у которой, от этих мыслей, лицо начало меняться и превратилось в лицо Руслана, иногда вздрагивая и уступая место морде ужасного и страшного зверя с низким лбом. От таких мыслей Эрземии-Руслану стало приятно, и захотелось сделать какую-то гадость. Он не стал приземляться возле дома Эрземии, а отправился прямо к Кеерземину.

Крепкая фигура на крыльце с недоумением смотрела на Руслана, не понимая, откуда на этой планете взялся такой странный человек и что он здесь делает. Кеерземин не стал убивать Руслана, так как его симпоты наткнулись на десяток Вселенных, которые принадлежали анимо, живущим на Перии.

– Кто ты?
– удивлённо спросил Кеерземин, запуская в Руслана свои симпоты и брезгливо их выдёргивая, словно дотронулся до дерьма.

– Я властелин всех Вселенных!
– с пафосом сказал Руслан и произнёс формулу-заклинание. Кеерземин, неожиданно для себя, тут же оказался в каменном яйце. Руслан вспомнил Аирземию, и его похотливые глаза хищно засверкали, а лицо странно вытянулось, превращаясь в пасть, из которой непроизвольно потекла слюна. Проходя мимо яйца Кеерземина, Руслан с удовольствием напомнил:

– Иду топтать твою курицу.

– Не смей!
– закричал Кеерземин, а Руслан поддал ногой яйцо, в котором сидел хозяин дома. Яйцо, срезав по пути пару деревьев, приземлилось в Первичном океане, а Руслан громко захохотал и крикнул:

– Аирземия, приготовься, я буду тебя драть!

Когда он вошёл в спальню, Аирземия, как загнанный зверь, смотрела на него жалобным взглядом, просящим пощады, но Руслан был непреклонным. Он бросил её на постель, а потом одним движением содрал с неё хитон. Аирземия закричала, когда он всадил в неё свою восставшую плоть, но не от боли, которой она не чувствовала, а от унижения. Руслан широкими взмахами глубоко загонял свое стремительно набухшее дидло, мстительно мял её груди и бил по щекам, чтобы ещё больше унизить. Аирземия не чувствовала, что он с ней делал дальше, так как отключила своё сознание. Оскверняя её внутренности своим семенем, Руслан зарычал, как зверь, а потом захохотал, надеясь, что Кеерземин на дне океана его услышит. Закончив экзекуцию, он запаковал Аирземию в яйцо и забросил его далеко в океан.

– Иди к своему петуху!
– презрительно бросил Руслан, а потом полетел в сторону дома Сатземина. Если смотреть сверху на остров Благоденствия, который по контуру похожий на крокодила, то дом Сатземина находился возле левой лапы пресмыкающегося. Руслан перелетел поперек туловища крокодила и приземлился возле дома, крепко сложенного, но не отличающегося красотой. В доме, насколько знал Руслан, оставалась только Овземия, жена Сатземина. Он нашёл её спальне, лежащей на кровати. Она игралась со своей Вселенной и уставилась на Руслана, удивляясь визиту незнакомого мужчины. Симпоты, выпущенные Овземией, упёрлись в крепкую стенку, а незнакомец без слов схватился за перстень с Вселёнными и бесцеремонно стащил его с пальца Овземии.

– А теперь раздвигай ноги, - произнёс Руслан, ожидая криков и мольбы о пощаде

– Это можно сделать по любви, - удивила его Овземия, а Руслан с кривой усмешкой сказал: - Я никого не люблю.

– Тогда позволь мне любить тебя, - произнесла Овземия, привстав с кровати, и возбуждённо лизнула его лицо, исходя слюной.

– А как же твой Сатземин?
– с издёвкой спросил Руслан.

– Мне он давно не нравится, - сказала Овземия, целуя его и добавила: - Мне он давно не нравится... с тех пор, как изменил мне с Аирземией.