Чтение онлайн

— Я того же мнения, дядя Гельмут. Но информация у меня в голове. Эту тайну знаете только вы. Генералу Гудериану мы намекнули о предположительном развитии будущих событий. Основные карты мы не раскрывали. Это впереди. Поэтому разведки могли узнать только то, что было в моих донесениях. Сравнив их содержание с прошедшими событиями на Восточном фронте, они пытаются узнать об источнике этой информации. Англичане решили этот источник погасить в зародыше. Но, спрашивается. Где Англия, а где Восточный фронт? Каким образом англичане узнали обо мне? Где сидит крыса: у русской СМЕРШ, или у бригадефюрера Шелленберга? Вопрос!

Глубже копнуть, встают и другие вопросы. Если это русские помешали англичанам меня ликвидировать, то почему? Значит, я им нужен. Значит, СМЕРШ разыгрывает свою карту, где я должен играть определенную роль. Значит, надо предполагать, что они скоро выйдут на контакт со мной. Наша контрразведка тоже что-то перехватила и стала следить.

— Все это печально, Франц. Не знаю даже что тебе посоветовать. Могу только пожелать быть более осторожным. Упреждай ситуацию. Если она будет развиваться против тебя. Ты же сам говоришь, что ты не один. Пусть твой друг тебе помогает. Как гласит поговорка: «Одна голова хорошо, а две лучше» – вот и пользуйся этой возможностью. Генерал подошел к Францу и крепко по-отцовски обнял его, с дрожью в голосе произнес: — Я не переживу если с тобой что случится, а тем более мать. Береги себя, мой мальчик.

— Хорошо, дядя Гельмут, буду осторожен. Думаю, англичане временно притихнут. С нашей службой безопасности я сам разберусь, а если понадобится – попрошу помощь у генерала Гудериана. Если русские выйдут на контакт – буду решать на месте как поступать. Оставим пока эту тему. Давайте перейдем к служебным делам, к формированию танковой армии. Где ваш погребок?

— Погребок? — усмехнулся генерал. — Это шутка, Франц. Пойди в столовую, там, в баре стоит еще одна бутылка коньяка «Martell», неси ее. Не забудь захватить лимон и салями.

— Я мигом, дядя Гельмут. — Франц энергично проследовал в столовую. По дороге его сразу перехватил Клаус: — Вижу, ты быстро усваиваешь мои уроки. Из тебя выйдет настоящий офицер-спецназовец. А то говорил: «не могу», «не буду». Ты пойми, когда еще предвидится случай попробовать «Martell» урожая 1940 года? Думаю – никогда.

— Ты прав, Клаус, никогда, если вернешься в свое время, коньяку будет 70 лет, и стоить он будет целое состояние, — подхватил с радостью разговор Франц, — так что лови момент, дружище Клаус, пока я жив, — Франц поставил на поднос бутылку превосходного коньяка, рядом тарелки с нарезанной колбасой и лимоном и словно заправский официант, подхватив поднос правой рукой, а левую руку заложив за спину, пошел к дяде.

Генерал Вейдлинг улыбнулся, когда зашел Франц, хотя выглядел он совсем не стоически. Услышанная история о покушении на Франца не давала ему покоя.

— Прошу, дядя Гельмут. Вам слово.

Генерал умело открыл бутылку и заполнил на треть бокалы коньяком. — Пусть, Франц, все задуманное тобой сбудется. И та победа, к которой ты нас поведешь, будет небольшим утешением для меня и для тех солдат, которые будут с нами в этом тяжелейшем сражении. За твое здоровье, мой мальчик.

— Спасибо, дядя Гельмут. А я выпью за ваш полководческий талант и за ваше здоровье.

Закусив тонким, натуральным кружочком салями, генерал тяжело поднялся с кресла – затекли ноги. Осмотрелся, включил свет. Немного хромая прошелся к окну и задернул светомаскировочные шторы, на улице было сумеречно, вернулся назад к камину.

— Ты спросил меня, как решаются вопросы формирования танковой армии? — генерал перешел к другой теме разговора, — отвечу кратко – медленно. Проект штатного расписания новой танковой армии разработан. В этом большая заслуга генерала Гудериана. Он лично участвовал в ее разработке и лично отстаивал у начальника штаба Верховного главнокомандования вооруженными силами генерал-фельдмаршала Кейтеля. Он сумел доказать неоспоримые преимущества бригадного построения армии, с той структурой, вооружением и тактикой боевых действий о которых ты говорил. Утверждение состоится в ближайшее время. Рейхсминистр вооружений и боеприпасов Шпеер пообещал похлопотать, он частый ночной гость Гитлера.

— Это правильно, — со свойственной горячностью вступил в разговор Франц. — Мобильная танковая бригада – это изначально боевая группа: слаженная и постоянная. С подвижной ПВО, со своим штурмовым десантом и боевыми машинами поддержки танков, с тесной взаимосвязью со своей разведкой, с ее поддержкой. Обладая такими характеристиками, бригада будет настоящим ударным кулаком в бою. Это новое слово в развитии наших бронетанковых войск. Не громоздкая дивизия с ее постоянным некомплектом на 30-40 %, где на бумаге дивизия, на деле – полк, а полновесная мобильная танковая бригада, которая сможет самостоятельно решать тактико-стратегическую задачу. Кроме того, боевая техника и вооружение в бригаде должны быть максимально однотипны и проверенные в боевых действиях. Ими будет легче управлять, их будет легче ремонтировать. Обязательно учтите, что в каждой бригаде должны быть роты учебно-боевого вооружения и техники, где будет обкатываться молодежь. Этим мы значительно сэкономим ресурс боевой группы. Экипажи должны быть взаимозаменяемыми. Кстати, многое, что я говорю, уже взято на вооружение русскими в ходе войны. Наши штабы плохо изучают противника. Вот смотрите, — Франц поднялся с кресла, для убедительности речи. — В состав русской танковой бригады 1943 года входят: 3 танковых батальона, 1 батальон автоматчиков, подразделение управления и обеспечения, зенитно-пулеметная рота и управление. Всего 65 однотипных танков Т-34-85. Такая бригада решает практически любую задачу в пределах своей возможности.

— Франц? — остановил офицера генерал. — Не забывай, наши бригады будут мощнее, мобильнее, эффективнее в бою, чем русские соединения.

— Да, это так, дядя. Но каковы русские генералы! — с почтением воскликнул Франц. — Они сразу внедряют в войска новые структуры частей и тактические приемы ведения боя, которые показали себя с лучшей стороны. Вот у кого надо учиться нашему генералитету. В данном случае я не имею в виду вас, дядя.

— Спасибо и на этом, — саркастически заметил Вейдлинг. — Все, что мы задумали я взял на вооружение, и на бумаге это вышло красиво. Однако перед нами встают серьезные проблемы, — генерал отпил из бокала немного коньяка и закусил долькой лимона. Скривился.

— Какие проблемы, дядя Гельмут?

— Наливай и мне, — прожужжал в мозгу Клаус.

— Подождешь, — зыкнул на друга Франц.

— Проблемы связаны со штатным укомплектованием новых бригад техникой, вооружением и личным составом, дорогой, Франц. Ты и сам знаешь, что вся выпускаемая военная продукция, все резервисты с округов – все идет в действующие войска, все идет на фронт. Где взять дополнительные технические и людские резервы?

— Не надо драматизировать ситуацию, дядя Гельмут. Не так все плохо. Уже со следующего месяца ожидается выпуск бронетехники на 15 % выше, чем в сентябре. Это все внутренние резервы. Шпееру удалось убедить фюрера отказаться от всех трудновыполнимых стратегических планов по разработке новейшей военной техники. Нет времени и средств на модернизацию Вооруженных сил. За последние три недели я побывал на основных танковых заводах компаний «Рейнметалл», «Крупп-груссон», «Нибелунгверке» – везде строго выполняются директивы министерства. С конвейера сходят только серийные «Пантеры», «Тигры» и PzIV. Все перспективные разработки закрыты. Освободившиеся мощности направлены на выпуск массового среднего танка PzIV. Отказались от «Королевских тигров». Вместо одного PzVIB выйдет пять-семь средних танков и самоходных артиллерийских установок. Вся военная промышленность переведена на двухсменную работу. И это еще не все. Через два дня я выезжаю с комиссией на основной танковый полигон Вермахта в Куммерсдорф. Там будут представлены образцы среднего танка PzIV с башней от «Пантеры» и 75-мм пушкой KwK42 с протяженностью ствола 70 калибров. Будут образцы этого танка с обычной башней и пушкой 75 мм с длиной ствола на 50 и 60 калибров. Если испытания будут удачными, танки запустятся в серии. Новая экономическая стратегия, — подчеркнул Франц, — даст дополнительно армии до 1000 средних танков и САУ. И это еще не все. Раскрою еще один секрет. Остановлено производство ракет ФАУ-2. Конструкторская мысль и мощности этих заводов переведены на выпуск ракет земля-воздух из подвижных пусковых установок. Первая ракетная батарея по уничтожению движущихся воздушных целей ожидается к концу этого года, возможно к началу операции. Конечно, ею не защитишь армию от американской авиации, но дальнейший выпуск ракетных установок будет заметной помощью противовоздушной обороне.

Теперь по личному составу, — Франц замолчал, сделал несколько глотков коньяка, глянул внимательно на генерала, не заснул ли тот. Генерал Вейдлинг держался, не спал, изредка потягивал свой коньяк, да недоверчиво покачивал головой. — Теперь по личному составу, — вновь повторил, Франц, тем самым подчеркнул важность вопроса. — Что нужно сделать? — обратился он с вопросом к генералу и, не ожидая от него ответа, высказался сам. — Нужно в каждом взводе, каждой роте, части, бригаде сформировать опытное управленческое кадровое ядро, так сказать боевой костях всего военного организма. Это знаю, уже делается. Опытные боевые командиры должны лично участвовать в подборе и комплектовании своих подразделений и частей техникой и людьми. Разнарядка уже пошла в западные округа и танковые училища, благо они подчинены инспекции бронетанковых войск, то есть Гудериану. Скоро начнет приходить пополнение. Его обучение будет проходить в учебных ротах по специально разработанной методике. В основе методики лежит принцип: «делай как я». Лучшие танковые асы на практике будут обучать молодежь. Занятия должны проходить днем и ночью, ночью и днем. Физическая и техническая подготовки, боевые стрельбы, взаимозаменяемость экипажей, выживание в экстремальных ситуациях, современная тактика ведения боя в любое время суток – вот основа учебной программы. После учебы – боевое слаживание, учения. Все должно проходить в строжайшей секретности, максимально эффективно и в короткие сроки. Все бригады будут дислоцироваться в западных районах Германии, вдали от фронта в предместьях Ганновера, Касселя, Нюрберга, Штутгарта, Мюнхена со штабом армии в Касселе.

— Франц, — перебил офицера генерал Вейдлинг, — зачем ты мне говоришь эти вещи, которые уже стали очевидными. С какими солдатами я буду воевать? С новобранцами, безусыми юнцами?

— Не только с ними, дядя Гельмут. Кстати, вы напрасно иронизируете. Эта необстрелянная молодежь подожгла сотни русских танков в Берлине, не одна тысяча русских солдат пала от рук немецких юнцов. Гитлерюгенд до конца войны будет фанатично предан фюреру. С этим фанатизмом юнцы будут умирать за него, как русские солдаты за Сталина. Боевой дух солдат накануне операции против англо-американцев будет невероятно великим. И наша задача, — Францу стало жарко от накала разговора, он расстегнул крючок кителя, взял с тарелки дольку лимона и с удовольствием ее пожевал, почувствовав во рту приятную кислинку. — И наша задача, — продолжил он разговор, но уже более твердым, с хрипотцой, берлинским говором, — обучить эту молодежь, сплотить идеей разгрома врага и, когда придет время, направить неотразимым ударом на слабые звенья обороны противника. Эти места будут указаны. Будьте уверены, дядя Гельмут! — Франц с любопытством посмотрел на генерала, оценивая его реакцию на свою последнюю фразу. Вейдлинг махнул головой, мол, продолжай дальше. На его красном лице по-прежнему оставалась недоверчивая улыбка.