Чтение онлайн

– Тебе видимо крепко досталось по башке!

Он не стал это отрицать, так как возможность прикрыть своё незнание этим поводом, показалась ему крайне удобной. Шкерания рассказала ему, что у людей алхимия не считается магией, как таковой. Что было и к лучшему для неё, поскольку в обратном случае, она бы либо сидела в замке магов, либо была сожжена. Да и сама работа ей нравилась – как тем, сколько она приносила серебра, так и интересностью самого занятия. Кроме рисков получить ожоги разной степени тяжести – алхимик показала Анеро несколько ожогов у себя на руках – в остальном это была чистая и безопасная работа. Пока алхимия не станет признанной областью магии, она не планирует менять род деятельности. Что же будет делать Шкерания, если такое случится, алхимик отвечать отказалась. Но магом становиться она точно не хочет.

Ссылаясь на частичную потерю памяти, Анеро начал расспрашивать и про жизнь магов. Чем несказанно удивил Шкеранию, и зародил в ней немало сомнений. Но она решила, что если это убедит мага не высовывать лишний раз нос из кареты, то может быть в рассказе есть смысл.

Человеческие маги жили практически полностью изолированно от остального людского общества в своих огромных крепостях. Несмотря на то, что вокруг этих крепостей процветали города, сами маги из своих замков почти никогда не выходили. Там они жили, обучались, тренировались и там же умирали. Под чутким присмотром церкви. Хоть маги, как явление, и появились намного раньше современной церкви Великого Света, но церковники сначала быстро добились равных позиций, а потом и вовсе добились главенствующей и доминирующей позиции над магами. Благо – высокомерие и надменность, сдобренные разрушительным могуществом и безответственностью, быстро привели к тому, что церковь обрела поддержку не только светских правителей со знатью, но и простого люда. Обескровленные войнами между собой чародеи оказались не способны противостоять новой силе. Не только благодаря поддержки светских кругов, но и за счет огромного магического могущества церковников, жесткой организованности, фанатизма и безжалостности последних. Пары десятков разрушенных городов хватило, чтобы магические ложи полностью капитулировали. После чего их для удобства рассредоточили по крепостям, в зависимости от стихии, которую те применяли или которой обучали. Попутно ограничив возможность изучение других стихий в каждой конкретной крепости. Таким образом почти все маги оказались под надзором огромного штата стражи из числа церковников. Конечно, определенная часть магов отказалась подчиняться церкви и ушла в бега. Но полное отсутствие поддержки, а также повсеместная к ним не любовь, позволили отловить большинство из них. А жесткая и целенаправленная политика по поимке и казням местечковых сельских магов, практически полностью вымыла одаренных магией за пределами замков. Тем не менее готовых сотрудничать магов истреблять было не за чем. Куда проще оказалось их собрать вместе и назначить главных из их же числа, ответственных за послушное поведение. Не смотря на все свои недостатки, полезность чародеев отрицать было бессмысленно, поскольку хотя об очищающей силе огня церковников и ходили легенды, но вот вызвать дождь, взрыхлить почву, остановить ураган, нагреть металл до белого каления и выплавить прекрасных доспех, они были не в состоянии, чего нельзя сказать о магах. В виду этого магия была не только хорошим подспорьем для любого королевства, но и весьма доходным предприятием. Чем не преминули воспользоваться и сами церковники, обложив новообразованные чародейские замки конскими налогами. Естественно, были и те, кто, будучи достаточно одаренным, мог и сам творить волшбу, не проходя специальное обучение у волшебников или церковников. Такие люди, зачастую не дисциплинированные, склонные к самодурству и озабоченные только собственными интересами, рассматривались угрозой не только церковью, но и самими магическими крепостями. И отнюдь не потому, что они представляли для них прямую угрозу – церковники были хорошо обучены, дисциплинированы и редко передвигались в одиночестве. Крепостные маги же вообще не покидали своих крепостей, кроме разве что выполнения очередного заказа. Но даже в этом случае их сопровождал отряд церковников, готовых пресечь любые недостойные мысли, которые могли возникнуть в голове у магов. Маги-самоучки наносили прямой экономический вред - они сбивали цены, предоставляя аналогичные услуги, пусть и менее качественные. Подобного допустить, конечно, было определенно нельзя. Впрочем, подобный подход был более характерен скорее для магов, нежели для церковников. Последние же искренне верили в праведность своего дела. И в настоящую опасность от “пока еще неумелых магов”. Так оно отчасти и было – магия в недисциплинированных и безответственных руках не однократно приводила к бойням. И всё что ждало церковников в некогда живом поселении это гора или обгорелых, или раздавленных, или утопленных, или задушенных трупов. И как подарок в дополнение к этому – необходимость теперь отлавливать этого беглого вкусившего власти мага. Впрочем, к чести церковников – скрыться не удавалось никому и никогда. Среди простого люда, конечно, ходили байки, о очередном молодце, который лихо провёл церковника вокруг пальца, но в глубине души, каждый понимал, что это не больше, чем байки. Неотвратимость наказания очень отрезвляюще действует на людей, а Церковь Великого Света, за века своего существования, сумела вбить в голову даже самого недалёкого мага – наказание неизбежно.

Люди вроде алхимика, конечно, же больше придерживались мнения, что причиной контроля является жадность церковников и это несмотря на то, что алхимическая гильдия куда мягче облагалась налогами, чем маги. Да и само существование независимого алхимика было вполне возможно и даже не противозаконно. Свои же личные взгляды Шкерания, как член алхимической гильдии, предпочла не разглашать.

Прошло примерно две недели после начала путешествия. Караван в очередной раз остановился на ночлег. Вокруг смеркалось, и пока Анеро расхаживал по временному лагерю, с интересом рассматривая, кто и чем занимается, остальные ставили палатки, готовили еду, чистили оружие, а кто-то становился на дежурство, чтобы охранять лагерь. Спутники Анеро знали своё дело, поэтому процесс подготовки лагеря к ночлегу продвигался стремительно. Самого же Анеро о помощи никто не просил. На самом деле он бы с удовольствием им помог, ему хотелось сделать свой вклад и поучаствовать в приготовлениях. Да и привыкнув к определённому уровню физической нагрузки пока он жил у гоблинов, полностью лишенной этой нагрузки его текущий образ жизни, ощущался для него немного чужеродным. Проще говоря - у него самого чесались руки. Но если в начале путешествия он не понимал ни слова, и поэтому старался не лезть к другим, то уже позже, когда немного освоился с языком, пообщавшись с алхимиком, понял, что ему это не по положению. Несмотря на то, что люди внешне вели себя довольно дружелюбно и его настороженность постепенно отступала, он всё еще считал, что должен отыгрывать роль до конца. А значит помогать никому он не должен.

Такие вечерние прогулки помогали ему лучше собраться с мыслями, что сделать изо дня в день, ему становилось всё сложнее и сложнее. Накатывающая волнами усталость и сонливость, путали его мысли и ограничивали фокус его внимания. После же рассказов Шкерании, его начинало тревожить собственное будущее – если бы он был магом, то в лучшем случае его должны были бы поместить в крепость под стражу, а в худшем – допросить и убить, тем или иным способом. Поскольку он никого не убивал, не грабил и не разрушал, он мог рассчитывать на лёгкую смерть. Но смерть, остаётся смертью, даже, когда она легка и безболезненна. Это был очевидный вариант.

Куда более не очевидной его судьба становилась, если вскроется, что он никакой не маг. Казалось бы, всё должно быть просто – ни в какие крепости его заточать смысла нет, просто отобрал мантию и дал пинка – вертись как знаешь. Но всё было не так просто – церковники хоть и подчиняли магов, но и заботится о них не забывали. Поэтому у последних недостатка в еде, воде, одежде и прочих радостях жизни не наблюдалось. Да и убивать магов или воровать у них тоже не позволяли никому. Не столько из-за какого-то человеколюбия, сколько опять же по экономическим причинам: маги — это ценный и полезный актив. Актив способный не только приносить много практической пользы, но и много золота. И не гоже, чтобы простой чумазый и криволицый простолюдин, убивал мага, который мог принести выгоду Церкви. Поэтому с большой долей вероятности, его ждала бы судьба ничуть не лучше, чем в первом варианте – допрос, пытка, костёр.

Шкерания его успокаивала, что его везут тайком к какому-то очень знатному господину. Видимо для того, чтобы он был тайным придворным магом. Для этого и нужна такая скрытность. А знатный господин, мол, со всем уже разобрался. “Золото – ключ который отпирает любые ворота” – успокоительно сказала она.

Несмотря на всю свою наивность, Анеро бы никогда в это не поверил, если бы ему не становилось всё хуже и хуже в последние дни – его глаза постоянно слипались, а мысли иногда даже зацикливались, и он обдумывал одно и то же снова и снова, не в силах выкинуть это из головы. Он даже иногда начал дремать днём в карете. Правда очень ненадолго.

Сегодня же он чувствовал себя особенно слабым, поэтому после того, как поужинал со всеми у костра, его не удивила опять навалившаяся усталость. В этот раз намного сильнее. Его глаза начали слипаться, а руки наливались тяжестью.

Это не могло остаться незамеченным:

– Ты в порядке? – заботливо спросила Шкерания.

– Я…Я…Я себя странно чувствую, - сказал Анеро. Его мысли путались сильнее чем обычно и даже язык становился тяжелее и плохо слушался своего хозяина.

– Правда? Что такое? – притворно удивленно спросила алхимик.

– Какая-то слабость…больше чем обычно. Невероятно хочется спать, - вяло ответил Анеро.

– Последние дни были очень утомительны. Даже я и мои парни устали, - сказал Гарх и показал рукой на окружающих. Его люди утвердительно закивали.
– ты, наверное, сильно вымотался.

– Я…Наверное, - Анеро сидел с поникшей головой с трудом борясь с сонливостью.

– Иди ложись пораньше, поспи, - Гарх посмотрел на Сарика, - проводи нашего гостя к нему в палатку. И позаботься, чтобы никто не прервал его сон.

Сарик коварно усмехнулся и поднялся на ноги, и подойдя к Анеро, потрепал того по плечу. Когда “маг” попытался встать, то вдруг почувствовав сильную слабость, качнулся и потерял равновесия, но Сарик быстро подхватил и удержал его.

– Ох-хо-хо…мне…мне совсем не хорошо, - еле слышно промямлил Анеро.

– Пойдем, пойдём, - сказал Сарик и заботливо повел “мага” к его палатке.

С трудом, при поддержке Сарика, Анеро доковылял до палатки и практически сразу, как он в нее вошел, упал на свою подстилку и уснул.

Сарик же встал на стражу около входа в палатку. И хитро перемигивался с мимо проходящими. Гарх приказал ему обеспечить, чтобы никто не побеспокоил Анеро, и он с большим удовольствием выполнит приказ. Ну а потом…А потом его ждёт веселье. Это будет хороший вечер!

………………………….

Спустя час, когда все уже разошлись спать, кроме пары часовых, около палатки Анеро стояли три тени и переговаривались.

– Ты уверена, что твоё зелье сработает?
– прошептала одна тень.

– Я ему бахнула такую дозу, что ближайшие часов шесть его не разбудит и удар молнии, - не скрываясь в полный голос ответила Шкерания.

– Ахренеть! Я надеюсь, что после этого он не откинет копыта, - прошептала третья тень.

Женщина засмеялась:

– Ты нашёл отличное время, чтобы сомневаться в моих зельях!

– Не знаю. За ужином он выглядел паршиво. Но даже если твоё зелье и вправду так хорошо - его может и не разбудит удар молнии, а вот всех остальных твой голос вполне может и разбудить, - ответила третья тень.

– Ты боишься своих же людей? – ехидно ответила женщина, уже шепотом.

– Мои люди знают то, что должны. Они и так знают слишком много, так что очередная лишняя информация им не к чему.