Чтение онлайн

Ссылаясь на частичную потерю памяти, Анеро начал расспрашивать и про жизнь магов. Чем несказанно удивил Шкеранию, и зародил в ней немало сомнений. Но она решила, что если это убедит мага не высовывать нос из кареты, то может быть в рассказе есть смысл.

Человеческие маги жили практически полностью изолированно от остального людского общества в своих огромных крепостях. Несмотря на то, что вокруг этих крепостей процветали города, сами маги из своих замков почти никогда не выходили. Там они жили, обучались, тренировались и там же умирали. Под чутким присмотром церкви. Хоть маги, как явление, и появились намного раньше современной церкви Великого Света, но церковники сначала быстро добились равных позиций, а потом и вовсе добились главенствующей и доминирующей позиции над магами. Благо – высокомерие и надменность, сдобренные разрушительным могуществом и безответственностью, быстро привели к тому, что церковь обрела поддержку не только светских правителей со знатью, но и простого люда. Обескровленные войнами между собой чародеи оказались не способны противостоять новой силе. Не только благодаря поддержки светских кругов, но и за счет огромного магического могущества церковников, жесткой организованности, фанатизма и безжалостности последних. Пары десятков разрушенных городов хватило, чтобы магические ложи полностью капитулировали. После чего их для удобства рассредоточили по крепостям, в зависимости от стихии, которую те применяли или которой обучали. Попутно ограничив возможность изучение других стихий в каждой конкретной крепости. Таким образом почти все маги оказались под надзором огромного штата стражи из числа церковников. Конечно, определенная часть магов отказалась подчиняться церкви и ушла в бега. Но полное отсутствие поддержки, а также повсеместная к ним не любовь, позволили отловить большинство из них. А жесткая и целенаправленная политика по поимке и казням местечковых сельских магов, практически полностью вымыла одаренных магией за пределами замков. Тем не менее готовых сотрудничать магов истреблять было не за чем. Куда проще оказалось их собрать вместе и назначить главных из их же числа, ответственных за послушное поведение. Не смотря на все свои недостатки, полезность чародеев отрицать было бессмысленно, поскольку хотя об очищающей силе огня церковников и ходили легенды, но вот вызвать дождь, взрыхлить почву, остановить ураган, нагреть металл до белого каления и выплавить прекрасных доспех, они были не в состоянии, чего нельзя сказать о магах. В виду этого магия была не только хорошим подспорьем для любого королевства, но и весьма доходным предприятием. Чем не преминули воспользоваться и сами церковники, обложив новообразованные чародейские замки конскими налогами. Естественно, были и те, кто, будучи достаточно одаренным, мог и сам творить волшбу, не проходя специальное обучение у волшебников или церковников. Такие люди, зачастую не дисциплинированные, склонные к самодурству и озабоченные только собственными интересами, рассматривались угрозой не только церковью, но и самими магическими крепостями. И отнюдь не потому, что они представляли для них прямую угрозу – церковники были хорошо обучены, дисциплинированы и редко передвигались в одиночестве. Крепостные маги же вообще не покидали своих крепостей, кроме разве что выполнения очередного заказа. Но даже в этом случае их сопровождал отряд церковников, готовых пресечь любые недостойные мысли, которые могли возникнуть в голове у магов. Маги-самоучки наносили прямой экономический вред - они сбивали цены, предоставляя аналогичные услуги, пусть и менее качественные. Подобного допустить, конечно, было определенно нельзя. Впрочем, подобный подход был более характерен скорее для магов, нежели для церковников. Последние же искренне верили в праведность своего дела. И в настоящую опасность от “пока еще неумелых магов”. Так оно отчасти и было – магия в недисциплинированных и безответственных руках не однократно приводила к бойням. И всё что ждало церковников в некогда живом поселении это гора или обгорелых, или раздавленных, или утопленных, или задушенных трупов. И как подарок в дополнение к этому – необходимость теперь отлавливать этого беглого вкусившего власти мага. Впрочем, к чести церковников – скрыться не удавалось никому и никогда. Среди простого люда, конечно, ходили байки, о очередном молодце, который лихо провёл церковника вокруг пальца, но в глубине души, каждый понимал, что это не больше, чем байки. Неотвратимость наказания очень отрезвляюще действует на людей, а Церковь Великого Света, за века своего существования, сумела вбить в голову даже самого недалёкого мага – наказание неизбежно.

Люди вроде алхимика, конечно, же больше придерживались мнения, что причиной контроля является жадность церковников и это несмотря на то, что алхимическая гильдия куда мягче облагалась налогами, чем маги. Да и само существование независимого алхимика было вполне возможно и даже не противозаконно. Свои же личные взгляды Шкерания предпочла не разглашать.

Как и было оговорено на внутреннем совете, Арамуш начал не спеша, для вида, ухаживать за Изиль. Принося ей различные подарки и проводя с ней время в доме у Крепколобов. В личных беседах, она продолжала демонстрировать откровенную враждебность, при этом на публике, наоборот вела себя скромно и дружелюбно.

Вопрос их бракосочетания считался уже решённым, поэтому ей не оставалось ничего, кроме того, как стараться вести себя соответственно, чтобы не опозорить свою семью и отца. Этого бы не простили ей уже никогда, да и будем честны, она не простила бы себе это и сама. Всё-таки несмотря на свой печально известный характер, он не уменьшал любви и уважения к своей семье.

Примерно через месяц, после начала ухаживаний, Арамушу удалось уговорить, пусть и не без проблем, своего отца и отца Изиль, дать им возможность, спокойно и без охраны прогуливаться по городу.

Чем и не преминула воспользоваться девушка, в первой же такой “свободной” прогулке.

……………………………………………………

– Отведи меня к нему, - требовательно сказала Изиль, потянув Арамуша за рукав, примерно на середине их обычного прогулочного маршрута.

– К кому? – изобразил непонимание Арамуш.

– К Тахику.

– Тоже мне нашла время.

– А когда ещё?

– Может не в первую же нашу прогулку без охраны? – ехидно сказал Арамуш.

– Твоего папашу под зад может в любое время ударить вожжа, и эта прогулка станет последней, что бы мы не делали, - недовольно прошипела Изиль.

– А так она точно станет последней!

– Я хочу его увидеть!

– С чего ты вообще взяла, что я его уже не похоронил? – с удивлением в глазах спросил Тахир.

– Потому что ты козлина, но не конченный мудак, - недовольно произнесла Изиль.

– Поэтому я не должен был хоронить собственного брата? – ехидно спросил Арамуш.

– Не дав мне попрощаться с ним – нет.

– Уверена?

– Тахик хотел бы, чтобы я с ним попрощалась, если бы на то была его воля. И если ты его так любишь, то должен был бы об этом знать. И соответственно исполнить волю брата.

– Это твой довод? – с усмешкой спросил Арамуш.

– Именно, - с железной уверенностью в голосе ответила Изиль.

– Помогите мне духи! – качая головой ответил Тахир. – Ты знаешь, что Тахик ещё считал тебя наивной?

– Догадываюсь.

– П ошли за мной.

Арамуш взял Изиль за руку, и они незаметно для большинства скользнули за угол одного из домов, улица вдоль которого вела в чумные районы.

Незаметно для большинства, но не для существа, которому чтобы видеть глаза не нужны.

………………………………………………………..

Прокравшись вдоль линии домов, Арамуш с Изиль вышли на улицы чумного района, где уже могли не стесняться идти в полный рост. И уже через минут пятнадцать дошли до дома, в котором Тахир спрятал тело брата.

– Это здесь? – спросила она.

– Ага.

– Что-то не похоже, - ответила Изиль, указывая на заваленный снегом домик, в котором, судя по слою снега вокруг, уже очень давно никого не было.

Арамуш с удивлением посмотрел на неё и покачал головой:

– И почему я не удивлён, что о вашем заговоре все знали?

Он двинулся вперед через снег к входной двери дома.

– О нашем заговоре узнали только потому, что среди нас оказался предатель! – возмущенно прошипела Изиль.

– Конечно, конечно! – сказал Арамуш подходя к двери, и убирая от нее весь снег магией. – Когда будем отсюда уходить, напомни мне повесить табличку – “Здесь не лежит тело Тахика Тахира, просьба не беспокоить”, чтобы его точно никто не нашёл!

– Очень смешно! – сказала Изиль несколько раз ударив того в бок, но под толстой шубой Арамуш ничего не почувствовал.

Да, даже если бы был без неё, то учитывая разницу в размерах и физической подготовке, вряд ли бы хоть что-то почувствовал всё равно.

– И, вообще, слушать от гоблина, который как раз ни о каком заговоре и близко не догадывался, о проблемах с конспирацией, очень смешно.

А вот этот укол Арамуш уже почувствовал: девушка была права, уж кто-кто, а он должен был догадаться, что его старший брат что-то замышляет.

– Заходи, - только и произнёс Тахир, проходя внутрь дома первым.

– Хамло! – фыркнула Изиль.

Они прошли внутрь дома и спустились в подвал.

Откинув загораживающие обзор мешки, перед ними предстало тело Тахика. Таким же, каким Арамуш его оставил.

Увидев тело любимого Изиль мгновенно бросилась рядом с ним на колени. Она сняла перчатки и начала гладить лицо и волосы Тахика, которые уже от времени и холода порядком одеревенели. Но, не выдержав холода, ей пришлось очень быстро надеть перчатки обратно.

Она осматривала его тело, в поисках каких-то ран или порезов, но не находила ничего кроме глубокой раны под подбородком.

Из её глаз полились слезы, которые замерзали сразу, как только отрывались от поверхности лица. Скоро за ними начали появляться и сопли, а сама девушка начала сипеть и тяжело дышать от разрывающих её рыданий. Её сердце сдавила сильнейшая боль и в этот момент она была готова умереть, от той боли, что терзала её изнутри. От той боли, что никогда не пройдёт.

До сих пор, где-то в глубине её сердца была надежда, что всё это ложь. Что всё это обман. Что Тахик всех перехитрил и просто прикинулся мертвым. Как бы это не казалось ей нереальным, как бы она логически не пыталась себя убедить в необходимости смириться, её сердце было против. Оно отчаянно верило, отказываясь принять реальность.