Чтение онлайн

– Но вы знаете их схемы. Пусть вы не можете разработать программу нового разума, вы можете прописать программу – старого. Сделайте нам машину, подобную “спутнику”.

– Я знаю программы техники, служащей порядку, Олаф. Я не смогу сделать машину, служащую преступнику. Для этого нужны существенные поправки в программе.

– Разберетесь.

– Нет, это опасно – трогать такую сложную структуру, как разум “спутника”, без полного знания дела.

– Захотите жить – отрегулируете мозги “спутника”, которого мы возьмем у системы, как вас!

– Вы оба сделаете все, что прикажу я. И хватит бунтовать, Олаф.

– Я вас в покое не оставлю, пока вы делом не займетесь, как мы! Довольно вам прохлаждаться на этих летающих ледяных глыбах из космического мрака, не знающего и первого инеистого великана, Фламмер!

Олаф с раздражением пнул сапогом зависшую в воздухе каменную плиту… Но она его пинку не поддалась, ничуть не сдвинувшись… А Фламмер только смерил его безразличным взглядом, приподнимаясь на локте над ложем из парящих шкур…

– Ты совсем увяз в легендах, боец. Это просто старые хранилища с остатками энергии.

– И что в этих сундуках?!

Вместо ответа Фламмер, в очередной раз покидая парящий одр, подключил панель управления одной из плит, оказавшейся не запертой никаким кодом, а просто закрытой. Он без труда разомкнул плиту, разошедшуюся и открывшую россыпи разноцветных камней… У меня в голове поплыло… Я не знаю, отчего я так люблю все блестящее, но я не могу оторвать ослепленных цветным сиянием глаз от этого сокровища… Я запустил в груды огоньков руки и стал пересыпать их, смотря на хрупкое мерцание, слушая тихий перезвон… Эти камни рассыпались из моих рук, но не упали, а зависли возле хранящего их сундука… Я развел их руками, и они разлетелись по держащему их полю – совсем как звезды… Но Олаф заставил меня оторваться от осколков камней для возни с горелкой. Здесь не так холодно, как на ветреных пустошах, но все равно… Ведь все эти объекты вмурованы в вечные льды и стылые камни этих выстуженных земель. На нашей планете с давних пор нет ничего, кроме пустынь, – выжженных солнцем или скованных льдом… Есть, правда, узкая лесная полоса с озерами и ручьями, есть широкая тундра с застуженными мхами и степь с подгорелой травой… Но это далеко. У нас вообще бедная планета, отчего и жестокая. Вот я и радуюсь, когда вижу что-то яркое и блестящее. Вот сейчас закончу с чадной горелкой, подключу все фонари и разбросаю все эти сокровища, чтоб радовали нас всех, сияя, не скупясь.

Запись№5

Я, запрокинув голову, лежу на шкуре, расстеленной поверх груды блистающих сокровищ, перетасканных мной из всех хранилищ всех этих пещер. Фламмер, привольно раскинув руки, отдыхает на покрытом шкурами одре. Только Олаф что-то делает. Он точит ножи и чистит ими ногти… Он делает все, что мне обычно не нравится, но сейчас я этого не замечаю, и нервы мои это не затрагивает. Я просто радуюсь, что они с Фламмером не ссорятся.

Олаф слил топленый жир в горелку, установив над дымным огоньком контейнер для топки нового обрезка жира, и мрачно уставился на чадный фитиль. Теперь стало так тихо и спокойно, что я и мечтать о таком не мог. Наконец, мы отдохнем от усилий, от страха… и от склок. Здесь мы скрыты – нам не страшны ни охранники системы, ни бураны снежной пустыни, ни эти кипятильники – скингеры… Здесь об этих опасных зверях напоминает только потрескивание опущенного в жир фитиля и клубящийся над горелкой дымок… Сейчас Олаф поджарит нарезанное кусками мясо этих зверей, которым ничего не стоит сжечь охотника излучением, нужным им для создания “жгучих лугов” – лугов, протопленных скингерами среди снегов для мхов, растущих только в этих местах… Вот зашипел, стекающая в огонь кровь… Потянуло жареным… Я теперь не обращаю внимания, что душно, я привык к этой вентиляции… Мне даже нравятся эти, не выстуженные морозом и не разогнанные ветром, запахи… Я хочу есть и спать и радуюсь, что скоро смогу сделать и то, и другое… Только Олаф что-то не успокоится никак…

– У нас припасов, считай, не осталось. На охоту скоро пойдем. Переждем три дня еще и выйдем.

Фламмер, вдруг нахмурившись, поднялся с зависшего в воздухе ложа.

– Нет. Не пойдем.

Олаф, сверкнув холодными глазами, отложил прут с насаженным на него недожаренным мясом… Он встал перед Фламмером, напряженно сжав кулаки…

– Надо идти. К этому времени вас искать перестанут.

Фламмер неожиданно взвелся… Чего доброго, опять вспылит… Но с чего это он?..

– Нет, Олаф.

– Мы с голоду помрем.

– Не топи жир для горелки – в пищу пойдет. Я знаю, что вы к сырому мясу привыкли – без этого здесь никак. Туши огонь – без него обойдемся.

– Нам здесь одних шкур не хватит – без горелки мы ночью промерзнем.

Я окинул взглядом наше прибежище… Этот зал обширен, но Олаф отгородил отсек, снятыми с хранилищ, плитами. Ему пришлось поломать голову над панелями управления опустошенных хранилищ, но он все же установил плиты щитами, отражающими тепло, – теперь здесь мы, как в пещере, опутаны теснотой, оплетены мглой и окутаны теплотой… Только из щелей дует, напоминая о стуже, царящей вне нашего прибежища… Сейчас Олаф прав… Я не понимаю, отчего капитан протестует…

– Капитан, нам без горелки тяжко придется…

– Нет, Ханс. Я подключу отопление блока объекта.

Олаф задумался…

– А это возможно? Энергосистема отключена давно, она, верное дело, неисправна.

– Объект не поврежден – неисправно здесь может быть только то, что я смогу починить.

– Так и правда хорошо получится. Нам хорошо бы здесь выждать дольше. А энергии хватит?

– Резервной энергии достаточно на поддержание простейших функций объекта в течение суток. Перераспределив энергию объекта, я обеспечу трое суток. Я обеспечу еще сутки, забрав энергоблоки ненужной нам автономной техники объекта – хранилищ, дверей и перекрытий.

– Энергию и с других объектов забрать можно…

– Заберем. Тогда мы сможем находиться здесь недели.

Олаф с напряжением всмотрелся в разгоревшиеся глаза офицера…

– Неделю протянем, а после – надо на охоту идти… Придется. Иначе оголодаем так, что просто не сможем зверя забить.

– Нет, мы добудем все, что нужно, – здесь.

– Это как?

– Через эти тоннели мы подойдем к складам.

– К складам системы? К подключенному и охраняемому объекту?

– Мы пройдем.

– Фламмер, мы не пойдем в набег!

– Пойдем. Мы справимся и без отряда.

– С отрядом или без – мы этого не сделаем!

– Мы сможем.

– Сможем или нет – мы этого не сделаем! Мы не грабим объекты системы, Фламмер!

Офицер опалил нас взглядом, заставив меня вскочить, обливаясь холодным потом…

– Капитан, мы так серьезно систему не грабим… Просто, это же не правильно – грабить…

Олаф настойчиво отстранил меня…

– Мы не грабим систему. Просто, стоит нам сделать это, – нас начнут искать так, что найдут. И тогда с нас три шкуры сдерут – с каждого!

Когда Олафом не правит Зверь, он осторожный. И он прав – здесь, в ледяной пустыне, без осторожности нам не обойтись. Мы и не по своей воле рискуем постоянно – вот и стараемся по своей воле не рисковать… Но Фламмер, полыхающий пожаром, и слушать ничего не хочет. Он серьезно собрался в налет. Наверное, эта уверенность в удачном исходе такого крупного грабежа обоснована – он же вовсе не безрассуден… Я остановил, потянувшегося к истертым ножнам, Олафа – я уверен, что у этого офицера есть убедительные доказательства его правоты… Нам просто нужно напастись терпения и выслушать его доводы.

Запись№6

Долгое и упорное противостояние ничего не дало ни Олафу, ни Фламмеру. Офицер не дает Олафу сказать ни слова про охоту, а Олаф ему – ни слова про набег. Вот они и стоят молча друг против друга. А я – думаю. Я пытаюсь сообразить, что же лучше – охота или набег? Идя на охоту, мы рискуем, сражаясь со зверями, а идя в набег, – сражаясь с охранниками системы. Конечно, преследование системы опаснее, но… Просто, при хорошо спланированном набеге не надо никого убивать – никого, кто не враг… Ясно, разное бывает – на пути кто попадется или еще что… Но на охоте обязательно и точно надо убивать… А я так не люблю убивать…