Чтение онлайн

— Так не все хотят из своей деревни уезжать, Никита Сергеич, — не сдавался Игнатьев. — Бывает, что человек уже предпенсионного возраста, всю жизнь в колхозе отработал, там у него дом, хозяйство, семья. Некоторые по 30 лет почти на одном месте отработали. Тем самым счетоводом или учётчиком. И тут приходит такой вот Худенко и их на старости лет — под зад коленом?

— Я более чем уверен, что это — отдельные случаи, — ответил Первый секретарь. — С ними будем разбираться, решать проблему в каждом случае индивидуально. Необоснованно обобщать и делать далеко идущие выводы о непригодности и непродуманности системы Худенко только на основе отдельных случаев нераспорядительности руководства на местах считаю неправильным и вредным. Руководителям Госконтроля и Комитета партийного контроля товарищам Енютину и Швернику поручаю разобраться с упомянутыми товарищем Игнатьевым случаями неправильных действий местных руководителей при внедрении безнарядно-звеньевой системы, и доложить. Георгий Васильевич, Николай Михайлович, всё понятно?

— Так точно, товарищ Первый секретарь, разберёмся, — заверил Енютин.

— Ещё один важный момент, который поможет решить безнарядно-звеньевая система — высвобождающиеся трудовые ресурсы села могут и должны заменить женщин, работающих в колхозах вместо погибших на войне мужчин, — заявил Хрущёв. — Решить этот вопрос крайне важно, так как речь идёт о безопасности государства в демографическом отношении. Государствообразующая нация у нас понесла громадные потери, а снижение её роли в перспективе может привести к усложнению внутренней ситуации.

Сейчас у славянского населения намечается тенденция к резкому сокращению своего воспроизведения, всё больше семей вместо 3-4 детей заводят одного-двух. Мы это уже обсуждали на НТС СССР и в Президиуме, (АИ, см. гл. 04-11), меры по недопущению демографической катастрофы намечены и уже частично выполняются. Чтобы этого не допустить, и будет малоэтажное строительство в городе, и пригородные дачи и посёлки с пропиской, и обновленная деревня с улучшенными условиями жизни. Все эти меры должны работать на улучшение рождаемости. Будем бесплатно предоставлять квартиры и участки под застройку молодоженам, уже вводим отпуск по уходу за ребенком, льготы и и выплаты для поддержки семей с большим числом детей.

Практику введения налога на холостяков и бездетность необходимо признать ошибочной. Поднимать демографию будем через положительную мотивацию, предоставляя различные льготы семьям, заводящим более двух детей. Все эти меры, в первую очередь, будем вводить в малых городах и деревнях Нечернозёмной зоны, прежде всего — в сельской местности. Вот так, товарищи, руководство страны видит решение проблемы Нечерноземья.

Программа развития Нечерноземья была опубликована в конце июня 1959 года, сразу после Пленума ЦК. С июля по октябрь 1959 года было организовано её обсуждение в трудовых коллективах. Программа была оформлена в виде брошюры, в середине её, на отдельном развороте была напечатана анкета для специалистов, с комплексом вопросов по различным областям. Основной вопрос анкеты был сформулирован согласно предложению Ивана Антоновича Ефремова (АИ, см. гл. 04-11): «Какие изменения в народном хозяйстве Нечернозёмных областей РСФСР и союзных республик вы считаете необходимыми и первоочередными?»

Наиболее бурные обсуждения, конечно, происходили в хозяйствах и на предприятиях самой Нечернозёмной зоны. Население обнаружило, что власть наконец-то всерьёз озаботилась выяснением мнения народа по важнейшим народно-хозяйственным вопросам, и активно включилось в доработку предложенной программы. Начался тот самый «мозговой штурм в масштабах всей страны», о котором говорил весной Иван Антонович Ефремов.

Два месяца программу обсуждали, затем начали сводить все предложения и поправки воедино. Для обработки анкет организовали аналитический центр, отсюда все наиболее важные предложения и дополнения передавались в правительственную комиссию, занимающуюся разработкой и доводкой программы. К началу ноября второй вариант программы развития Нечерноземья был представлен для обсуждения и утверждения на Внеочередной ХХI съезд КПСС.

#Обновление 20.04.2016

В 1959 была построена первая очередь Каракумского канала, от Амударьи до Мургаба. Длина канала составила 400 километров.(Реальная история) По каналу каждую секунду перебрасывалось 130 кубометров воды. Канал был построен как чисто оросительный, узкий и глубокий, чтобы свести к минимуму испарение воды. Стенки канала облицевали керамической плиткой на битумном связующем, что почти полностью исключило потери воды за счёт её просачивания в грунт. (АИ, см. гл. 03-01). Вдоль канала были высажены различные деревья, причём на берегу сажали деревья с раскидистыми кронами, чтобы обеспечить максимальное затенение зеркала воды.

Чуть дальше высадили миллионы саженцев фруктовых деревьев. В таких садах высота деревьев обычно небольшая, не выше двух метров. Это достигается постоянной подрезкой с формированием кроны. С невысоких деревьев проще убирать урожай. (сам видел в 1986 г в Крыму)

Введение в строй первой очереди Каракумского канала позволило довести площадь орошаемых земель до 100 тысяч га. Вторую очередь канала, от оазиса Мары до Теджена, длиной 138 км предстояло завершить в 1960-м году. Хаузханское водохранилище, согласно изменённому проекту канала, решили не строить, так как в условиях Средней Азии с его зеркала испарялось бы слишком много воды. По расчётам, расход воды должен был составить 200 кубометров в секунду. Это позволяло оросить в Тедженском оазисе свыше 70 тысяч га, а также улучшить водообеспеченность ещё 30 тысяч га уже орошавшихся земель.

Вместо водохранилища в Тедженском оазисе строили систему закрытых водосборников. Такую же систему уже ввели в строй в оазисе Мары. (АИ) Из них вода подавалась на овощные плантации, где использовалась в системах капельного орошения. В жарком климате Средней Азии биореакторы работали особенно хорошо. Полученный биогумус выкладывали на грядки овощных ферм. Источником исходного сырья служили канализационные стоки жилых массивов оазисных поселений.

Овощи на новых плантациях созревали уже в конце весны и начале лета, что позволяло значительно улучшить снабжение естественной витаминной продукцией населения городов Северной и Центральной части РСФСР, а также Сибири.

Ввод в строй первой очереди Каракумского канала позволил увеличить население оазиса Мары на несколько тысяч человек, переселившихся из других районов Туркмении. Люди получили работу, жильё, страна обрела ещё 100 тысяч гектаров высокопродуктивных сельскохозяйственных земель, а с вводом в строй второй очереди канала эти площади должны были почти удвоиться.

О промышленном рыборазведении Хрущёв задумался после одного из совещаний атомщиков, на котором он присутствовал. Славский тогда пожаловался, что в прудах-охладителях АЭС, из-за тёплой воды водозаборы очень быстро обрастают водорослями, приходится часто их очищать, на это тратится много рабочего времени. Никита Сергеевич задумался: «А нельзя ли обратить недостаток в пользу?» После совещания он попросил Славского задержаться, снял телефонную трубку и позвонил в ВАСХНИЛ, её президенту Павлу Павловичу Лобанову:

— Пал Палыч! Здравствуйте, Хрущёв говорит. Пал Палыч, проблема у нас появилась. Вот тут сидит у меня товарищ Славский, Ефим Палыч, и жалуется, что у него в прудах-охладителях водозаборы из-за тёплой воды моментально водорослями обрастают. Подскажите, нет ли какой рыбы, чтобы эти водоросли ела?

— Рыбу найдём, Никита Сергеич, — ответил Лобанов. — Прямо так, с ходу, не подскажу, но сегодня же поищем, и всю информацию товарищу Славскому и вам отправим.

— Сделайте любезность, Пал Палыч, заранее спасибо, — поблагодарил Хрущёв. — Вот как вопросы решать надо, Ефим Палыч! Что, сам Лобанову позвонить не мог? Ты ж министр!

— Да я, как-то даже про рыбу-то и не подумал, — прогудел Славский.

— То-то и оно, что не подумал, — усмехнулся Первый секретарь. — Что же мне за вас всех думать приходится?

Информацию от Лобанова принесли на следующий же день. В качестве очищающей рыбы учёные порекомендовали тиляпию, для поедания крупных растений, и толстолобика для уничтожения мелких плавающих водорослей. Тиляпия ни Хрущёва, ни Славского поначалу не впечатлила. Однако, почитав про неё подробнее, Никита Сергеевич убедился, что рыба стоящая и весьма недооценённая.