Чтение онлайн

– Так точно, организуем, – ответил Ивашутин и обвёл виллу кружочком на своей карте.

К полуночи 30 апреля улицы Афин опустели, закрылись уличные кафе, люди разошлись по домам. Внезапно ночную тишину разорвал рев моторов и лязг гусениц. В город, громыхая по мостовым, вошли танки, сопровождаемые подразделениями 9-й пехотной дивизии под командованием бригадного генерала Одиссеоса Ангелиса. Американские «шерманы», поставленные греческой армии ещё в сороковые годы, во времена гражданской войны, занимали позиции на ключевых перекрёстках столицы.

Около 1 часа ночи 1 мая к ним на помощь из лагеря Диониссос в 20 милях от Афин прибыли подразделения моторизованной пехоты. Эти специальные подразделения назывались – «отряды для подавления мятежей и взятия городов». Само их существование держалось в секрете, в лагерь, где будущие каратели обучались приемам разгона уличных демонстраций и другим полицейским функциям, допускался только узкий круг лиц. К двум часам ночи воинские части, поддержавшие путчистов, заняли все важнейшие стратегические пункты Афин.

Взяв под контроль столицу, мятежники передали шифрованный приказ начать захват власти в провинции. Реализованный военными план переворота именовался «Перикл» и готовился уже давно – с середины 50-х, на случай политических изменений в правительстве, чтобы предотвратить «левый уклон» во власти, угрожавший положению ультраправой фашистской военной верхушки. Разработчиком плана был близкий друг генерала Григориоса Спантидакиса – генерал Гогусис.

К утру 1 мая в Салоники – второй по величине греческий город – вошли части 3-го корпуса. Однако к этому моменту начались первые неожиданности и отклонения от плана. Внезапно пропала проводная связь между Афинами и другими частями страны. Боевые группы спецназа ГРУ перерезали телефонные кабели. Попытки установить радиосвязь с другими частями мятежников по всей стране нарушались непонятными скользящими радиопомехами. Связь вроде бы и была, но помехи, как назло, забивали ключевые слова в сообщениях, вынуждая радистов повторять передачу по несколько раз. При ясном небе это было странно. Не будь путчисты «на взводе», будь у них время всё обдумать – вероятно, они могли бы что-то заподозрить. Но план был расписан по минутам, и неумолимый график подгонял – вперёд, только вперёд, не останавливаться!

В это время, узнав о мятеже, снялись с якорей корабли греческого флота, находящиеся на базах Корфу и Крита. Они взяли курс на порт Пирей вблизи Афин, чтобы восстановить конституционный порядок.

(В реальной истории вскоре после выхода командиры кораблей узнали, что наперерез им к берегам Греции движется 6-й флот США. После этого греческие корабли вернулись на свои базы. В АИ переворот пришлось форсировать по времени, и 6-й флот не успел выйти в район развёртывания)

Резко негативно встретили известие о мятеже лётчики и командование греческих ВВС. Начальник штаба военно-воздушных сил, генерал-лейтенант Константинос Маргаритис поднял по тревоге подчинённые ему части, и приказал лётчикам срочно перегнать самолёты на аэродромы греческих островов. Вскоре после их приземления туда из Константинополя советскими транспортниками Ан-12 были переброшены аэродромное оборудование, вооружение для истребителей и технический персонал.

В три часа ночи, пока армейские части продолжали захватывать стратегические пункты Афин, начались повальные аресты всех левых элементов, включая руководящих деятелей буржуазной оппозиции. Этот план разрабатывался много месяцев. Тысячи людей, включенных в «проскрипционные списки», квалифицировались как «подрывные элементы», представляющие «угрозу безопасности». Вскрыв пакеты с кодовым названием «Иерокс», содержавшие имена и адреса деятелей оппозиции, специально подготовленные группы по 25-30 человек окружали их дома. Полусонных людей вытаскивали из постелей и свозили в казармы и полицейские участки. Одним из первых был арестован премьер-министр, престарелый Георгиос Папандреу.

Премьер Папандреу не был коммунистом. Он лишь собирался провести некоторые назревшие социально-экономические реформы. До событий сентября 1958 года он требовал чуть меньше зависимости от Соединенных Штатов, восстановления элементарных буржуазно-демократических свобод. Правыми и их натовскими опекунами эта скромная программа была воспринята как откровенная «крамола». Назначение на пост премьера взамен оскандалившегося Караманлиса дало ему возможность начать осуществление этой программы, но с самого начала своей деятельности в 1959 г (АИ) правительство Папандреу подвергалось непрерывным атакам в правой прессе.

70-летний Папандреу был арестован в эту ночь на своей скромной вилле в Кастри, за пределами столицы. Вооруженные люди окружили дом и постучались в дверь. Папандреу увезли в одной из двух военных машин, на которых приехала группа захвата. Его выволокли из постели в пижаме и шлёпанцах, не дав даже обуться – в пункт сбора на городском стадионе премьер-министра привезли с ботинками в руках.

В то же время восемь человек ворвались в дом Андреаса Папандреу: семь с примкнутыми штыками, один с пулеметом. Однако тут путчистов ожидала неудача – дом молодого политика оказался пустым. (В реальной истории Андреас Папандреу выбежал на крышу, но солдат нашел его 14-летнего сына, и, приставив пистолет к голове мальчика, заставил молодого Папандреу сдаться.)

Андреас, сын Георгиоса Папандреу, с отвращением следил за политическими манипуляциями и секретной войной в стране. Будучи студентом, он некоторое время был членом троцкистской группы, но потом, в 1930-е годы, оставил Грецию и улетел в Америку, спасаясь от репрессий диктатуры Метаксаса. Он принял американское гражданство, сделал карьеру экономиста и ученого, возглавлял департамент экономики в Калифорнийском университете в Беркли. Во время Второй мировой войны он служил в американском флоте.

После войны с ним связалось ЦРУ. Его привлекли к работе в Средиземноморской группе, вырабатывающей политику США в регионе Средиземного моря. В это время он начал понимать роль Соединенных Штатов в Греции. Вскоре Андреас Папандреу разорвал свои связи с ЦРУ, и в конце 1950-х годов вернулся в Грецию, став одним из самых выдающихся и наиболее язвительных критиков политики Соединенных Штатов.

В стиле, напоминающем выступления Фиделя Кастро, младший Папандреу произносил пламенные речи, нападая на Соединенные Штаты за их вмешательство во внутренние дела Греции, на НАТО, обличал греческие консервативные партии и греческое политическое устройство в целом. Андреас Папандреу бросил вызов власти ЦРУ и Пентагона. Было трудно преуменьшить степень ненависти, которую питали к сыну премьер-министра правые и ЦРУ.

В течение нескольких часов около 10 тысяч человек были арестованы отрядами военных в соответствии со списками по плану «Иерокс» и были доставлены в «приемные центры». В тюрьму был брошен национальный герой Греции Манолис Глезос, сорвавший фашистский флаг с Акрополя. За решеткой оказались престарелый лидер левой партии ЭДА Илиу, известная художница Вассо Котраки и многие другие.

Скоро тюрьмы и полицейские участки были переполнены. В Афинах и Салониках арестованных свозили на городские стадионы, превращенные в импровизированные концлагеря. В Патрасе в тюрьму превратили школу.

Однако и здесь не всё пошло в соответствии с планом. Дома и квартиры видных коммунистических лидеров оказались пустыми. Их соседи, грубо вытащенные из постелей, не могли сказать ничего определённого, и лишь пожимали плечами. Ответы совершенно разных людей были странно похожи:

– Соседи? Они вчера уехали.

– Уехали. Нет, ничего не сказали.

– Просто собрали вещи, взяли детей и уехали. Может, поехали к родственникам?

– Уехали куда-то, наверное, отмечать праздник?