Чтение онлайн

Один из полицейских вынул из-за пояса стальные наручники. Генри отпрянул, но его быстро скрутили. Он больше не сопротивлялся. Его просто повели к полицейской карете и втолкнули внутрь.

Дверца нашей кареты открылась, и Дармир сел рядом со мной. Он вновь нежно провел рукой по моему лицу.

— Все кончено, — повторил он. — Теперь можно встретить стекольщиков. Твои цветы ждут.

Он снова взял мою руку, и на этот раз в прикосновении не было ничего, кроме тепла, защиты и тихой, непоколебимой уверенности в том, что самое страшное позади. И я поверила. Потому что Дармир был рядом.

Ехали молча. Дармир прижимал меня к себе, иногда качаясь лба легким поцелуем. Я бы спросила, узнала, что ждет Генри. Нет, я не жалела его, наоборот, хотела знать, что он действительно больше не вернется. Я верила Дармиру, знала, что он оградит меня от такой встречи, но желание непременно знать, что с бывшим случилось, было сильнее. Казалось, без этого понимания я не смогу поверить в избавление. Но пока разговор я отложила. Не сейчас, когда, я чувствовала, дракон еще переживает случившееся. Пусть и сам енмного успокоится, забудет.

Наконец карета остановилась, Дармир с улыбкой отстранил меня, шепнул:

— Так бы и ехал с тобой вечно, но, кажется мне, сейчса ты готова променять меня на знание?

И он лукаво улыбнулся, блеснув глазами.

А я вдруг поняла, что хочу ответить. Не нужно, а именно хочу.

— Я бы не променяла тебя ни на что на свете, — шепнула я, потянувшись к его губам.

Взгляд дракона заутманился взметнувшимся вихрем чувств. Поцелуй получился до боли нежным и до безумия страстным. Еще немного, несколько мгновений этого чувственного общения, и кучеру пришлось бы везти нас дальше, но Дармир отстранился. Провел пальцем по щеке, вглядываясь казалось в самую душу.

— Сейчас нам нужно быть здесь, — шепнул он хрипло. — А после ты вновь вспомнишь. Но скоро праздник, всего несколько дней, и тогда я осатнусь.

Жар опалил тело, прошел легкой дрожью, и Дармир, почувствовавший это, быстро прижал меня и коротко властно поцеловал, словно скрепляя договор. и по этому договору я проиграла, но как же я хотела проиграть поскорее.

Глупая, разве нужно для этого ждать праздник?' — подумала я, но тут же поняла, что Дармир прав. Мысли отравил образ Генри. Будто даже в собственных мыслях он ждал момента, чтобы все ипортить. Нет, сначала я спрошу у Дармира о его судьбе, потом заставлю себя поверить в то, что бывший муж больше никогда не появиться, и только тогда, избавившись от этого груза, отдам себя этому мужчине полностью: и мыслями, и телом.

— Посмотри, — пока я размышляла, Дармир вышел из кареты и протянул мне руку. — Неправда ли наши мастера настоящие волшебники?

Я осторожно оперлась на его руку, выбралась из кареты и счастливо улыбнулась.

Дармир был прав. Настоящие волшебники. Они уже застеклили треть пострадавшего места. Солнце словно проверяло их работу, сравнивало, что лучше белстит: тонкий лед дракона или стекла человеческого производства. Казалось, крыша горит огнем. И в этом огне бесстрашно лазали рабочие, мелькали инструменты, вились веревки.

— Красиво.

— А будет еще красивее, — пообещал подошедший ближе прораб, улыбаясь. — Здравствуйте, мэр, леди, я согнал сюда всех своих ребят. Так что к вечеру закончим.

— Спасибо, я ваш должник, — спокойно ответил Дармир.

— Глупости, — отмахнулся мужчина, но щеки его зарделись от удовольствия.

— Что ж, — разглядывая купол и все так же придерживая меня за руку, констатировал Дармир. — Значит, нам пока здесь делать нечего.

— Есть, — ухватила я его за рукав. Стресс отступил, позволив подняться на поверхность другим воспоминаниям. Рабочим. — Мне нужно развезти по лавкам зелень.

— Распорядиться, Белинда. — улыбнулся Дармир, — Тебе нужно распорядиться! Отвыкай все делать самостоятельно. У тебя попросту не хватит на все времени.

Я потупилась, понимая правоту Дармира. Правда ведь не хватит, или как сейчас, придет беда, и я забуду обо всем.

— Про зелень я напомнил твоим рабочим еще утром. Думаю, они не подведут.

Я вскинула взгляд на Дармира. Помнил, обо всем помнил! Даже о том, о чем я напрочь забыла! Он улыбался нежно и смотрел так тепло, что мне захотелось непременно его поблагодарить, поцеловать. Что я и сделала, ничуть не заботясь свидетелями. Стекольщик хмыкнул смущенно и судя по скрипу снега оставил нас наедине.

— Спасибо тебе, ты самый лучший в мире мужчина, — шепнула я после поцелуя ему в губы и пропала еще надолго.

— Впервые жалею, что меня сегодня еще ждет работа, — зашептал уже Дармир. — Может, посидишь сегодня со мной? Дашь отпуск секретарю?

И лукавый взгляд, намекающий, что работа тогда может и не начаться.

Я с настоящим сожалением качнула головой, вернувшись на землю мыслями и телом — до того незаметно поднялась на цыпочки.

— Нет, у меня тоже есть работа. Но на Новый год я жду тебя.

— Скорее бы.

Наконец нам удалось отпустить друг друга. Я проводила взглядом карету, увозившую Дармира, и устремилась внутрь оранжереи. Холодине помещения, где хранилась зелень, не пострадали, можно работать. Да и по мелочи что-то можно сделать, например подготовить смеси для посадки или банально прибраться.

Как оказалось, работники уже отвезли половину заказа. Еще часть складывали в ящик, сверяя с бумагами, а часть еще высилась горками на сетке. Так что я с удовольствием включилась в работу.

Как раз пока закончили с зеленью, стекольщики закончили и мы вместе в рабочими приступили к уборке. Дармир был прав. Зелень почти не пострадала. Она была не столь восприимчива к холоду. А вот цветы пострадали. Верхние полки стеллажей выглядели удручающе. Повисшие тряпочками листья, а от слишком нежных эустом и вовсе остались торчать лишь стволики. Пришлось подпитать их дополнительно, чтобы перевесить чашу весов в сторону жизни.

«Ничего, — уговаривала я себя. — Зато кустики будут пушистее».

Я обошла грядки, ладонями касаясь чуть поблекшей от холода листвы. Работа успокаивала, но мысли упрямо возвращались к Дармиру. К его словам о празднике. Мне захотелось прямо сейчас сделать для него что-то особенное. И я придумала.

Пошла к овощам, которые были предназначены для Дармира. Закрыла глаза, сосредоточившись на знакомом, едва уловимом трепете внутри, той искре, что позволяла чувствовать растения и, если очень постараться, направлять их. Тепло разлилось от груди к кончикам пальцев. Я представила себе сочную мякоть спелых томатов, хруст свежих огурцов, запах зелени. Дышала глубоко и ровно, шепча заклинание роста. Воздух вокруг заблагоухал сырой землей и зеленью. Когда я открыла глаза, грядки сияли изумрудной свежестью, а на кустах, еще утром усыпанных лишь завязями, наливались румянцем полновесные помидоры. Теперь они точно успеют! Это отняло много сил, но я была все равно счастлива. Удовольствие от удачно примененной магии сладко щекотало нервы. У меня будут самые лучшие, самые свежие овощи для него.