Цветок моего сердца. Древний Египет, эпоха Рамсеса II
Шрифт:
– Заклинаю тебя… скажи, что ты сделал, - прошептала она.
Он прижал ее к себе, наслаждаясь ею.
– Я добыл богатство, - сказал он. – Я знаю теперь, что многое можно получить за золото, даже почтение, хотя раньше я думал иначе. Тот, кто богат, может стать и знатным.
– Как ты добыл свои деньги? – шепотом спросила испуганная женщина. – Где ты держишь их?
– У друга, - ответил Хепри. – А как добыл – это опасный путь, госпожа, и такие слова не годятся для твоих возлюбленных ушей…
Он нежно сжал губами мочку ее уха. Это Тамит научила его таким утонченным ласкам, но сейчас не знала, радоваться ли этому – до чего дошел развращенный ею мальчик?
– Обними меня крепче, - попросила она, и Хепри с готовностью послушался. Они утешали друг друга, пока могли. Потом объятия перешли в страсть, а потом счастливый любовник заснул, забросив руку на ее талию, словно даже во сне охраняя награду, которой добился великой ценой.
На другое утро служанка, как обычно, без приглашения вошла в комнату госпожи; она вытаращила глаза и уронила в таз с водой тряпку, которой собиралась мыть.
– Прости, госпожа… - пролепетала девушка, пятясь.
– Не бойся, - почти весело сказала Тамит и засмеялась. – Этот человек больше не жрец Амона, и никто не покарает ни тебя, ни его за то, что он здесь…
Дверь уже захлопнулась. Тамит поцеловала все же смутившегося Хепри.
– Вставай, господин, - сказала она. – Что ты теперь будешь делать?
Он встал и обернулся простыней. Только потом повернулся к ней.
– Сейчас я пойду к моему другу, - сказал молодой человек. – Он поможет мне нанять барку, и мы уедем в Коптос*. Там купим дом, и я займу должность – может быть, сделаюсь писцом в Доме жизни*… Пока…
Тамит испугало это “пока”.
– Ты думаешь, что я поеду с тобой? – спросила она.
Хепри резко приблизился к ней, потом подхватил под локти и поднял с постели. Поцеловал ее и крепко обнял.
– Поедешь, потому что ты – моя жизнь… - прошептал он. – Ты мой дух… Я тебя не отпущу…
“Его дух – я, потому что свой дух он погубил”.
– Я не могу собраться так скоро, - сказала Тамит, думая, что, может быть, еще можно как-нибудь отказаться от отъезда. Она не хотела попадать в зависимость от оказавшегося таким страстным и непредсказуемым человека.
– Я подожду сколько нужно, - ответил Хепри. – Но я не оставлю тебя. Ты теперь моя, я тебя заслужил.
Тамит увидела блеск в его глазах и промолчала.
С одержимыми не спорят.
Хепри быстро собрался и ушел, а Тамит подумала, что он может и не вернуться. Не по своей воле.
Но молодой человек вернулся. Снова радостно обнял ее, покрыл поцелуями и сказал, что барка будет готова к отъезду сегодня вечером. Сказал, что требуется собраться к этому времени.
– А как же мои слуги? – спросила Тамит, не успевавшая оправляться от сыпавшихся ударов. – Их мы тоже возьмем?
Хепри пожал плечами.
– Они не рабы – они не поедут, - сказал он. – Отпусти их, госпожа. Заплати сколько следует, и пусть идут в другие дома… Или остаются здесь…
– У меня не хватит денег рассчитать сразу всех, - сказала Тамит, уже предчувствуя, что он ответит.
– Я дам сколько нужно.
Тамит в страхе покачала головой и убежала выполнять распоряжения. К счастью, ее слуги не привыкли открывать рот и жаловаться, а также задавать вопросы. Ее две служанки, личная и кухонная, помогли ей собрать вещи – это заняло около часа, а Хепри все это время ждал, не двигаясь с места и не смущаясь суетой вокруг.
Как новоиспеченный господин.
А потом Тамит, сама такого от себя не ожидая, обняла за шею свою бедную служанку и стала просить поехать с ней – просить как своего единственного друга…
Девушка заплакала от страха, но согласилась, когда Тамит сказала ей, что они будут хорошо жить. Бедная девушка, как когда-то она сама, не знала, куда идти, если ее рассчитают…
Остальные слуги желания ехать с госпожой не выразили.
Тамит подумала, что это даже и лучше – чем меньше она возьмет с собой из прежней жизни, тем меньше вероятность, что ее опознают в новой.
Вечером, когда стемнело и люди рассеялись по домам – и меньше была опасность столкнуться со знакомыми – Тамит, взвалив на себя узлы с платьями, украшениями и утварью, покинула свой дом навсегда. Замыкала шествие служанка, несшая другую половину вещей, а Хепри шел впереди, как ее вождь в будущей жизни. Лампы они не взяли, чтобы не привлекать к себе внимания.
Настоящие преступники.
Тамит чувствовала, что так и есть, хотя Хепри молчал – честным, угодным богам путем добыть в такой короткий срок богатство невозможно. Только если попадется какой-нибудь благодетель вроде госпожи Ка-Нейт. Но таких, как Ка-Нейт, очень мало.
В темноте они приблизились к пристани, и Тамит увидела огни укрепленных на лодке факелов, отраженные в воде.
– Здравствуй, господин, - сказал Хепри сбежавший на пристань какой-то очень смуглый и худой человек средних лет в одной набедренной повязке, но зато с очень дорогим ожерельем на шее. Он взглянул на испуганно отступившую Тамит и улыбнулся, отчего на лице проступило множество морщинок. Странному человеку оказалось никак не меньше пятидесяти лет, но было видно, что он очень здоров и крепок. Разделенные пробором и перевязанные золотой лентой темные вьющиеся волосы не были тронуты сединой, а голубые глаза – чужая кровь, вздрогнув, подумала Тамит – были ярки, как у юноши.
– Проходи, госпожа, - с заметным чужеземным выговором сказал владелец барки и поклонился.
Они быстро спустились в лодку и сели на скамьи. Начальник отлучился, отдав приказ гребцам, и барка тронулась.
Тамит перевела дух – она все это время, сама не сознавая, ожидала, что их схватят сзади и остановят. Служанка сжалась на палубе у ног хозяйки, вся дрожа.
– Кто этот человек, Хепри? – шепотом спросила Тамит, но продолжить не успела, потому что чужеземец вернулся. Из народов моря – светлые глаза, вьющиеся волосы, подумала женщина.
– Все хорошо, слава богам, - сказал он, садясь рядом. Взглянул на Хепри, и тот едва заметно улыбнулся… и вдруг Тамит почувствовала свое родство с ним. Этот бедный низкорожденный юноша был сын Та Кемет, и он, как и она, был выше всех чужеземцев.
– Долго ли нам плыть? – спросила Тамит.
– Завтра будем в городе, - приветливо ответил хозяин барки. Он глядел на Тамит с откровенным восхищением, и она почувствовала негодование своего спутника.
Потом вдруг Хепри встал и, схватив подругу за руку, поднял ее со скамьи.