Чтение онлайн

— Какие ужасные вещи вы мне рассказываете! Зачем?

— Затем, чтобы вы, милая леди, были осторожны. Может случиться так, что вашей сестры или охраны не окажется рядом и тогда вы будете беззащитны перед хищниками.

— Я не беззащитна! — возмущенно воскликнула девочка и Мар согласно покивал. Зачем её пугать больше, чем уже есть?

— Вы, к счастью, хорошо защищены от Мердока и прочих. Ваша сестра сейчас, а затем ваш муж будут охранять вас…

— Вы так говорите, будто я вещь, которую нужно беречь! Муж! У нас всегда выбирает женщина и, если у меня и будет когда-то муж, то он не будет указывать мне!

Мар и на это кивнул.

— У вас здесь только мужчины обладают правами. Как вообще живут ваши женщины?

— Приспосабливаются, — пожал Мар плечами. — Все мы приспосабливаемся.

— Вы мужчина и выбираете. И мою сестру выбрали сами!

Мар удивлённо воззрился на девочку, а та хмыкнула:

— Да. У нас все знают эту историю. Тай должна была рассказать. Это вопрос безопасности княжества.

Какой тяжёлый разговор получается! И не увильнешь. Он должен этой малышке, как ни посмотри. И Мар начал говорить аккуратно подбирая слова:

— К сожалению, и я никогда не выбирал. Мой резерв так велик, что я могу покалечить или убить женщину.

Эни не удивилась, не отпрянула. Только глубокомысленно заметила:

— Слышала. Вас как будто вывели специально, как мечтал в своих работах безумный магистр Маурус.

— Да. Вывели, для войны. Меня так точно, — ком встал в горле. — Я никогда не выбирал. И твою сестру тоже. Я даже лицо её не видел тогда толком. Магия вышла из-под контроля и я был как безумный. Поэтому нет, не выбирал. Я только думал о том, что она магичка, а значит, у неё есть шанс не умереть.

— А потом? — полюбопытствовала девочка.

Мар опешил. Он тут кается в жутких вещах, а она…такой ребенок! Но ответил послушно:

— Потом, конечно, заметил.

Эни разулыбалась, словно он сделал ей подарок:

— Да. Её нельзя не заметить, — ни капли зависти не было в голосе девочки, только любовь и восхищение. — А теперь?

— Что теперь?

— Ну, что ты испытываешь к ней?

Приехали. Малышка уже придумала себе историю. Мар опять аккуратно подбирал слова:

— Не стоит романтизировать то, что было между нами. Там не было ничего хорошего. И я очень виноват перед твоей сестрой.

Эни опять поёрзала, хмыкнула и высказалась откровенно:

— О тебе тоже ходят нехорошие слухи, лорд Адельмар. Будто бы ты не интересуешься женщинами уже шесть лет. Вот мне и стало интересно: ты — извращенец или что-то испытываешь к моей сестре? Обещаю, никому. Могу поклясться.

Какая проницательность! Мар вгляделся в ещё почти детские глаза. Такая умница! Что же вырастет из неё? Снова вспомнил свой долг перед ней и ответил без обиняков:

— Я люблю её.

— Шесть лет?! А сейчас? Она ведь даже не смотрит на тебя!

— Ну и что. Это же я люблю. Её это ни к чему не обязывает. А что один… ну живут же как-то жрецы, что посвятили себя богам? Тем более, что семья мне и так не светит.

Девочка вопросительно посмотрела и он ответил. Постарался шуткой, правда, не получилось:

— Помнишь же, что мы выведены для войны? Почти все женщины в нашем роду умирают, рождая детей. Моя, мать Эльдара и многие другие. Я не хочу этого. Поэтому семьи и не будет.

Девочка сочувственно уставилась на него:

— У нас не так. Мама Тай умерла на сразу, как она родилась. Не знаю почему. А моя родила двоих и жила потом много лет, — голос Эни сорвался.

Ком в горле Мара стал просто огромным, но он заговорил:

— Я знаю, её забрала война.

— Да, — грустно говорит девочка. — Твои солдаты убили её.

Не было в голосе Эни ни ненависти, ни презрения, только грусть и боль. А Мар словно получил мощнейший удар в грудь боевой палицей: доспех защитил, но дышать ты не можешь. И говорить. Но он заговорил:

— Прости меня, — проскрипел он.

— Прощаю, — тут же грустно ответила девочка. Может быть, она не понимает, что говорит?

— Почему ты прощаешь меня?

Как можно простить такое? Как?.. Если его собственные внутренности сводит от боли и ненависти к самому себе! Что же должно испытывать к нему это дитя, покалеченной войной, с его помощью, с его участием?!

Эни спрыгнула с сука. Подошла к нему. Посмотрела сверху вниз, прямо в глаза, и удивилась:

— Как же я могу не простить тебя, если тебе тоже больно?

Как они шли с принцессой назад во дворец, к покоям северян, требует особого повествования. Она долго плакала у него на груди, после откровенного разговора. А он, даже понимая, что с таким лицом, как у неё сейчас, будет нельзя расхаживать по дворцу, особенно в его компании, не мог её остановить. Такое горе нужно выплакать. А раз он удостоился доверия малышки — будь, что будет! Он бы отвёл её порталом, но кто знает, как отреагирует на это клятва?

Поэтому они пошли назад через парк. И пусть он старался вести её самыми малолюдными тропинками, но люди им навстречу попадались. И что у них были за лица! Похоже, что к своим заслугам он добавил ещё и славу совратителя юных дев потому, что выглядела леди Анастас ужасно: с распухшим, заплаканным лицом, бледная, измотанная рыданиями, она цеплялась за его руку, как за соломинку. А он шёл с каменной рожей. Что ещё оставалось? Только если шепот достигал некой громкости, он бросал на придворных такие взгляды, что они давились своими измышлениями. Нечего девочке слушать мерзость. Особенно сейчас!

У покоев их встретила гвардия Гарнара. Если бы только не риск для княгини и леди Анастас, он уверен, что его тут же попытались бы расчленить. Он слышал, что гвардейцы северных владык славятся тем, что владеют парными мечами одинаково ловко. А мечи из особого сплава настолько остры, что умельцам Дормера до такого, как до солнца пешком. Порубили бы его в капусту. Да он и не против… Такой урод…

Он спокойно встретил разъярённый взгляд белокурого красавчика и приготовился выслушать о себе что-нибудь новое, как леди Анастас ожила и нежной фиалкой взглянула на него:

— Лорд Адельмар, от всего сердца благодарю вас за помощь! Надеюсь увидеть вас сегодня на балу! Вы ведь придёте?

Он вынужден был промычать что-то утвердительное, а красавчик замер, сообразив, что он что-то понял неправильно. Мар попрощался со всеми скопом, хотя, по этикету, обращаться к страже не было принято. Люди на службе, нечего отвлекать. Они дружно зыркнули на него и он, наконец, убрался к себе. Порталом, видеть рожи придворных сейчас просто не мог.

В его покоях к нему сразу же привязался Лейн, как почувствовал. А, может быть, они с Лавилем, и правда, нацепили на него какие-то сигнальные чары? Он попытался подлезть к нему поближе, чтобы запустить диагностику, но Мар не дал. Всё с ним нормально! Тогда Лейн запричитал: