Чтение онлайн

В душе Лагема зарождалось смутное подозрение о том, кем на самом деле является сопровождающая мага компания юнцов, но времени на дальнейшие размышления совсем не оставалось. Крест-накрест сложенными ладонями он накрыл амулет и в сторону Северина устремился рой стальных шипов, который порвал в клочья магический щит. И все же добрая половина шипов, не долетев до цели каких-то полшага, со звоном осыпалась на камни. Наперсник ошарашено отпрянул, потому что вокруг бывшего пленника возник новый щит. Это была белая магия! Теперь Вертопраху стала ясна причина возвращения давнего неприятеля Караггана в мир людей. Но в данный момент важным было вовсе не то, что он понял, а то, как ему действовать, когда у Белозора появился такой союзник?

— Ты сумел найти обладателя светлой силы среди миллионов людей?.. Не боишься, что недоносок, которого ты обучаешь, пойдет по твоим стопам? Прибьет тебя где-нибудь и скажет, что так и было.

— Да ты шутник!

— Не увиливай от вопроса!

— Ты что-то спрашивал?

Лагем скрестил руки и окатил презрительным взглядом своего врага:

— Как ты мог так низко опуститься? Как ты можешь обучать тому, о чем сам не имеешь понятия?

— Все объяснения ты получишь в загробном мире, — усмехнулся маг, на всякий случай загораживая собою Ястребинку.

— Сейчас ты туда отправишься! — Наперсник снова атаковал.

И пока Северин сосредоточился на том, чтобы отбить летящие на него боевые сферы, амулет Лагема сверкнул ослепительным светом и его обладатель растворился в воздухе.

На утопающем в солнечных лучах, объятом ленью острове воцарилось прежнее спокойствие. Недавний поединок двух магов казался привидевшимся миражом, не имеющим ничего общего с полусонной реальностью Фандиана.

Напустив на себя невозмутимый вид, Белозор присел на горячий камень и принялся заживлять полученную в поединке рану: он закрыл ладонью окровавленное бедро и сосредоточился на заклинании. Со стороны, валуна, который ранее пытались отодвинуть неугомонные бандиты, все затихло, потому что те поняли, что обретший прежнюю магическую силу Северин, наверняка пожелает с ними поквитаться. Именно по этой причине Сиг и сотоварищи поспешно ретировались. Ко всему прочему, бандиты были уверены, что отныне к имени Лагема вполне можно добавлять слово "покойный". Теперь их главной целью являлась лодка. Дело свое они выполнили, сокровища нашли, артефактов, правда, меньше, но все же таковые тоже имелись, а Караггану они скажут, что Лагем сделал все что мог и вообще, все они яростно сражались и понесли потери!.. В общем, времени для того, чтобы сочинить проникновенную речь было навалом.

— Куда он исчез? — недоуменно спросила юная чародейка, с опаской глазея на то место, где ранее стоял Вертопрах.

— Это не столь важно. Важно когда он вернется, — ответил Северин, вытирая окровавленную ладонь о найденную в походном мешке тряпицу.

После того, как Ястребинка по его просьбе отодвинула валун, он осмотрел прямоугольный проем и принялся что-то подсчитывать в уме. Затем он подошел к месту, откуда так благополучно испарился Лагем, взглянул на полосу горизонта, а затем на небо, туда, где с наступлением сумерек появляются две яркие звезды. Они всегда зажигались первыми — пульсирующие, похожие на бьющиеся в такт два небесных сердца. Вдобавок к этому они часто служили ориентиром для морских путешественников.

Раздался противный скрежет — маг провел острием меча короткую черту на камне.

— Вернется! Разве такой вернется? — В голосе его ученицы слышалось глубочайшее сомнение.

Этот вопрос был проигнорирован, равно как и ее протесты против того, чтобы начать спуск вниз по ступеням в компании вылезших из своего укрытия юных наемников. Перед уходом она зачаровала правую перчатку мага заклинанием Белого света — это была просьба ничего не объяснившего ей Белозора.

Вскоре трое друзей спускались по уводящим вниз ступеням, мимо мрачных стен каменных коридоров. От сделанных Яськой перемигивающихся сфер было не по себе, потому что стало настолько светло, что можно было рассмотреть попадающиеся на пути кости. Возможно даже человеческие. Но больше всего их пугала неизвестность, ведь Белозор умолчал о том, зачем он остается возле бывшего алтаря…

У подножья горы начали сгущаться сумерки, в то время как на горной площадке с разрушенным алтарем еще было достаточно светло.

Вся эта затея казалась Северину чистой воды сумасбродством, если не мальчишеством. Может, стоило послать интуицию к лешему и уйти вместе с юными наемниками и Яськой? Конечно, интуиция — дело хорошее, ведь именно она не раз пригождалась магу в самых, казалось бы безвыходных ситуациях. Но где гарантия того, что и на этот раз ему повезет?.. Маг постарался откинуть терзающие его сомнения и занял выжидающую позицию…

Деревья словно приветствовали вечерние сумерки тихим шелестом листвы. С каменной площадки открывался прекрасный вид на то, как горящий, постепенно опускающийся за горизонт, круг солнца заливает водные просторы багровым цветом. Едва Северин подумал, о том, что, по-видимому, алтарь не случайно был помещен туда, куда сумерки приходят позже, а рассвет наступает раньше, как на совершенно безоблачном небе мелькнуло несколько молний. Возле начерченной на камне полосы появился Вертопрах. Клинок Белозора почти добрался до виска противника, но готовый к такому приему Лагем оказался быстрее: он отбросил бывшего пленника на камни мощным заклинанием.

— Надоел! — заскрежетал зубами наперсник, выхватывая дрожащей рукой свой меч.

"Я о тебе точно такого же мнения!" — подумал Северин, потирая ушибленный затылок. Рывок и бывший пленник снова стоял на ногах, успешно парируя сыплющиеся на него удары.

Когда плавно тонущее в Горьких Водах солнце окрасило гору в кровавый цвет, на каменной площадке возникли извивающиеся языки послушного черного пламени.

Изрядно вымотанному, взмокшему Лагему удалось вырваться из горячего кольца и даже броситься ответным заклинанием в Северина, всю силу которого снова принял на себя невидимый щит, правда уже не такой прочный как первый.

— Когда ты только успокоишься, скотина? — Вертопрах бросил завистливый взгляд на коричневый шнурок, обвивающий запястье врага.

— Тогда, когда ты упокоишься!

Поднырнув под распоровшее воздух лезвие, Белозор добрался до мерцающего амулета и рванул на себя. Его рука, на которой красовалась зачарованная перчатка, неприятно заныла, но это были пустяки — ведь магический амулет теперь находился у него. Разъяренный наперсник тут же кинулся возвращать утраченную магическую собственность, но Северин не собирался так просто расставаться с трофеем, а для этого нужно было сохранять дистанцию, не позволить врагу подобраться ближе и меч мага завращался "мельницей".

— Если желаешь себе добра, белоглазый, скажи, что сдаешься, и я смилуюсь! — процедил Вертопрах. Он понимал, что силой до Белозора ему не добраться, поэтому нужно действовать хитростью.

— Знаешь, в каком месте я видал твою милость?

— Ты невыносим! Ну отдай мне подарок Караггана, не мучай себя. Тебе же больно!

— С чего ты решил, что мне больно и что я мучаюсь? Сила темных рун ослабевает под воздействием светлой магии! — Северин словно издеваясь, поднял кулак с зажатым в нем трофеем. Этот жест выглядел так, словно он намеревается выкинуть амулет в пропасть.

— Ты совершаешь ошибку! Мы оба служим тьме! Убив меня, ты предашь наше божество! Ринн-Хасс никогда не простит этого предательства! — дрожащим, почти заикающимся голосом увещевал Вертопрах, осторожно подбираясь к белоглазому магу с боку.

— Лови! — Белозор швырнул ему добытый трофей и одновременно атаковал.

По шее Лагема заструилась кровь, она забегала за ворот, пропитывала мокрую от пота рубаху. Поверженный враг медленно оседал на землю, судорожно хватая воздух ртом. Из его правой руки выпал меч, а левой он все еще пытался дотянуться до упавшего неподалеку амулета. Из-за сильно сгустившихся сумерек, расползающаяся по разрушенному алтарю лужа крови казалась абсолютно черной.