Чтение онлайн

Градоправитель наш не роп… К-хм!.. ропщет

Сложил он груди на руке…

Сложил он руки на груди,

Взирает, как его враги друг друга топчут.

В тот злополучный момент седовласый Ютор стоял именно в такой позе: скрестив на груди руки. Услыхав эти слова, он поспешил переменить позу, предварительно ущипнув жену за круглое бедро, чтобы та не гоготала. Насупившись, градоправитель принялся буравил глазами спину сложника, находящегося в непосредственной близости от помоста, в то время как развеселившаяся публика стала требовать других похабных стихов.

— Мой шедевр по-своему переиначил! — Эсбер в ужасе схватился за голову.

— Молодец, Трепа! — кричал сын поляра, утирая рукавом выступившие от смеха слезы.

— Скажи, скажи ему, чтоб прекратил паясничать! — шипел побледневший сложник метая грозные взгляды в сторону вновь расхохотавшегося Тальки.

— Так ты с ним заодно, паршивец?! — Эсбер предпринял попытку добраться до сына поляра, но бдительная Веста пресекла его действие, загородив собою путь.

— Ты не понимаешь, Вест! — сбивчиво объяснял служитель муз, надеясь, что после этих разъяснений она встанет на его сторону и поможет надавать звонких затрещин малолетним наглецам. — Я целых полгода умасливал нашего градоправителя в надежде получить звание почетного жителя. Между нами говоря, мне пришлось соблазнить его жену, дабы та посодействовала уговорам.

— Какая сволочь! — рявкнула бывшая ведьма.

— Кто? — немного растерялся Эсбер.

— А? Ютор, конечно! — она постаралась изобразить на своем лице улыбку, хотя больше всего на свете ей хотелось подбить сложнику глаз. Любой, на выбор.

— Еще какая сволочь! — согласился предмет ее неразделенной любви и тут же перешел на грозный тон: — Кстати, а кто мне посоветовал этого заморыша? Кто посоветовал представить его учеником глашатая?

— Кто? — переспросила Веста, сделав невинные глаза.

Помрачневший лицом Эсбер лишь злобно сплюнул. А что ему еще оставалось? Ко всем разом навалившимся проблемам ему только не хватало ссоры с лучшим "другом".

Больше всего сына мельника восхищало в людях то, к чему он был бесталанен и поэтому все вирши, воспевающие природу, любовь или конкретных людей зачаровывали его, казались родственными магии. До приезда в Синельск он слабо представлял кто такие сложники, как выглядят и чем занимаются. И теперь, будучи человеком простоватым, но искренним, Растрепай начал раскаиваться в том, что подвел Эсбера. И даже решил извиниться. Однако не принимающий никаких извинений сложник, пошел на вихрастого наемника с невесть откуда раздобытым топором. Впрочем, служитель муз вновь был обезврежен бдительной Вестой.

— Он разрушил мою репутацию! — взбешенный Эсбер навел указующий перст на поникшего сына мельника. Если бы у него имелись магические способности, он бы непременно оставил от бедолаги горстку пепла.

Дальновидная Веста не стала дожидаться кровавой развязки и под шумок увела беснующегося сложника в тихую улочку. Они не видели, как желеобразный деверь во всеуслышание объявил, что у Растрепая сильный жар, что торжественное вручение грамот можно считать закрытым, и что самое время приступить к увеселительной части.

К счастью экс-ведьмы в конце той тихой улочки на которой они очутились, находилась корчмы "Выпил и Выпил" и она ринулась туда с такой скоростью, как будто ее преследовала вся городская стража.

Корчма "Выпил и Выпил" была построена одновременно с капищем, то есть существовала достаточно давно и старожилы Синельска могли поведать о ней несколько интересных фактов. Например, то, что название "Выпил" являлось самым часто употребляемым словом ее бывшего владельца или то, что на двустворчатой, испещренной веселыми завитушками двери, когда-то висело мудрое изречение, гласящее: "Скучен день до вечера коли выпить нечего". И что именно в этой корчме еженощно трудится высокоморальный парень по имени Вискол.

— Вест, Эсбер?! — послышался удивленный возглас, стоящего за стойкой вампира. Он занимался тем, что выливал в помойное ведро редко попадающиеся опивки, полоскал пустые глиняные кружки в наполненной горячей водой лоханке, затем протирал кружки сухой тряпкой и складывал в другую лоханку, пустую.

Экс-ведьма бегло осмотрелась по сторонам — посетителей в корчме не наблюдалось.

— О, куда мы пришли! Как благоразумно! — растроганный подобной заботой Эсбер сделал широкий жест рукой, чтобы похлопать по плечу "друга", но не рассчитал и свернул со стойки стопку мисок.

— Вискол, выручай! — прошептала Веста.

— Натворили что-то? — участливо поинтересовался вампир, пробежав невозмутимым взглядом по глиняным останкам казенной посуды.

— После расскажу, — со скорбным лицом изрекла она. — Надо спрятаться на время, а сюда скоро народ толпами повалит!

— Да, действительно, — согласился Вискол, протягивая ей ключ. — Поднимайтесь наверх в мою комнату, а я вам кувшин можжевеловой бродилки принесу.

— Три кувшина, — подал голос Эсбер.

Вампир понимающе кивнул, а затем принялся собирать осколки разбитой посуды.

— Ве-е-е… — дурным голосом протянул сидящий на скамье сложник, устремив затуманенный взор в потолок. — Я г-рю, Ве-е-ест!

— Да вот он я! — со вздохом вымолвила неприлично трезвая по сравнению со служителем муз Веста и с усилием повернула голову Эсбера в свою сторону.

— Еще по кружечке? — его хмельной взгляд блуждал по сторонам. — Отдам полж-… полжизни за дин… див… дивный сей напит-к!

Бродилка, по мнению сложника, являлась очень действенным средством для решения разного рода проблем. Но в этот раз что-то пошло не так, на душе сложника как и прежде, скребли кошки. Он несколько раз порывался лечь в гроб вампира и просил немедленно закопать себя, а Веста мысленно костерила Вискола за приверженность к старинным традициям, касающихся оформления спального ложа. Впрочем, иногда, Эсбер "оживал" и в такие моменты он подбегал к окну, распахивал настежь ставни и горланил:

— Лю-у-уди, прости-и-ите меня великоду-у-ушно!

Веста оттащила сложника от окна и впервые за много лет порадовалась своему неудачному "подселению":

"Как мне повезло, что я сильнее, чем он!"

— Нале-ей! — Эсбер требовал добавки и стучал по столу пустой кружкой. Поняв, что ему больше не нальют, он постучал по столу кулаком.

— Хватит с тебя, — вздохнула экс-ведьма.

— Не-е-е… — погрозил ей пальцем сложник. — Я са-ам… с-скажу када х-х-хватит. Вот пойду себе нал-ю, а те-бе кукиш!..

Он встал, подтянул штаны, заплетающейся походкой подошел к кувшину, отпил глоток, качнулся и мешком рухнул на пол.

— Мой несравненный! — невольно залюбовалась им Веста.

В комнату зашел Вискол и внимательно посмотрел на упавшего сложника:

— Он уже не с нами. И зачем так надираться? Какой смысл?

— Откуда я знаю? — пожала плечами бывшая ведьма. — Ну, мы пошли.

— Как, уже?

— Ага. Как думаешь, народ еще гуляет?

— Вряд ли. Время предутреннее, самые стойкие в "У Добрилы" доходят. А ты донесешь его?