Чтение онлайн

Шотшек схватил Чеди за руку и повлёк к серой коробке ближайшего Окна Жизни, на которой горел иероглиф «Шенли».

Внутри стоял запах пота, немытых тел и острых специй. Сиденья стояли еще теснее, чем в доме Собраний. В темноте большого зала сиял громадный экран. Техника Ян-Ях позволяла создавать эффект присутствия, захватывающий внимание зрителей. Чеди уже видела несколько местных фильмов, и этот мало отличался от них. Убийства, погони и обман шли непрерывной чередой. Одним из главных действующих лиц этой картины была женщина. Она убивала и пытала людей. Кроме того она постоянно вступала в сексуальные отношения в самых замысловатых позах. Судя по реакции зала, зрителям это нравилось.

– На тебя похожа! – Шотшек склонился к уху Чеди. – Ты, наверное, также мужчин топчешь?

Вдруг Чеди почувствовала горячие руки на своей груди. Жалея, что она не обладает силой Фай Родис, Чеди дёрнулась в сторону, но тормансианин держал крепко. Чеди резко выставила локоть, освободилась и пошла к выходу. Шотшек последовал за ней.

– Что я сделал плохого? – он снова попытался схватить её за руку.

– У нас так не поступают, – сказала она, – просто ты не в моём вкусе. Найди себе другую девчонку и лапай, сколько влезет.

Шотшек недобро захохотал.

– Кончай ломаться! Пойдем!

– Куда?

– Ко мне. У меня комната с окном на канал. Я куплю вина, ты будешь скакать на мне, как та баба из фильмы. Нам будет хорошо. – Шотшек попытался обнять Чеди.

В этот раз терпение девушки иссякло. Удар кулаком солнечное сплетение, заставил спортсмена согнуться. От неожиданности он замер хватая судорожно воздух широко раскрытым ртом. Прохожие, проходившие мимо, отпускали в его адрес похабные шуточки.

Чеди поспешила выйти на улицу, но Шотшек и не думал оставлять Чеди в покое. После такого унижения он жаждал расплаты. Он догнал её и, рванув за руку, заставил повернуться к себе лицом.

– Зачем ты пошла со мной? – зло спросил он.

– Я не думала, что ты такой балбес! Извини. – Чеди усмехнулась. – Руку отпусти, а то нос сломаю.

Чеди, почувствовав, что хватка ослабела, шагнула в сторону, и тогда Шотшек врезал ей по лицу. – Бяцы66! Я тебя убью, тамаде67!

Он занёс кулак для следующего удара, собираясь сломать наглой девке нос, чтобы навсегда запомнила парня по имени Шотшек, но не успел.

Чеди молниеносно ударила согнутым указательным пальцем в основание трахеи. Шотшек задохнулся, обхватил горло руками и опять рухнул на землю. Чеди подтащила его к стене, чтобы он мог опереться на неё спиной, пока не придёт в норму. Не задерживаясь, она быстро пошла вниз по улице. В её глазах все еще стоял полный изумления взгляд спортсмена.

Чеди, недовольная собой, старалась найти ошибку и расстраивалась, что не понимает, что же она делает не так. По её понятиям она вела себя абсолютно правильно. «Надо быть более внимательной к поведению других девушек», – решила она и ускорила шаг, чтобы не наделать еще больше глупостей. Её удивляло недоумение во взглядах встречных горожан. По молодости она не подозревала, насколько отличается от обитателей Ян-Ях не только поведением, но даже манерой держаться. Высоко поднятая голова, развёрнутые плечи, прямой взгляд, – всё это демонстрировало независимость и уверенность, так не свойственные местным женщинам. Мужчины даже свистели, выражая восхищение. Женщины плевали ей в след, обзывая бесстыдной шлюхой. Чеди не догадывалась, что это всего лишь проявления зависти к успешной конкурентке. Она с облегчением вздохнула, оказавшись за стенами своего убежища в негостеприимном мире Ян-Ях. Ей стали более понятны люди древности, скрывавшиеся в своем жилище от опасностей. Даже беспорядок в квартире, манера её хозяев раскидывать вещи выглядел теперь всего лишь способом придать индивидуальность скромному быту.

Цасор обрадовалась возвращению Чеди, вспомнив вдруг, что оставила ее без денег. Она заставила Чеди взять несколько потертых пластмассовых квадратиков с иероглифами. Послушно приняв деньги, Чеди рассказала Цасор о приключениях по дороге домой. Цасор очень испугалась.

– Это очень опасно! – начала она тараторить. – Оскорбить мужчину! Ты не представляешь, какие они мстительные! Особенно такие как этот Шотшек. Все спортсмены очень завистливы, – подумав, прибавила Цасор. – Тебе лучше бы не рисковать, а пойти с ним и удовлетворить его похоть. Это не больно, если не сопротивляться.

Женщина тяжело вздохнула.

Чеди не поняла сразу, чем может быть опасен Шотшек. И почему здесь всё так несправедливо.

– Оскорбил-то он меня, – возразила она.

– Это не имеет значения. Мы женщины, – всегда виноваты... Разве на Земле не так?

Чеди принялась рассказывать об отношениях женщин и мужчин в коммунистическом обществе Земли. О любви, отделенной и независимой от других дел, о материнстве, полном гордости и счастья, когда каждая мать рожает ребенка драгоценным подарком для всего общества.

Цасор слушала как заворожённая, а Чеди любовалась ею. Тормансианка в повседневной одежде походила на мальчишку. Широкий пояс, поддерживавший брюки из грубой ткани, косо лежал на узких бедрах, в брюки заправлена голубая рубашка с закатанными рукавами. Жесткие волосы до плеч разделялись небрежным пробором.

Цасор прислонилась к притолоке двери, изогнув тонкий стан и скрестив руки.

Поддавшись внезапному чувству, Чеди обняла Цасор, нежно коснувшись её волос. Тормансианка в ответ прижалась к Чеди и подставила горячие губы. Чеди игриво чуть прикусила нижнюю и тут же провела языком по верхней. Затем нежно переместилась к уху, сказала ей несколько ласковых слов на своём языке.

Только утром Цасор обнаружила, что спит в обнимку с этой чудесной девушкой из дальних мест. Ей стало неловко. Она отстранилась от Чеди. Потом потихоньку выскользнула из-под одеяла, ласково натянув его на подругу, и поднялась, чтобы приготовить завтрак. Незаметно для себя она принялась напевать, и её пение разбудило Чеди.

– Милая, как ты чудесно поёшь, – сказала она, открыв глаза. – Поразительная прозрачность мелодии!

– Это старинная… – мило пожала обнажёнными плечами Цасор. – Мама любила.

– Ты научишь меня вашим песням? – Чеди выскользнула из-под покрывала и сплелась в маричиасану, демонстрируя пластику тренированного тела.

– Конечно, научу, только пообещай, что никому об этом не расскажешь. – Цасор вспомнила их ночные проделки, не смогла сдержать улыбки и спросила. – А у вас можно так?

– Петь? – Не поняла Чеди. У нас петь можно как угодно. Мне у вас очень не хватает возможности петь.