Чтение онлайн

За дверью к ней пристроился эскорт - Йези и Урвин, опять Йези и Урвин! Псы были молчаливы и бесстрастны, однако Элиза чувствовала необъяснимую угрозу даже спиной. Мици был другим, не таким, как они. В том, что Мици не ангел, она не сомневалась - наверняка рука его не дрогнет убить человека и не просто в бою, а по слову хозяина, но Элизу он защищал и прикрывал, она чувствовала его искреннюю заботу. Любила ли настоящая Элиза Мици или просто играла с ним от нечего делать? Вот он явно был к ней неравнодушен и готов ради нее на многое... "Гадюка" и "горилла" если и демонстрировали личную преданность, то не ей. "Псы", как теперь знала Элиза, были телохранителями всей королевской семьи, но главой семьи сейчас был отнюдь не король.

Эрвис невнятно буркнул "наконец-то" и повернулся с приподнятыми в разные стороны руками. Слуги сноровисто одели на его пальцы кольца, подправили кружевные манжеты, белую ленту, перетягивающую наискосок грудь, аккуратно одернули голубой камзол и со знанием дела переложили на плечах завитые темно-рыжие локоны. За туалетом короля молча и настороженно наблюдала свита. В воздухе витало какое-то напряжение, отзвук скандала, отблеск шока, Элиза почувствовала это. Но причины были ей неизвестны. Она медленно подошла, Эрвис раздраженно рявкнул слугам "вон" и плюхнулся в кресло, укрытое для монаршего зада роскошной полосатой шкурой тигра.

– Мы выигрываем в любом случае, - заговорщически сообщил он, наклонившись вперед, к Элизе, чтобы остальным их разговор слышен не был, - Лучше бы они поубивали друг друга, но я на это не надеюсь.

Король был возбужден сверх меры; крылья его тонкого носа трепетали, губы дергались, взгляд перебегал с предмета на предмет. Пальцы вцепились в пятнистый мех, потом отпустили его.

– Кто?
– тупо спросила Элиза.

– Хорошо хоть мегера уехала, - словно не расслышав вопроса, продолжал шептать Эрвис, - Она могла бы отговорить Рагана.

– От чего?
– похолодела Элиза, начинавшая подозревать кое-что дурное. Мегера - надо полагать Властительница, и Нейл не уехал с нею, а значит...

– От поединка, - в злости прошипел Эрвис, - Они дерутся через час.

– С кем?
– упавшим голосом спросила сестра, скорее для подтверждения своих догадок.

– С дядей!

"Ты мне за это ответишь, родич", сказал вчера Дагул. "В любой момент" - ответил Нейл Раган.

В любой момент. Он даже отложил свой отъезд. Экие они щепетильные в вопросах чести...

– Против Рагана не имею ничего против, он не такой набитый дурак, как остальные. Но ты его всегда ненавидела, а я хочу, чтобы ты была счастлива, - милостиво разрешил король и мрачно добавил, - Но сейчас лучше помолись Лунной Деве, чтобы победил Раган.

– Помолюсь, - пробормотала Элиза, - А он может?

– Не знаю... Нет!
– Эрвис с злостью скомкал шкуру на подлокотнике кресла, - Наш дядя - лучший мечник Эдифира!

Крик этот, мало походящий на восторженный, но нервный и горячий, немедленно подхватила свита.

– Ваше величество, не нужно беспокоиться! Ваш дядя победит!
– льстиво улыбнулся невысокий франт в розовых бантах.

– Да, да, у милорда Дагула твердая рука и острый глаз!
– мгновенно поддакнул такой же невысокий и округлый, но уже в тошнотворно-зеленом, - Незначительная рана ему не помеха!

– Рана?
– обернулась Элиза.

– Царапина, миледи, - склонил голову с заметной проплешиной человечек в зеленом, - милорд ее и не заметит!

– Однажды он проскакал полдня со сломанной рукой, - доверительно улыбаясь, придвинулся ближе к королевскому креслу третий, - Милорд вынослив как бык!

– Какая рана?

Недоумение на лицах.

– Элиза, что с тобой?
– с раздражением фыркнул Эрвис, - Ты разве не знаешь? На дядю напали!

Дагул выехал рано поутру на верховую прогулку, как хором охотно сообщили Элизе придворные. Часа через два он вернулся, взбешенный и окровавленный, и прямо во дворе замка заявил, что на него напали люди Рагана. Это заявление слышали многие, в том числе и сам лорд Ласточка. Естественно, он все отрицал и сделал это в весьма оскорбительном тоне. Естественно, Дагул ему не поверил. Естественно, в присутствии всех он попытался влепить пощечину Нейлу Рагану, но то же самое получил в ответ.

– Это были твои люди?
– шепотом спросил Эрвис, пока разгоряченные придворные обсуждали несносное поведение хозяина замка, - Ты с ума сошла? Нельзя сейчас! Он нам еще нужен!
– и добавил, явно противореча сам себе, - Я же говорил, он изворотлив, как змея. Сколько их было? Трое? Пятеро? Надо было больше! Я же предупреждал! Если бить, то бить наверняка!

– Не мои, - задумчиво покачала головой Элиза. Дагул насолил многим, наверняка многие хотели бы его убить, но чтобы при этом подставить Нейла Рагана? Зачем? Или это был удар, направленный именно на лорда Ласточку? То, что нападением из засады сводить счеты сам Раган не станет, у Элизы не возникло даже тени сомнений. Значит, кто-то другой. Но кто?

Было тихо, неестественно тихо для такого количества людей, что собралось здесь. В длинном узком зале мебели не было, только в дальнем его конце стояла резная скамейка да гобелены сиротливо свисали со стен напротив окон. Пространство в центре было пустым, люди же молча стояли у стен. Лорды Альбатрос, Цапля и Ворон со своими свитами стояли под окнами, король, придворные и гвардейцы собрались на противоположной стороне под гобеленами. Никто не указывал никому, где стать, но каждый входящий сам для себя определял, какой стороне он принадлежит. Элиза на правах хозяйки заняла стратегически выгодную скамейку - та стояла ни на той, ни на другой стороне. А ровно посередине, у третьей стены.

В дверях справа от Элизы толпились и жались к стене дворовые - протискиваясь вперед, поднажимая, толкаясь, они пытались пройти вперед, но сдерживались крепкой рукой Лараса и воинов со знаком Ласточки на груди. Молча, если ругаясь, то тихо, словно боясь расплескать ненадежную тишину ожидания...

Хмурые лица, настороженные лица, злые глаза. В одних - откровенная ненависть, в других - неприязнь, в третьих - возбуждение и ожидание возмездия, заслуженного возмездия, Элизе интересно было видеть его на лицах людей Рагана...

Из противоположной двери показался Дагул. Он так и не переоделся и сделано это было, разумеется, не случайно. Под распахнутым темно-зеленым камзолом виднелась белая рубаха, на груди она была в крови. Своей ли? Кровь была и на щеке Дагула - небольшая царапина, полустертая, очевидно, небрежным жестом ладонью. Если дядя и был ранен, то непонятно куда. На его боеготовности ранение очевидно никак не отразилось - он криво улыбался, оглядывая собравшихся сверху вниз с чувством несомненного превосходства. Заметив Элизу, он приподнял меч, коснулся плоской стороной клинка своего лба, потом резко отвел его вправо и вниз.