Чтение онлайн

Я встал и, прошлепав к столу, взял кувшин и жадно припал к теплой воде.

— Здравствуй, соколёнок, — промурлыкал женский голос за спиной. — А ты хорош, не зря моя сестричка на тебя глаз положила. Я довольна.

Я поперхнулся водой и стал усиленно откашливаться. Медленно развернулся, всё еще надеясь, что мне это померещилось.

Кувшин выпал у меня из рук. Я узнал её сразу — хищные зеленые глаза с глубоким кошачьим блеском, смотрели плотоядно. Она изогнула губы в холодной улыбки. Да, проблемы с этой женщиной у меня определенно будут. Передо мной лежала богиня Амадей. Она с грацией большой кошки потянулась и, откинув тяжелую прядь, села в кровати, поджав под себя ноги.

В моих руках тут же появился меч и перчатка. Я приготовился к тому, что придется драться за свою жизнь.

— О-о-о, папенькин меч, — хрипло засмеялась Амадей, ничуть не испугавшись моего боевого настроения, — спрячь железку, мальчик, а то поранишься. Ночью ты вёл себя покладистей и так старался мне угодить. У тебя почти получилось.

Самое противное в этой ситуации — вполне могло быть, что с этой ведьмой у меня действительно этой ночью был секс. Судя по тем смутным ощущениям, которые мне помнились, что-то точно между нами было.

— Что тебе нужно? — прямо спросил я.

Меч и перчатку я убрал. Против Амадей они вряд ли бы чем-то помогли. Голышом же расхаживать по комнате, да ещё и с оружием было, мягко говоря, глупо. Вообще пусть мне и часто приходилось сверкать своими достоинствами из-за частых трансформаций в сокола, я к этому привыкнуть не мог и чувствовал себя в такие моменты очень уязвимым. Поэтому я стал поспешно натягивать одежду.

— Твоё тело я получила, теперь хочу твою душу, — засмеялась Амадей.

— Это я получил твоё тело, потому что мужчина берёт, а женщина отдаётся, — нагло поправил я.

Богиня не богиня, а баба и должна знать свое место. В одежде ко мне вернулась уверенность

— Дерзишь, сокол? Я могла бы и обидеться, а моя сестрёнка может не успеть проявить заботу о своей пташке.

— Слишком много сослагательных наклонений, — нетерпеливо заметил я. — Повторяю, что тебе нужно?

— Я оказала тебе великую честь, впустила в своё тело. Это дорогого стоит. И вот твоя благодарность?

— Очень дёшево,– не согласился я с Амадей. — То, что достаётся так просто, не может быть честью и тем более великой.

Амадей в долю секунды оказалась на ногах, в метре от меня, при полном облачении. Даже волосы заплелись в какую-то причудливую прическу и на ногах засверкали туфельки на высоченных шпильках, которыми эта ведьма хотела меня пришпилить.

— Сестричка назло мне выбрала тебя, она любит таких вот несмышленышей — дураков, как ты!

— Для меня, однако, имеет значение только её мнение обо мне! — парировал я.

— Всё, мальчишка, ты мне надоел! Молчи и слушай!

Онемев на время, я понял, что рот мне закрыла тьма. Я скрестил руки и стал сверлить ведьму ненавидящим взглядом.

— Эта рыжая дурочка, что Вард взял себе в жены, ещё нужна вам? Если да, то кивни.

Я с каменным выражением лица кивнул, невольно заинтересовавшись, что Амадей скажет дальше про Киру.

— Мне до скуки надоело, что Вард вечно возится с ней. А меня великую богиню стал часто под разными предлогами игнорировать. Я не могу её убить, к сожалению, Вард об этом позаботился. Но я могу помочь тебе и её брату выкрасть из лап ворона эту паршивку, — Амадей нетерпение изогнула бровь, а потом будто вспомнив, что сама меня лишила дара речи, махнула рукой. — Ну, говори.

— Откуда мне знать, что ты не заманиваешь меня в ловушку? — спросил я.

— Ниоткуда, — усмехнулась Амадей. — Но без меня вы в замок не проберетесь никак. Ты его даже не найдешь, сокол.

— Это мы ещё посмотрим, — в тон ей усмехнулся я.

— Самонадеянный мальчишка, — снова разозлилась богиня, нетерпеливо притопнув каблучком. — На поиски уйдут годы!

— Это мы ещё посмотрим, — повторил я с каменным выражением моськи.

Глаза богини сверкнули, казалось, ещё чуть-чуть и она просто свернет мне шею. Я не сказать, что совсем не трусил, трусил, конечно, не обычная всё-таки гневливая баба, а богиня. Но богиня не богиня, а баба, а с бабами нельзя слабости показывать. Каблуком я никогда не был, и быть не собирался ни для кого.

— Уговаривать не буду, — вдруг спокойно заключила она, — если вы эту глупую девчонку не заберёте через месяц, я найду способ убить её, обойдя защиту Варда. Вот тебе мой дар, ровно через месяц он вернуться ко мне. Из ниоткуда у моих ног расстелился большой цветастый ковер.

— Ковер-самолет что ли? — не смог сдержать я своего почти детского восторга.

Так и хотелось запеть: «Арабская ночь горяча словно день!» Прыгнуть на ковер и полететь над городом.

— Это летающий ковер, — подтвердила Амадей мою догадку. — Выдержать может не больше трёх-четырёх человек. Чем больше народу, тем медленнее и ниже летит. Лететь может только ночью, днём у него нет силы.

— За сколько мы с оруженосцем долетим до замка ворона? — поинтересовался я.

— Отсюда ковер доставит вас с оруженосцем до замка ворона за пять-шесть ночей. Обратно будет немного дольше.

Амадей хлопнула в ладоши, ковер свернулся в тюк и стал вдруг уменьшаться, пока не уместился на её ладони.

— Когда будешь готов воспользоваться им. Подкинь вверх и скажи: «Демай!».

Я взял у нее мини-тюк и положил в карман. Я знал, совершенно точно, что воспользуюсь этим ковром. Просто нельзя же было взять и не воспользоваться ковром-самолетом даже, если эту услугу решил оказать сам дьявол. Я помню с детства обожал Аладдина и мечтал о таком ковре. А эта дрянь, как знала.

— Прощай, сокол. Когда-нибудь ты станешь одной из моих забав, пусть и не самой любимой. Варду ты сильно проигрываешь, в смысле выдержки, хотя, возможно, если у тебя будет больше практики…

— Не всякая женщина заслуживает, чтобы для неё старались, — парировал я.

— О-о-о, ты старался, я это чувствовала. Так старался, аж употел весь и твоё человеческое сердце, едва не вырвалось из груди. Просто, ты очевидно, слабее…

Её смех еще долго звучал у меня в ушах. Что говорить, её слова меня все же задели, как задели бы любого мужика. Обидно стало прям капец, на то и рассчитывала ведьма.

Я ущипнул себя, надеясь, что это все сон, и я сейчас проснусь, но нет, просыпаться я не хотел. Только синяк себе поставил.

Дверь хлопнула, и в комнату вошел Фил. С его приходом мне стало еще гаже. Мой оруженосец опять пребывал в ставшем для него уже обычным мрачном настроении. Сердито зыркнув на меня своими зенками, он стал меня отчитывать.

— Эрик, я тебя уже обыскался везде! У тебя через тридцать минут аудиенция с королём!

— С Леоном что ли? — ещё не до конца проснувшись, переспросил я.