Чтение онлайн

Обе девушки при моем появлении переглянулись и сквасили мордашки в недовольных гримасах. Ну, это было уже слишком. Мое волнение и желание как ветром сдуло. Будто я со всей дури в каменную скалу влетел.

Я церемонно поздоровался со всеми. Подойдя к Лейле сзади, обнял и чмокнул её в щеку. Щеки девушки тут же загорелись румянцем. Она отстранилась от меня.

— Как поживает, моя нареченная краля? — игриво спросил я Лейлу, не обращая внимания на её недовольство.

Книга из рук Стеллы с хлопком упала на пол. Стелла встала, подняла книгу и поспешно покинула залу.

— Ты просто хам, Эрик! — прошипела Лейла.

Подскочив, она выбежала из залы следом за Стеллой.

Я плюхнулся на освободившееся место напротив Томаша. Подумав, что с этими принцессками одни проблемы и расстройства.

— Тебе действительно следовало бы быть обходительней! — сердито пробормотал Томаш.

— А когда Роджер, будучи всего лишь женихом твоей сестры, фривольничал с ней, ты это дело поощрял, насколько я помню. И там зашло куда дальше невинного поцелуя в щеку, а ведь она тоже была в статусе невесты, а не жены, — выплюнул я скопившийся комок желчи. — А Лейла моя невеста, Томаш, мы обручены, если ты вдруг забыл.

Томаш побледнел. Его рука сжала в кулак фигурку короля.

— Она ведь тебе не нужна! — горестно выпалил он и потупил взгляд, явно сообразив, что взял лишка.

— Баба в хозяйстве всегда пригодится, — пожал я плечами.

— За одно это хамство в её адрес, я мог бы вызвать тебя на поединок, — вскочил с места Томаш.

Невооруженным взглядом было заметно, что парень пропал. Окрутила его Лейла по самое не хочу. И ведь уже не спасти.

— Остынь, Томаш. Ты слишком горячишься, — миролюбиво посоветовал я. — Ты ведь герцог и знаешь правила игры. Договор есть договор.

Томаш медленно сел на место, сдувшись точно шарик.

— Да, знаю…– тихо согласился он.

— Но мы можем подумать вместе, как расторгнуть мою помолвку, — выдвинул я давно намеченную для себя инициативу.

А что бы нет? Мне действительно Лейла нужна была как кобыле пятая нога, а если Томаш так хочет на свою голову эту ехидну, то пусть берет, мне не жалко.

— Это же будет скандал! Ты погубишь и её и свою репутацию! — с ужасом глядя на меня, пролепетал Томаш.

Казалось, еще чуть-чуть и он упадет от моего предложения в обморок.

— Томаш, ты или трусы надень, или крестик сними! — закатил я глаза.

— Что? — не понял Томаш.

— Я говорю, ты уже определись как-нибудь, чего хочешь. Я лично скандалов не боюсь, если дело касается моего личного счастья.

— Но ты унизишь Лейлу, кто её после такого скандала возьмет в жены?! Ты об этом подумал?!

— Очевидно, ты! — заметил я.

— Я?! Но отец не позволит этого!

Все-таки Томаш был безнадежным ослом и рабом всех возможных и невозможных условностей этого мира.

— Ну и хрен с тобой, — махнул я рукой, устав от этого разговора. — Женишься тогда на страхолюдине с безупречной репутацией, которую подсунет тебе твой отец. И всю жизнь будешь жалеть, что не рискнул!

— Но я сохраню её честь, — высокопарно заявил Томаш.

— Поинтересуйся у Лейлы для общего понимания про свой подвиг, — махнул я рукой. — А теперь к делу. Ты же знаешь, что меня собираются пристроить к вам в академию?

— Слышал, — кивнул Томаш. — Ох, и нелегко тебе придется с твоим характером. Не представляю, как Леон собирается за месяц впихнуть в тебя четыре курса!

— Вот и я не представляю, Томаш, — поддакнул я. — Поэтому мне нужно, чтобы ты мне в этом деле подсобил.

— У тебя будут учителя, куда лучше меня, — засмеялся Томаш. — Король решил взяться за твое образование серьезно.

— Мне нужно провернуть одно дельце, — признался я, — поэтому две недели, как минимум, я не смогу посещать подготовительные курсы.

— Что?! — выпучил глаза Томаш, окончательно добитый моей наглостью. — Эрик, ты опять что-то задумал?! Король не потерпит твоих выходок!

— Да не ори ты! — поморщился я. — Самому-то разве не тошно постоянно быть пай-мальчиком?!

— Что бы ты там не придумал, я в этом участвовать не буду! Мы герцоги и мы должны чтить свой долг перед богами, королем и народом! А ты постоянно делаешь то, что тебе вздумается!

— Что ж я тебя понял, Томаш, — вздохнул я, увидев, что этот баран уперся рогом и теперь с места его не сдвинет ни один, даже самый логичный довод. — Ты как был чурбаном, так им и остался! Зря я на тебя рассчитывал! Надеюсь, у тебя хотя бы ума хватит не болтать всем подряд о моих планах.

— Мне бы и в голову не пришло кому-то докладывать! Хотя — это мой долг и надо было бы донести до короля!

Я встал и вышел. Было прям капец как неприятно. Все-таки Томаш со своим дутым благородством был просто невыносим. Я сердито шёл, куда сами ноги вели меня и едва не сшиб кого-то по дороге.

— Сокол, возьми меня с собой.

Передо мной стояла Венди.

— О чем ты?! — притворился удивленным я.

— Я знаю, вы куда-то собираетесь с Филом. А Фил не хочет брать меня с собой! Но если ты скажешь, он послушает тебя! Я вам пригожусь. Возьми меня с собой, Эрик.

Я сердито подумал, что Фил мог бы быть и поосторожней и язык попридержать.

— Венди, ты же девочка, а это дело для взрослых мальчиков! Ты лучше подожди нас здесь. Ты жди, и у нас с Филом будет больше желания вернуться поскорее обратно!

— Я тоже взрослая, — топнула ножкой девочка, смешно наморщив при этом носик. — Ну, пожалуйста, вот увидишь, ты не пожалеешь!

— Венди, не торопись взрослеть, — устало посоветовал я. — Быть взрослым совсем не так весело как кажется!

— Как и быть всё время для всех несмышленым ребенком! — всхлипнула Венди. — Я все равно с вами пойду, сокол!

— Не пойдешь, — твердо возразил я.

— А вот и пойду! Пойду! Пойду!

Венди показала язык и убежала.

Я тяжело вздохнул, как бы девчонка кому не выболтала, впрочем, кто будет слушать маленькую девочку. И между тем, настроение испортилось ещё больше — детей обижать, дело мало приятное.

День вообще был дурацким. Было очень жаль, что разговор с Томашем повернулся именно так, как повернулся. Всё-таки этот остолоп был мне очень нужен.

Ко всему, ещё и ужин превратился в чопорный прием. Кроме нашей шайки-лейки, поесть в компании короля захотели герцоги Нерке и Монпансье со своими семействами. Приперлись семь братьев Ордена Триликого тоже с женами и детьми. Куртизанки и Служительницы жизни. Две семьи каких-то зажиточных горожан. И еще куча народу.