Чтение онлайн

Надолго.

Полёт прошёл без задержек. Самолёт, на котором летели Покровский, Андрей и капитан Черкасов, приземлился в аэропорту Иркутска в девятнадцать часов по местному времени.

Трое мужчин с личным багажом в руках спустились по трапу самолёта.

– Семь вечера по местному, – отметил Свиридов со вздохом, взглянув на наручные часы. – Ненавижу восточные направления.

– Почему? – с полуироничной улыбкой спросил капитан.

– Сказку о потерянном времени в детстве читали? Тут то же самое, только без выдумок. – Тон Свиридова был не к месту серьёзным. – Летишь на восток – и пять часов твоего времени вдруг куда-то пропадают. Обидно даже: сели утром в самолёт, я чуть-чуть подремал – и на тебе, вечер уже.

Покровский недовольно взглянул на ассистента.

– Ничто в мире никуда не теряется. Вернёшься в Москву – получишь назад пять часов своих потерянных.

– Не скажите, Игорь Константинович, – возразил Андрей. – Вот Колумб обогнул земной шар однажды – и целые сутки потерял! Никто ему ничего не вернул. Товарищ капитан, – снова обратился Андрей к Черкасову. – Я вот в Иркутске в первый раз. Мы даже город не посмотрим?

– Обязательно посмотришь, – ответил за военного Игорь. – Как только вспышку ликвидируем, я тебя лично в лучший ресторан в городе поведу.

– Да я и сам могу кого угодно в ресторан сводить, – немного обиженным тоном отреагировал Андрей.

– Ну, тогда ерунду не спрашивай, – быстро произнёс Покровский и обратился к Черкасову: – Когда мы прибудем в очаг заражения?

– Не позднее полуночи, – ответил капитан. – Здесь, у аэропорта, нас ждёт машина. На ней сразу же поедем в воинскую часть, а оттуда – в очаг. Посёлок Пятницк. Северное направление.

Выйдя из здания аэропорта, эпидемиологи вслед за офицером направились к автостоянке. Вопреки ожиданиям Покровского, машина, на которой им предстояло ехать в воинскую часть, оказалась не уазиком прошлого века выпуска, а какой-то недорогой, но, тем не менее, иномаркой. За рулём своих пассажиров ждал водитель в полевой форме сержанта. Увидев приближающихся мужчин, он выскочил из авто и почти подбежал к ним.

– Здравия желаю, товарищ капитан! Разрешите ваш багаж?

– Сержант, вещи докторов в багажник, – не останавливаясь, скомандовал Черкасов.

– Есть.

– Куда предпочтёте сесть, Андрей Геннадьевич? На переднее сиденье? Оно самое удобное, – с оттенком иронии спросил Черкасов у Свиридова, помня распределение мест в самолёте.

– Нет, пожалуй, – как бы не замечая тона капитана, ответил Андрей. – Вы уж впереди присаживайтесь. Мы с Игорем Константиновичем сзади прокатимся.

Четверо мужчин сели в машину, и иномарка плавно тронулась.

– Андрей Геннадьевич, – не выдержав интриги, ехидно спросил у помощника Покровский. – Скажи давай, почему ты не сел впереди, когда предложили?

– Интересно, да? – с видом знатока ответил ассистент, глядя в окно. – По статистике при лобовом столкновении место рядом с водительским самое опасное. Мало кто выживает.

Сержант-водитель и Черкасов переглянулись.

– Знаешь поговорку: «Молчание – золото»? – вздохнул Игорь.

– Да, шеф.

– Ну, так молчи лишний раз, – раздражённо приказал Покровский Андрею.

– Вы сами спросили… – возразил было Свиридов, но, ощутив суровый взор начальника, вспомнил правило: «Не зли шефа» и кивнул. – Так точно, шеф…

До воинской части, которая располагалась почти в центре Иркутска, машина ехала чуть больше получаса – и то по причине пробок. Наконец, иномарка остановилась перед воротами с нарисованными на них двумя большими красными звёздами. На кирпичной стене у маленького окошка, откуда дежурному было видно, кто подъезжает к воротам, располагалась красная табличка с надписью: «Контрольно-пропускной пункт», а поодаль – ещё одна, с предупреждением посторонним лицам: «СТОЙ! Территория МО РФ. Проход запрещён». Дежурный военный в будке КПП быстро открыл ворота, и автомобиль заехал на территорию части.

Капитан и два врача вышли из машины и направились к одному из корпусов.

– А вещи? – спросил Андрей.

– О вашем багаже позаботятся, господа, – на ходу сообщил Черкасов. – Сотрудники Иркутского противочумного института уже должны быть здесь.

– Чур, та, с каштановыми волосами, Екатерина, моя, – шепнул Андрей Игорю.

«Он в досье только фотографии и разглядывал», – недовольно подумал Игорь.

– Ты уймёшься сегодня? – тоже тихо, но с нотой раздражения ответил ассистенту Покровский.

– Как же я уймусь, шеф? Мне всю ночь работать, не так ли?

– Да уже понял я, что ты не о работе думаешь…

Мужчины вошли в просторную комнату с партами и разными плакатами – видимо, это было помещение для учебных занятий личного состава воинской части.

За одной из парт сидели две девушки – блондинка и шатенка. Игорь и Андрей уже знали из досье, что это были сотрудницы противочумного института. Увидев вошедших мужчин, они встали и подошли к ним.

– Здравствуйте. Я капитан Черкасов, Виктор Юрьевич, – обратился к девушкам офицер. – Мне приказано сопровождать вас и эпидемиологов из Москвы до очага. Позвольте, представлю вас. Господа: Ирина Николаевна Саратникова, инфекционист, и Екатерина Витальевна Виноградова, микробиолог. Дамы: это Игорь Константинович Покровский и Андрей Геннадьевич Свиридов, эпидемиологи Роспотребнадзора.

Врачи по очереди пожали друг другу руки, обменявшись стандартным «Очень приятно познакомиться».

– Игорь Константинович, – произнесла Катя. – Не могу не спросить, а академик Покровский вам не…

– Нет. Однофамилец, – перебил её Игорь.

Этот вопрос его всегда раздражал. Следует отметить, что фамилия «Покровский» достаточно распространена в медицинской среде. Её носили несколько видных академиков и «просто известных» врачей. Игорь Константинович, как мог, старался дистанцироваться от своих знаменитых однофамильцев.

Катя почувствовала себя неловко, посчитав, что сказала что-то не то.

Покровский попытался проанализировать, почему сейчас он чувствует раздражение. Игорь отметил про себя, что обе девушки ему понравились внешне. С такой девушкой, как микробиолог Екатерина, он был бы не прочь познакомиться поближе, если бы они встретились где-нибудь в ресторане или парке. Зелёные глаза, яркая, завлекающая улыбка, вьющиеся каштановые волосы, чётко очерченная фигура; про такую внешность говорят: «Всё при ней».