Чтение онлайн

А инфекционист Ирина Николаевна была ещё более симпатичной, чем на фото в досье. Очень внимательный и по-особенному живой взгляд, мягкий, немного грустный изгиб губ, светлые волосы, собранные в аккуратный высокий «хвостик».

Игорь вдруг поймал себя на мысли, что ему очень приятно смотреть на неё: её жесты, движения взгляда и губ. («Чёрт возьми – надеюсь, это незаметно…»). В самых простых и обычных движениях Ирины Игорь почувствовал вдруг что-то значительное именно для себя.

Стоп. Стоп. Игорь осознал, что сейчас сам себя плохо понимает. Так: не стоит пока это анализировать – нет времени, мотивировал себя Игорь. Суть в чём: с этими людьми ему предстоит работать, – а в деле личные симпатии только вредят. Этот факт и вызывал сейчас раздражение у доктора Покровского.

– Надеюсь, мы с вами продуктивно поработаем, – нейтральным тоном произнесла Ирина, глядя на Игоря Константиновича.

– А я надеюсь, быстро всё сделаем и разбежимся, – почти резко ответил ей Игорь, переводя взгляд на Черкасова. – Какие дальше у нас планы, капитан?

Ирина чуть не вздохнула, почувствовав обиду от такого, мягко говоря, не очень вежливого ответа. Она только опустила глаза.

– Предлагаю поужинать перед полётом, – ответил Игорю Черкасов.

– Полётом? – удивлённо спросил Свиридов.

– Да, – кивнул капитан. – До очага мы доберёмся на вертолёте.

– Здорово, – улыбнулась Екатерина. – Никогда на вертолёте не летала…

– Это типа «Чёрная акула»? – спросил Андрей.

«Детский сад и сзади бантик», – подумал Игорь, глядя на своего распоясавшегося ассистента, которого сегодня явно несло.

– Разочарую вас, – не сдержал улыбки Черкасов. – Просто небольшая вертушка для офицерского состава. Но вам понравится.

– Посмотрим, посмотрим, – надменно ответил Андрей. – Так как насчёт перекусить?

Капитан провёл четырёх медицинских специалистов в столовую для офицерского состава. В помещении никого не было – военнослужащие уже поужинали.

– Прошу садиться, – Черкасов пригласил гражданских коллег за стол. – Деликатесов не обещаю, уж простите.

На столе стояли блюда с простой, но весьма сытной пищей. Для врачей предлагалось первое, второе, а также компот и чай.

– О! Приятного аппетита, – пожелал всем Андрей, который уже успел проголодаться.

– Игорь Константинович, – начала Катя, когда все расселись за столом, – знаете, а я читала вашу кандидатскую диссертацию по крымской геморрагической лихорадке. Очень неожиданный вывод по поводу того, как вирус циркулирует среди грызунов в регионах юга России. Вас всё ещё интересует эта тема?

– Это было давно. Я защищал кандидатскую на Ставрополье. «Конго-Крым» там – обычное явление, – быстро ответил Покровский. – Думаю, мы обязательно обсудим мои научные труды на досуге, когда решим проблему со вспышкой в Пятницке.

Катя сделала для себя первые выводы о Покровском. Резок в общении. Конкретен. Последователен. В принципе, и внешность доктора соответствовала его поведению. Прежде всего, несмотря на перелёт, одет Покровский был аккуратно и строго: в чёрную толстовку и тёмно-серый костюм. Тем не менее, в его образе не было даже намёка на щегольство или напыщенность, которые нередко москвичи демонстрируют «провинциалам» в качестве некоего козыря.

Тёмные волосы Покровского были неявно, без чёткого пробора, зачёсаны направо. Росту около метра восьмидесяти. Телосложения плотного. Катя подумала вдруг, что мужчинам такой комплекции достаточно легко к среднему возрасту заиметь небольшой «пивной» животик, однако Покровскому это явно не грозило в ближайшем будущем (а вероятнее всего, не грозило и вовсе). Выглядел мужчина подтянутым, что выдавало регулярную работу над собой.

Тёмно-серые глаза Игоря Константиновича были глубоко посажены под выраженными надбровьями, что придавало его взгляду некую проницательность.

Хмурился Покровский, как показалось Кате, часто: это выдавали две стойкие морщинки между бровей. Да и сейчас вдобавок он выглядел то ли раздражённым, то ли несколько уставшим. Причём скорее – первое. Выдавались также глубокие морщины от крыльев носа до уголков рта, которые появляются у мужчин, разменявших четвёртый десяток. Из-за морщин Игорь Константинович выглядел старше своих тридцати пяти.

Катя отметила, что Покровскому была бы к лицу лёгкая небритость. Правда, сейчас он был гладко выбрит. С щетиной он был бы побрутальнее, что ли.

«Хотя в брутальности ему и так не откажешь. Идеальный мужчина, – Катя едва сдержала улыбку. – Пусть грубиян ещё тот…»

– Надеюсь, коллеги, все ознакомлены с первичным отчётом? – спросил Покровский.

– Я не читал, шеф, – ответил с набитым ртом Андрей.

– Меньше надо было спать в самолёте, – бросил ему Игорь. – Я коллег спрашиваю. Девушки?

Ирина с Катей переглянулись, как студентки на экзамене.

– Как микробиолог, пока не могу сказать ничего конкретного, – улыбнулась Катя. – Есть предположение с позиций общей эрудиции: учитывая воспалительную картину крови с высоким лейкоцитозом, можно лишь предположить, что инфекция вызвана какой-то бактерией. Но – нужно полное лабораторное исследование.

– Ирина Николаевна? – Игорь выжидающе перевёл взгляд на Саратникову.

– Инфекция распространяется достаточно быстро, вероятно, от человека к человеку, – чётко произнесла Ирина, глядя на Покровского. – Уверена я пока только в одном: это – антропоноз.

– Почему вы так уверены в том, что болеют только люди? – стараясь сохранять нейтральный тон, спросил Игорь Константинович. Он был раздражён: Саратникова, направленная на ликвидацию вспышки в качестве инфекциониста, сейчас рассуждала об эпидемиологии болезни, которая являлась его, Покровского, областью.

– В посёлке не было отмечено никаких необычных заболеваний или падежа скота. Также не было массовой гибели грызунов. Ведь так, Виктор Юрьевич? – Ирина взглянула на капитана.

– Да, – подтвердил Черкасов. – Никаких проблем с животными. По крайней мере, нашему ведомству об этом ничего не известно.

– А с чисто клинических позиций, – продолжила Саратникова, – я вижу в описании симптомов болезни картину острого сепсиса и, вероятно, менингоэнцефалита. Поражается головной мозг. Значит, это какая-то нейроинфекция. Больше ничего сказать не могу. Пока сама не увижу пациентов.

Андрей отметил, что Покровский не отреагировал сразу на мнение Ирины Николаевны. Что было необычно. Либо он был согласен, либо думал, что возразить. Или просто «завис»?

А дело было в том, что Игорь был абсолютно согласен с Ириной.