Чтение онлайн

– Все сказал? – поинтересовалась Баба-яга. – Ну тогда смотри сюда.

Старуха сдвинула край рукава. С моего места было плохо видно, что именно она показала Логопеду. Я лишь успел заметить, что на запястье Арины Родионовны что-то блеснуло. Однако эта демонстрация подействовала на медиков сильнее, чем бутылка шнапса, которую Штирлиц разбил о голову Холтоффа. Оба санитара тут же перестали в нас целиться, и даже Логопед разом утратил все свое самодовольство и тихонько запричитал:

– Но, но это же… Это же лицензия на…

– Цыц! – оборвала его старуха на самом интересном месте.

– Простите, Арина Родионовна! – взмолился посрамленный дефектолог. – Я… Я не знал. Даже предположить не мог.

– А тебе и не положено! – отрезала Баба-яга, после чего обратилась к санитарам: – Доктор совершил непростительную врачебную ошибку. Проводите его в палату интенсивной терапии и проследите, чтобы он соблюдал жесткий постельный режим. А будет нарушать, поставите ему трехпроцентную клизму с мертвой водой. Есть вопросы?

– Никак нет! – хором ответили «двое из ларца» и поволокли Логопеда к выходу из комнаты.

– Да, и еще одно… – остановила их старуха уже в дверях. – Что у вас в пушках?

– У меня серебро! – откликнулся тот, который был с дробовиком.

– У меня «Остановка по требованию»! – сказал второй.

– Плохо!

– Есть еще «Спящая красавица»!

– О! Вот это самое то! – отозвалась бабка. – Давай сюда.

Санитар передал старухе пейнтбольное ружье, после чего откинул полу халата и осторожно снял с пояса патронташ, набитый заостренными не то костяными, не то деревянными стержнями. Баба-яга извлекла один и придирчиво взглянула на острие.

– Срок годности проверял?

– Забыл! – потупившись, признался медик.

– Забыл!.. – передразнила старуха. – Где вас только таких набирают?! Ладно, подвинься!

Санитар живо скакнул в сторону, и не зря. Баба-яга молниеносно выбросила руку вперед, и костяная палочка, чиркнув по воздуху, клюнула Логопеда в открытую часть руки. Доктор коротко взвизгнул и, закатив глаза, собрался рухнуть на пол. К счастью, стоявший рядом фельдшер успел обхватить его поперек туловища.

– Сойдет! – подвела бабка итог жестокого эксперимента. – Все! Выполняйте приказание.

«Двое из ларца» наконец-то покинули кабинет, волоча за собой сраженного странным оружием Логопеда.

– Ты за него не бойся, – вдруг обратилась ко мне старуха.

– Вот еще! – фыркнул я. – Что мне за этого гада бояться?!

На самом деле слукавил. Несмотря на то что никаких симпатий к Логопеду я не испытывал, то, как расправилась с ним Баба-яга, показалось мне абсолютно бесчеловечным.

– Врешь, касатик! – беззлобно усмехнулась бабка, вызвав во мне щемящее чувство тоски по прежней, мудрой и ласковой Арине Родионовне. – Не судьба тебе живому существу не сочувствовать. Уж больно ты добрый. Мне ли не знать!

– Конечно! – не выдержал я. – Как не знать! Сами же этой добротой и воспользовались.

Ошибся или нет, но мне показалось, что мой упрек и впрямь задел старуху за живое.

– Вот что, милок! – начала она. – Спору нет, имеется тебе за что на меня, старую, обижаться. Однако что сделано, то сделано, и виниться мне перед тобой сейчас некогда. Одно скажу, если твоих товарищей не освободим, то все может еще хуже стать.

– Каких товарищей?

– Ну, например, Ивана, Василису, Серого, – начала перечислять бабка имена защитников. – Опять же, татарина твоего… И еще одного… Длинного!

– Дмитрия?! – радостно воскликнул я.

– Не знаю! Может, его и Дмитрием звать. Видный такой парнишка и, по всему видать, везунчик редкостный!

– Да! Это он! – подтвердил я, узнав в описании старухи штатного Счастливчика Общества.

– Короче, – вернулась к главному для нее вопросу Баба-яга, – готов мне помогать или нет?

– А где гарантия, что вы меня опять не подставите?

– Вот! – сказала старуха, протягивая одну из палочек, вынутых из патронташа. – Как действует, ты уже видел. Если начнешь во мне сомневаться, можешь ею в меня ткнуть.

– Как вы в Логопеда? – спросил я.

– Точно! – согласилась старуха.

– Не пойдет! – отказался я.

– Почему?

– Сами знаете! Я не убийца.

– А я кто? – обиделась Баба-яга. – Душегуб, что ли?!

Вместо ответа я просто пожал плечами. Мне казалось: то, как бабка поступила с проштрафившимся врачом, говорило само за себя. Однако у нее было на этот счет свое мнение.

– Дурень ты бестолковый! – обругала меня Арина Родионовна, потрясая перед моим носом отравленным острием палочки. – Это, по-твоему, что?

– Дротик! Стрела… Не знаю. Какая разница?

– Большая! Это веретено!

«Ну конечно! – мигом пронеслось у меня в мозгу. – Вот почему санитар назвал эту штуку «Спящей красавицей»!»

– Так что же, – решил на всякий случай уточнить я. – Вы Логопеда просто усыпили?

– Ну слава богу! – с облегчением вздохнула Баба-яга. – Дошло наконец!

– Хорошо! – все еще сомневаясь в правильности поступка, согласился со старухой. – Поверю вам еще раз.

– Вот и молодец! – похвалила меня старая и, подобрав метлу, стукнула черенком об пол.

Повинуясь ее безмолвному приказу, связывавшие меня ремни распались, и я смог встать из кресла. Второй удар метлы заставил распахнуться окно, а третий приподнял над полом принесенный санитарами ковер, который, как уже можно было догадаться, был ковром-самолетом.

Через мгновение мы вылетели из здания.

– Эх, не мой аппарат! – посетовала Баба-яга, с ловкостью вологодской кружевницы перебирая бахрому ковра и заставляя его тем самым поворачивать в нужные стороны, набирать и терять высоту, увеличивать и замедлять скорость.

Я же тем временем на зависть Цезарю и Наполеону одновременно делал целую прорву разных дел: переодевался в возвращенную мне бабкой форму Неудачника, пытался не свалиться с ковра (спасибо моим когтистым тапкам!), подавлял тошнотворные приступы страха высоты и наконец, выслушивал выдаваемые Ариной Родионовной инструкции.

– Ты, касатик, главное – не суетись. Охраны у изолятора немного – человек восемь, а может, и того меньше. Они, конечно, по тревоге уже все поднялись, но о том, что я на вашу сторону переметнулась, пока не знают. Так что попробуем по-тихому все провернуть. Ну а ежели не выйдет…