Дело не в тебе, дело во мне
Шрифт:
О, нет.
По опыту я знаю, что если он чего-то и не выносит, так это когда его эго подвергают сомнению. Особенно женщины.
— Я не знаю, не так ли? — кричит он, размахивая пистолетом и выпуская два выстрела.
Как только я вижу его палец на спусковом крючке, я поворачиваюсь лицом к стене, прикрывая Винни своим телом. Громкий выстрел эхом разносится по всему пространству, звеня в моих барабанных перепонках ещё долго после того, как пули вонзаются в цемент в трех метрах слева от нас.
Когда я, наконец, открываю глаза, всё, что я вижу, — это серая стена передо мной, и всё, что я слышу — это вопли Винни, каждый из которых громче и душераздирающе, чем предыдущий.
— Ш-ш-ш, милый, — выдыхаю я ему в волосы. — Всё в порядке. Всё скоро закончится, я обещаю.
— Ты с ума сошел! — кричит Ванесса позади меня. — Что, чёрт возьми, с тобой не так, если ты стреляешь здесь из пистолета? Ты хочешь, чтобы тебя поймали?
Оглянувшись через плечо, я вижу, как она бросается к Ральфу с убийственным выражением на лице. Несмотря на то, что у него есть пистолет, Ральф в кои-то веки поступает умно и отступает к чёрту. Он отступает, пока не оказывается почти у "Мерседеса", и она следует за ним, всё время крича на него. Меня не волнует их идиотизм — не сейчас, когда есть чёткий выстрел между моей позицией у стены и входной дверью моей машины.
Я с трудом сглатываю.
— Отвали! — требует Ральф скулящим голосом. — Давай уже позвоним Крофту, скажем, что она у нас, и посмотрим, что он скажет.
— Ты идиот, если хочешь быть где-то поблизости, когда будет сделан этот звонок, — усмехается она.
— Тогда давай засунем её в багажник и покончим с этим!
Я пытаюсь не обращать на них внимания, крепче обнимаю Винни и начинаю красться вдоль стены. К счастью, его крики стихли до низкого, ровного хныканья, которое почти не привлекает к нам внимания. Мои шаги маленькие, неуверенные, когда я подхожу всё ближе к машине.
— И что мы будем делать с её подругой и грёбаным ребёнком, а?
— Есть ещё с кем поторговаться!
Ральф начинает защищаться, его лицо покраснело от ярости, а руки дрожат по бокам.
— Мы можем получить ещё более выгодную сделку за них троих.
Начинает звонить телефон. Я слышу шорох, когда кто-то достаёт его из кармана, и секунду спустя сердитый голос Ральфа нарушает тишину.
— Какого хрена Бретт тебе звонит?! — рявкает он. — Ты сказала мне, что больше не работаешь с ним, Ванесса!
— Я нет!
— Тогда зачем он тебе звонит?
Голос Ральфа с каждой секундой становится всё громче и безумнее. Его очень, очень маленький мозг только сейчас складывает воедино, что Ванесса, скорее всего, обманула его, и он не рад этому.
— Просто успокойся, — говорит Ванесса, но даже она кажется потрясённой внезапным поворотом Ральфа в сторону городского сумасшедшего. — Мы разберёмся с этим, Ральф, ты просто должен мне доверять…
— Доверять тебе? — теперь его слова звучат немного истерично.
Я подхожу ближе к машине.
— Каков был план? — он продолжает. — Повесить похищение на меня, пока ты забираешь все деньги и скрываешься безнаказанной?
— Нет, конечно, нет!
Я наклоняю своё тело так, чтобы моя спина была к ним, а моя передняя часть обращена к машине. Если кого-то и подстрелят, когда я убегу, то это будет не маленький мальчик на моих руках. Я ловлю взгляд Крисси через заднее окно и вижу, что её глаза полны боли и страха. Сердце колотится в груди, я бросаю взгляд на близнецов-похитителей и вижу, как Ральф надвигается на Ванессу, пока она не прижимается к стене.
По моим прикидкам, между нами около шести метров пространства.
Сколько времени требуется пуле, чтобы пролететь шесть метров?
Недолго, это уж точно.
Тем не менее, когда я вижу, как он полностью отворачивается, так что всё его внимание сосредоточено на съёжившейся блондинке перед ним, я знаю — сейчас или никогда.
В последний раз поцеловав Винни в макушку, я оттолкнулась от стены, как выстрел, и помчалась к машине так быстро, как только мои ноги могли нести нас.
* * *
Мы уже на полпути, когда я слышу крик Ванессы.
— Ральф! Останови её!
Чёрт!
Я слышу приглушенное проклятие, звук топающих шагов и безошибочный звук выстрела в мою сторону.
Бам.
Бам.
Бам.
Бам.
Жгучая боль царапает моё плечо, и я спотыкаюсь. Я почти ослепла от боли, но заставляю свои ноги двигаться, одну за другой. Приветственный щёлкающий звук пистолета, в котором заканчиваются патроны, достигает моих ушей.
Слава богу.
Мы почти на месте.
Последняя вспышка надежды выстреливает в мою кровь, как игла адреналина прямо в сердце, когда я лечу по тротуару быстрее, чем когда-либо в своей жизни.
— Джемма, ты чёртова сука! — кричит Ральф. — Стой!
Я не останавливаюсь.
Мы уже почти у машины, когда входная дверь распахивается. Я вижу Крисси, всё ещё с ногами на заднем сиденье, полулежащую на центральной консоли, и я практически бросаю Винни в её ожидающие объятия. Моя задница ещё даже не устроилась на передней подушке, когда я рукой нажимаю на рычаг переключения передач, а ногой давлю на педаль газа.
— Джемма, ты сука!
Ральф бежит к машине, не останавливаясь, и я в последнюю секунду уворачиваюсь от него.
— Держись! — кричу я, как раз перед тем, как мои руки сжимают руль и резко поворачивают налево.
Разворот такой резкий, что я думаю, мы можем перевернуться, но, в конце концов, машина поворачивает с визгом шин и запахом горящей резины. Я вдавливаю педаль в пол и проношусь мимо своего бывшего крысиного ублюдка, который всё ещё кричит как сумасшедший.
Наверное, потому, что он сумасшедший.
— Ты в порядке? — кричу я Крисси, когда мы мчимся по пандусу к дневному свету.
— Просто замечательно! — кричит она в ответ, застёгивая последнюю пряжку на кресле Уинстона.
— Винни в порядке?
— С ним всё будет в порядке.
— Ты в порядке?
— Скажем так, у малыша будет отличная история, чтобы рассказать о своём дне рождения.
— Чертовски верно.
Я оглядываюсь в зеркало заднего вида и вижу, как "Мерседес" резко останавливается рядом с Ральфом. Ванесса за рулём, судя по всему, в бешенстве, и как только Ральф запрыгивает в машину, она срывается с места за нами. Её двигатель быстрее, новее, сильнее, даже с моей ногой, вдавливающей педаль в пол, она съедает расстояние в два раза быстрее, чем моя машина.